Xанна Хауэлл - В плену у миледи

— О Святая Мария, в тебе даже больше огня, чем я думал.

— Ах, Руари, похоже, я вспыхну прямо сейчас, и от меня останется только горстка пепла на постели.

Взяв в ладони его лицо, Сорча поцеловала его в губы, и он ответил на ее поцелуй с такой же страстью. Потом, задыхаясь, пробормотал:

— Только не надо сгорать сейчас, мое сокровище. Я хочу, чтобы этот огонь помог нам слиться воедино и чтобы ты совсем не почувствовала боли.

— Я знаю, что мне, возможно, будет немного больно, — прошептала в ответ Сорча. — Но не беспокойся, я не испугаюсь в последний момент и не отступлю.

Сорча сомневалась, что у нее хватило бы сил отступить, даже если бы боль оказалась очень сильной. Она чувствовала, что тело ее требовало соития. И она твердо решила, что теперь уже ни за что не откажется от близости с этим мужчиной.

— Я рад, что ты так решила, дорогая. — Он опалил ее груди своим дыханием. — Потому что сейчас, клянусь страданиями Христовыми, я уже не сумел бы остановиться, даже если бы ты потребовала этого.

Руари снова ее поцеловал, а потом вдруг немного приподнялся, и Сорча поняла, что сейчас он войдет в нее. Она обхватила его ногами и, заглянув ему в лицо, увидела, что глаза его закрыты, а лоб покрылся испариной. Внезапно тело ее пронзила острая боль, на мгновение погасившая пылавшую в ней страсть. Тихонько вскрикнув, Сорча крепко вцепилась в широкие плечи Руари. Он тотчас же замер в ожидании, когда она привыкнет к новому ощущению их единства.

И вскоре Сорча почувствовала, что желание к ней вернулось. Но Руари по-прежнему не двигался. Она снова на него посмотрела. Его глаза все еще были закрыты, а на лице застыла болезненная гримаса. Сорча осторожно шевельнула бедрами и тут же вздохнула с облегчением, почувствовав, что он вошел в нее еще глубже.

И в тот же миг Руари глухо застонал и начал двигаться. Из горла Сорчи тоже вырвался стон, и она попыталась еще крепче обхватить его ногами. Движения Руари становились все быстрее, и Сорча, пытаясь уловить их ритм, тоже начала двигаться. Бушевавшие в ней чувства были настолько острыми и сильными, что она в какой-то момент даже испугалась. Но вскоре возбуждение достигло своего предела, и все ее страхи и сомнения тотчас исчезли. Тело ее словно наполнилось наслаждением, и она, содрогнувшись, громко выкрикнула имя своего любовника. И будто откуда-то издалека до нее донесся голос Руари.

— Сорча! — выкрикнул он, погружаясь вместе с ней в сладостное забытье. А потом он упал на нее, придавив к кровати, и Сорча крепко его обняла.

Сорча не знала, сколько времени они пролежали без движения, но в какой-то момент Руари вдруг приподнялся и улыбнулся ей. Сорча улыбнулась ему в ответ, но тут же с трудом подавила тяжелый вздох. Все оказалось еще серьезнее, чем она думала.

Сорча знала: между ней и Руари только что произошло нечто необыкновенное. И это случилось потому, что она в отличие от Руари отдала не только свое тело. Теперь сердце ее принадлежало этому мускулистому темноволосому воину, лежавшему у нее на груди. Сорча знала, что никогда не пожалеет о том, что стала его любовницей, пусть даже их отношениям скоро придет конец, но ей придется очень дорого заплатить за свое решение. Она полюбила Руари Керра, однако прекрасно понимала, что скорее в аду пойдет снег, чем Руари ответит на ее чувства.

Глава 9

Руари с удовольствием потянулся и в очередной раз посмотрел на дверь; он с нетерпением дожидался прихода Сорчи. Уже два дня она то и дело к нему приходила и тотчас бросалась в его объятия. Это немного удивляло Руари и даже тревожило. Но тревожило вовсе не поведение Сорчи, а его собственное. Прежде он полагал, что страсть его угаснет, когда он сполна отведает ласк Сорчи. Но как ни странно, страсть не угасала, напротив, становилась все сильнее. И он испытывал все большее наслаждение в объятиях Сорчи. Голос разума постоянно твердил ему, что он должен остановиться, иначе зайдет слишком далеко, но Руари чувствовал, что не в силах отказаться от этой женщины. В конце концов он решил, что все устроится само собой. Скоро он вернется в Гартмор, и это излечит его. Потому что он сразу начнет искать себе подходящую жену и приложит к этому больше усилий, чем до встречи с Сорчей. Когда же в его постели появится новая женщина, он забудет об этом глупом увлечении.

Тут дверь наконец отворилась, и Руари тотчас приподнялся, сгорая от нетерпения. Увидев на пороге Битхема, он выругался сквозь зубы и откинулся обратно на подушки.

— Чего тебе? — пробурчал Руари, когда кузен приблизился к кровати.

— Я полагаю, что кто-то должен серьезно поговорить с тобой, — ответил Битхем.

Руари взглянул на него с язвительной усмешкой:

— Неужели? И ты думаешь, что справишься с этим?

— А больше некому. Конечно, я ниже тебя по положению, но все-таки мне кажется, что я должен поговорить с тобой. Твои поступки влияют на всех Керров, и это дает мне право высказать свое мнение.

Руари пристально посмотрел на юношу:

— А вот мне кажется, что я должен хорошенько отшлепать тебя за дерзость.

Битхем проигнорировал это замечание и вновь заговорил:

— Сорча Хей — высокородная леди, и, без сомнения, она была невинной.

— Без сомнения, была, — подтвердил Руари, закинув руки за голову. — Что ж, продолжай. Я тебя внимательно слушаю.

— И тебе, кузен, не следовало завлекать ее к себе в постель. Ты поступил… Уж прости меня за эти слова, но так себя ведут только негодяи.

— Выходит, я негодяй? Очень уж ты расхрабрился…

— Ты возьмешь ее в жены?

— Глупейший вопрос. Нет, конечно. Эта девушка насильно держит нас здесь ради выкупа, разговаривает с духами и имеет множество сумасшедших родственниц. Такая жена мне не нужна.

— Тогда почему ты спишь с ней?

— Потому что я хочу.

Битхем фыркнул от возмущения:

— В твоем возрасте пора бы уже научиться справляться со своей похотью.

— В моем возрасте? — Руари приподнялся и гневно посмотрел на кузена. — Послушай меня, наглый ты щенок!.. Я вовсе не завлекал ее к себе в постель. Она желает меня так же, как я ее. И она сама приняла такое решение.

— Нет, она не так воспитана. Ты что, пообещал ей жениться? Или лгал о своей любви к ней?

— Похоже, ты обо мне не очень-то высокого мнения.

— Нет, самого высокого. Просто я понимаю, на что может пойти мужчина, чтобы заполучить желанную для него женщину.

— В такие игры я не играю. И никогда не играл. Я откровенно сказал Сорче, что я хочу лишь утолить страсть, которую мы оба испытываем, вот и все. Она прекрасно знает, что я не собираюсь на ней жениться. Более того, она знает, что когда-нибудь я отомщу ей за то, что она взяла нас в плен ради выкупа.