Эми Фетцер - Ирландская колдунья

– Что так быстро, милая? Сидела здесь и ждала, когда стена рухнет? Или сама ее обрушила?

– Ты всегда обвиняешь в своих неудачах всех вокруг – или только меня? – небрежно кинула Фиона через плечо, направляясь к раненым.

– Я всегда стараюсь установить причину.

– Я тебя предупреждала.

– Значит, ты все-таки приложила к этому руку? – взревел он.

Ну как прикажете объяснять этому тупоголовому ослу, что Фиона на расстоянии способна уловить его чувства и что его собственное отчаяние привело ее на место трагедии так быстро?

– Ничего подобного, англичанин! Но ты еще успеешь меня облаять, когда я освобожусь!

– Ни шагу дальше, Фиона!

Он встал у нее на пути, и чародейка подняла на Реймонда вопросительный взгляд.

– Ты готов обречь их на страдания, лишь бы не принимать помощь от меня?

– Я сам позабочусь об их жизнях!

– Их шансы выжить убывают с каждой секундой! Или у тебя есть кто-то еще, искусный в лечении таких ран?

Не было. Реймонд готов был поспорить на что угодно, что она отлично об этом знает.

– Может, стоит спросить их самих? – предложила Фиона.

– Вы уж простите меня, милорд, – простонал Элдон, держась за бок и не спуская отчаянного взгляда с чародейки за спиной у Реймонда, – но явись сюда хоть сам дьявол – я бы и от его помощи не отказался! Лишь бы избавиться от этой жуткой боли!

– А ты? – обратился Реймонд к Бергу, готовому вот-вот потерять сознание от потери крови.

Берг едва успел кивнуть в ответ, как Фиона уже была возле раненых со своей сумкой. Быстрыми, уверенными движениями она обследовала увечья. Велела принести кипятку, растерла в ступке какие-то травы и подала было этот настой Элдону, но Реймонд перехватил ее руку:

– Не смей!

– Сию же минуту отпусти меня, де Клер! – вполголоса процедила она, обжигая его яростным взором.

– Никаких зелий! – Он и не подумал разжать пальцы. Это пришлось сделать Фионе. Она отстранила его руку и кивнула на Элдона:

– По-твоему, если он не заснет и станет кричать от боли, когда я начну вправлять ему кости, будет лучше? У него сломаны ребра!

– Милорд, пожалуйста…

Оба в нерешительности посмотрели на распростертых перед ними беспомощных людей.

– Умоляю вас, милорд, позвольте ей делать так, как она хочет! Да спросите хотя бы у вилланов! Они все ей верят! – Элдон из последних сил подавил рвущийся наружу стон и просипел сквозь стиснутые зубы: – Пожалуйста!

Реймонд все еще пребывал в нерешительности, когда Фиона вновь поднесла Элдону свое зелье.

– Фиона!

– Это не твое тело корчится от боли, де Клер, и не твоей жизни угрожает опасность! – И она прошептала на ухо молодому воину: – Все будет хорошо, Элдон! Я не дам тебе умереть!

Затем она напоила сонным зельем Берга. При необходимости Фиона могла бы прибегнуть к чарам, чтобы погрузить человека в сон. Собственно говоря, когда-то она так и сделала. Де Клер так метался от боли, что не позволял ей заниматься раной. Но демонстрировать свой дар перед тупицей, который все равно не поверит своим глазам, она считала ниже своего достоинства.

– Я не стала бы делать этого, если бы не было нужды, – промолвила чародейка вслух, будто желая объяснить свои поступки.

По ее приказу Дугам отправился искать прочное полотно и полки, из которых можно было бы сложить лубки. Тем временем пострадавшие как по команде закрыли глаза, и Реймонд в панике ринулся проверять, бьется ли у них сердце.

– По-твоему, я их отравила? – язвительно поинтересовалась Фиона, промывая Бергу глубокую рану на голове.

– Я думал… это из-за твоего зелья!

– Мне понятно твое беспокойство. Действительно, в руках невежды оно запросто может оказаться смертельным. – Она проверила зрачки у Элдона – Но я давно вышла из учениц. – Чародейка коротко глянула на де Клера и добавила: – И мое зелье всего лишь погрузит их в сон на то время, пока я буду вправлять переломы.

– Я видел, как их вправляют и без всякой отравы!

– Ну да, и радовался, когда люди корчились и визжали от боли! Но в этом случае, – она указала на Элдона, – пока я буду вправлять ему бедро, он должен оставаться совершенно неподвижным. Даже малейшее движение приведет к тому, что острый конец вонзится либо в легкое, либо в сердце.

– Ты так уверена?

– Не веришь – вскрой ему грудную клетку и убедись сам. А теперь отойди и прикажи остальным дать мне место! – И Фиона сурово обвела взглядом собравшуюся вокруг них толпу.

По приказу Реймонда солдаты нехотя отошли шагов на десять. Подоспел Дуган с ветками и кусками полотна. Фиона разорвала на груди у Элдона рубашку, и Реймонду стало страшно при виде жуткой раны, уже заплывавшей зловещей синевой. Как эта шарлатанка могла угадать все так точно с первой же минуты?

– Ты не мог бы немного его приподнять? Только осторожно! – попросила она.

Реймонд кивнул и обхватил Элдона за плечи. Фиона ловко наложила тугую повязку на сломанные ребра, и по ее знаку де Клер опустил беднягу на место. Он сел на корточки в сторонке и внимательно следил за тем, как споро Фиона обрабатывает остальные раны и вправляет переломы у Берга. Пожалуй, ее мастерству мог бы позавидовать любой опытный костоправ. Но вот все было сделано, и чародейка на миг опустила голову и зажмурилась, стараясь справиться с усталостью.

Де Клер ничего не мог с собой поделать – он пожирал ее глазами, мечтая о том, чему никогда не суждено было случиться. Фиона встряхнулась и стала собирать свои вещи, аккуратно укладывая их обратно в сумку. Внимание де Клера привлекла надпись на одном из ее загадочных пузырьков. Кажется, что-то подобное попадалось ему в руки, когда он разбирал вещи матери после ее смерти. Осененный неприятной догадкой, Реймонд выхватил из рук Фионы пузырек.

– Де Клер! – возмущенно воскликнула она.

– Что здесь?

– Экстракт белладонны.

– И ты напоила их этим? – Его глаза потемнели от гнева, из серых сделавшись почти черными.

– Да. – Она отняла свой пузырек, спрятала его в сумку и подобрала с земли теплую накидку.

– Значит, ты их убила!

– Они всего лишь спят! – намеренно не обращая внимания на дрожавшего от ярости де Клера, Фиона отряхнула накидку и обратилась к Дугану: – Когда понесете их в замок, будьте крайне осторожны. Лучше всего сделать твердые ровные носилки. И пусть несколько дней лежат неподвижно. Когда они очнутся, боль снова вернется.

Ирландец молча кивал, не желая на людях нарушать запрет на разговоры с опальной чародейкой. Фиона двинулась было обратно в лес, но Реймонд поймал ее за локоть.

– Ты не уйдешь!

– Да что ты все время цепляешься? – Она попыталась вырвать руку.

– Пока эти люди не очнутся, ты будешь в ответе за их жизнь!