Виктория Александер - Когда мы встретимся вновь

– Свадьбы?– Леди Смайт-Уиндом бросила быстрый взгляд на Алексея.

– Обсудили? – Алексей вопросительно посмотрел на свою кузину.

– Конечно! – ответила Валентина. – Свадьба будет скромная, но она станет объединением домов Пружинских и Эффингтонов.

– Я не считаю это объединением домов, – растерянно пробормотала леди Эдвард.

– Ну тогда фамилий. Не все ли равно? – Валентина пожала плечами. – Это все же большое событие. Я постараюсь, чтобы оно состоялось. – Она посмотрела на Алексея, ловя его взгляд. – Я сделаю все, что в моих силах, кузен, чтобы помочь тебе в твоей новой жизни. Благодарить будешь потом.

– Благодарить? – повысив голос, не выдержал Алексей.

– Не думай об этом, – успокоила его Валентина с самодовольной улыбкой.

– Я предупредил леди о том, что пока еще рано говорить о бракосочетании, – осторожно заметил Роман.

– Глупости! – решительно произнесла леди Эдвард. – После того, что мне рассказала принцесса, его высочеству и Памеле придется слишком долго ждать этого.

– Да, но все же... – Леди Смайт-Уиндом тщательно подбирала слова. – Они только вчера познакомились... все случилось как-то быстро...

Юная девушка, сидевшая на диване, вздохнув, искренне заметила:

– Как романтично, не так ли?

– Я тоже так считаю! – воскликнула Валентина, улыбаясь и обращаясь к кузену. – Невероятно!

У Алексея неожиданно упало сердце. Разве недостаточно того, что он потерял свою страну? Эти женщины, кажется, хотят отнять у него и свободу. Одно дело – побывать в женихах у Памелы, но совсем другое – жениться на ней. Угроза резвящихся у ног детишек снова напугала его.

Нет, даже не это. Он всю свою жизнь знал, что в выборе невесты его слово не будет решающим. Но теперь он изменился. Черт побери, он не допустит, чтобы его насильно женили только потому, что чей-то план не должен провалиться.

– Леди Эдвард! – Алексей решительно посмотрел на мать Памелы. – Прежде чем продолжить этот разговор, я должен проинформировать...

– Да, да, он должен проинформировать... тебя... или... – перебивая принца, спешила рассказать леди Смайт-Уиндом, – твоего мужа обо всем. Да, конечно, отца Памелы. – Она наконец-то успокоилась и даже засияла улыбкой. – Его высочество чувствует себя ужасно, что не смог сделать все так, как надо, попросить у вас руки Памелы. Это надо было сделать до того, как начнутся настоящие приготовления к свадьбе. – Она посмотрела на принца: – Разве не так, ваше высочество?

Прищурив глаза, Алексей внимательно смотрел на нее, а Роман, придвинувшись поближе и понизив голос, шепнул ему:

– Ваше высочество, не забудьте о деньгах в банке.

Алексей сделал глубокий вдох.

– Я, леди Смайт-Уиндом, действительно чувствую себя ужасно.

– Я так и думала. – Ее успокоение было очевидным, и она расплылась в улыбке. – Зовите меня, пожалуйста, тетушкой Миллисент.

– Я так и хотел, – тихо прошептал он.

– Эдварду это понравится. – Леди Эдвард одобрительно закивала головой. – Я одобряю такой поступок, хотя не уверена, что это необходимо, учитывая возраст Памелы. – Она махнула рукой и улыбнулась Алексею. – Едва ли это сейчас имеет значение. Теперь, когда Памела сделала такой прекрасный выбор и нашла свою любовь, я только радуюсь.

– Леди Эдвард... – выдохнул Алексей.

– Мы все радуемся, – спокойно вмешался Роман. – Разумеется, счастью мисс Эффингтон и его высочества.

– И мы сможем отметить это событие наилучшим образом. Да и время вполне подходящее, ведь семья леди Эдвард собирается дать бал в ближайшие два дня. – Голос Валентины был полон радостного волнения. – Это отличный случай для официального извещения.

– Что это за случай и о чем извещение? – В дверях стояла Памела, явно чем-то смущенная.

Она была мила с чуть растрепанными во время сна волосами. Алексей вдруг почувствовал совсем неожиданное и глупое желание схватить ее и снова отнести в кровать.

– Что вы здесь... – Памела вошла в комнату и окинула всех широко открытыми глазами. – Мама? Аманда? – Памела бросилась в объятия матери и молодой девушки, которая, должно быть, была ее сестрой.

Несколько следующих минут дамы громко вскрикивали. Особенно шумной была леди Смайт-Уиндом, теперь уже тетушка Миллисент. Даже надменная Валентина была невольно втянута в круг взволнованных женщин.

– Дорогая, ты прелестно выглядишь! – Леди Эдвард, немного отодвинув от себя старшую дочь, явно любовалась ею. – Путешествия тебе пошли на пользу.

– Я отлично провела время, – подтвердила Памела. – Но я очень рада, что вернулась домой.

– Но ты еще не дома. – Леди Эдвард, вздрогнув, обвела гостиную взглядом. – Ты ведь в доме прабабушки Элизабет! Упокой Господи ее душу. Это нехорошо, что ты не дома.

Видимо, леди Эдвард не знала, что Памела владеет лишь частью этого старого особняка.

– Хорошо это или плохо, но я останусь здесь, – сказала Памела. – Я не могу вернуться туда, где жила раньше. Не могу стать такой, какой была.

– Мы рады видеть ее здесь, – поспешила заверить тетушка Миллисент. – Не знаю, что было бы со мной без Памелы и Клариссы. Они для меня больше чем племянницы. Они близки мне, как родные дочери.

Леди Эдвард, фыркнув, возразила:

– Ты же никогда не любила детей!

– Я узнала моих племянниц тогда, когда они уже миновали этот неинтересный возраст. Достигнув совершеннолетия, они стали... людьми.

– Спасибо, тетя, – рассмеялась Памела.

Глубоко вдохнув, она повернулась к леди Эдвард:

– Мама, именно потому, что я стала взрослой, я не должна возвращаться туда, где была ребенком. Я знаю, что немало одиноких женщин моего возраста делают это. Но я не хочу стать одной из них. – Памела прямо посмотрела в глаза матери. – Боюсь, что я стала слишком... независимой, чтобы вернуться в те места, где прошло мое детство. Это было бы глупо, как мне кажется. Надеюсь, ты поймешь меня.

Леди Эдвард долго молча смотрела на дочь.

– Твои письма, Миллисент, были более спокойными и аккуратными, чем я ожидала, но письма Памелы менялись год от года. – Леди Эдвард окинула дочку критическим взглядом. – Она очень изменилась.

Тетушка Миллисент улыбнулась:

– Она стала одной из рода Эффингтонов.

– Это было неизбежным. Думаю, что это в ее крови. Однако я не могу сказать, что это все к лучшему. – Леди Эдвард улыбнулась, взяв дочь за подбородок и глядя ей прямо в глаза. – Ты всегда была самой сдержанной и тихой в нашей семье. Я все время опасалась, что ты не выдержишь и когда-нибудь взорвешься.

– Она взорвалась, мама, именно таким образом, – спокойно заметила Аманда. – С Пенуиком. Разве ты забыла?

Пенуик? Алексей вопросительно посмотрел на Романа, тот утвердительно кивнул.