Наталия Вронская - Забавы Амура

— Конечно, сударь… Я так люблю вашу дочь и так… уважаю вас, что почту за честь вновь и вновь просить у вас руки вашей драгоценной дочери… — произнес Боратынский.

— Ну хорошо! — замахал руками Багров. — Хорошо! Женитесь! Но видеть вас в моем доме я не желаю… Ах, Любовь! Сколько же забот и неприятностей ты доставила мне!

Боратынский изумленно посмотрел на Николая Платоновича. Столь странные слова его в адрес дочери поразили молодого человека. Он посмотрел на девушку, мысленно переживая то, что, по его мнению, должна была почувствовать в сей миг она.

— Папенька, — побледнела Любава. — Благодарю вас…

— Вот то-то… Но свадьба! Расходы!..

— И-и, братец, не берите в голову, — защебетала повеселевшая графиня. — Все расходы я возьму на себя!

Боратынский с недоуменной улыбкой взглянул на Агнию Петровну.

— Пусть женятся как можно скорее, пусть пока Любава поживет у меня в доме, а после… — продолжала графиня.

— После мы будем жить в моем имении, — сказал Боратынский.

— Хорошо. — Николай Платонович уселся в кресло. — Будь же по-вашему…

— Иван… — прошептала девушка. — Иван…

Боратынский наклонился к ее руке, доверчиво лежавшей в его ладони, и прикоснулся к ней губами.

— Что, моя Любушка?

Сколь прекрасное и странное имя! Веет от него старинным дедовским укладом, отцовскими заветами, сказкой, любовью… Вечно бы вот так, рука об руку…

Боратынский поднял глаза, чтобы увидеть лицо своей юной жены.

— Мог ли я подумать, увидевши тебя впервые, что встретил свою судьбу? — улыбнулся он.

— А я? Могла ли я такое вообразить? — Любава провела рукою по щеке мужа. — Скорей бы уж уехать отсюда.

— Не любишь ты столицу? — полувопросительно произнес он.

— А ты, любишь ли? Столько всего дурного случилось здесь с нами… Никогда сюда более не вернемся…

— Как знать, Любушка, как знать. — Иван обнял ее, и Любава нежно прижалась головою к его плечу.

Он посмотрел на нежный профиль, склоненный к нему в полумраке комнаты и едва освещенный луною, провел легко пальцами по щеке… Она поднялась, обеими руками обхватила его за плечи и принялась быстро-быстро целовать его лицо, глаза, губы… Ужаленный вспыхнувшей страстью, Иван крепко прижал Любаву к себе, чтобы до утра уже не отпускать ее от себя, чтобы никогда не отпускать ее!

— Любимый, любый мой… — шептала она в полубреду.

Эти слова долетали до него издалека, словно из какого-то марева, и отвечали его мыслям, его желаниям и чувствам столь согласно, что в единый миг они как бы слились в одно существо.

— Никому тебя не отдам, сокровище мое, мое дитя… — ответил Иван. — Никому, никогда…

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Примечания

1

Вздор.

2

Э.И. Бирон (1690–1772) — граф, фаворит императрицы Анны Ивановны, герцог Курляндский. (Прим. ред.).

3

В старину орудие пытки. (Прим. ред.).

4

От слова «жантильный» (искаж. фр.) — милый. Здесь: миловался, заигрывал.

5

Милая (устар.).

6

Не нравилась, не удовлетворяла (устар.).

7

Палачу.

8

Хозяином в прежние времена охранники называли человека, которого охраняли, то есть собственно узника.