Элейн Барбьери - Техасская звезда

– Если это весь скот, который у вас есть, мэм, то, должен сказать, вы находитесь в еще более затруднительном положении, чем я предполагал, – подавив раздражение, которое эта женщина вызывала в нем, ответил Кэл. – Но если на просторах ваших владений мы отыщем еще несколько подобных стад, то это тоже не сулит вам ничего хорошего. Вам предстоит тяжелая кропотливая работа, мэм.

Повернувшись к разбредшимся по берегу коровам и телятам, Кэл стал пересчитывать их.

– Прошу вас, говорите прямо, что мне надо будет сделать, – попросила Пруденс.

Кэл усмехнулся:

– Хорошо. Судя по внешнему виду, в этом маленьком стаде нет больных животных. Тем не менее всем им необходимо пройти ветеринарный осмотр. Надо пересчитать животных, определить их возраст. Ведь вы должны иметь полное представление о состоянии поголовья. Кроме того, как я вижу, в стаде много телят, которых нужно срочно клеймить. Это нелегкий труд, предупреждаю вас.

– Отлично! – Пруденс почувствовала облегчение, решив, что дело сделано, объезд завершен и ее муки скоро закончатся. – Значит, мы можем возвращаться домой, как только перекусим?

Кэл потерял дар речи.

– Да? – спросила Пруденс, не понимая, почему он молчит.

Кэл продолжал с недоумением смотреть на нее.

Пруденс крепилась изо всех сил, стараясь, чтобы Кэл не заметил, в каком состоянии она находится: Все ее тело ломило от усталости. Они сидели под раскидистым деревом на берегу реки и доедали то, что она взяла с собой в дорогу. Корзинка уже почти опустела. Джереми с аппетитом уплетал жареного цыпленка. Но у Пруденс кусок не шел в горло. Она слишком плохо чувствовала себя.

Вдова не знала, сколько времени они находились в пути. Но ее нежное лицо уже горело огнем от ветра и палящих лучей техасского солнца, к которому она не привыкла. Пруденс задыхалась от жары в своем черном закрытом платье с длинными рукавами. Все это было похоже на невыносимую пытку. Ее ноги в кожаных высоких ботинках вспотели и отекли. Обувь казалась теперь тесной и натирала ей ступни. Ягодицы Пруденс онемели, икры сводила судорога. Внутренняя часть бедер горела так, словно с нее содрали кожу.

Замечания Кэла выводили ее из себя. Она приняла в штыки его предложение нанять людей для того, чтобы согнать весь скот в одно стадо и пересчитать его.

– Неужели вы не можете сделать все это сами? – раздраженно спросила она. – У меня нет денег, чтобы заплатить наемным рабочим.

– Я не справлюсь один, – сказал Кэл.

– Почему?

Кэл бросил на нее колючий взгляд.

– Может быть, отложим этот разговор? – произнес он. – Мы пока так и не выяснили до конца, весь ли это скот, или у вас еще есть стада.

Пруденс охватила паника.

– Вы хотите сказать, что мы еще не закончили объезд пастбищ? – упавшим голосом спросила она, чувствуя, что сейчас разрыдается.

– Мэм, мы обнаружили здесь, у водопоя, не больше тридцати голов, – нахмурившись, сказал Кэл. Он старался быть терпеливым, но не мог скрыть своего раздражения. – Если это все, что вы имеете, вам, конечно, нет никакого смысла нанимать ковбоев. Но учитывая то, что мы не объехали еще и половины территории вашего ранчо, вполне возможно, что нам удастся найти еще несколько стад.

Пруденс стало нехорошо.

– Мы не объехали еще и половины моих владений? – растерянно переспросила она.

– Вы вообще-то имеете хоть какое-нибудь представление о том, сколько у вас земли?

Уловив насмешку в его голосе, Пруденс собралась с последними силами, чтобы дать ему отпор.

– Нет, а вы? – спросила она, с вызовом глядя на Кэла.

– Конечно, имею. Я же вырос в этих краях. Я точно знаю, где начинаются и заканчиваются ваши владения.

– Наверное, именно поэтому док Мэгги порекомендовала мне вас.

– И еще потому, что он надежен, мама, – добавил Джереми. – Вспомни, Мэгги сказала, что на этого человека можно во всем положиться.

Пруденс вдруг осенило.

– Ваша фамилия Стар, – сказала она, не обращая внимания на замечание сына. – Вы, вероятно, приходитесь родственником владельцу ранчо «Техасская звезда»?

Кэл помрачнел.

– Да, Бак Стар – мой отец.

Пруденс бросила на него удивленный взгляд.

– Тогда почему… – начала было она, однако Кэл не дал ей договорить.

– Мы с отцом не сходимся во взглядах на жизнь, – быстро сказал он таким тоном, что у Пруденс отпала всякая охота продолжать расспросы.

Чувствуя, как судорога снова свела икры ее ног, Пруденс невольно поморщилась.

– Раз вы росли в этих краях, – заявила она, – значит, вам известны места, где вероятнее всего может сейчас находиться мой скот.

– Да, конечно, у меня есть некоторые предположения, – согласился Кэл.

– В таком случае давайте поедем прямо туда, не тратя попусту силы и время.

– Послушайте, – вспылил Кэл, – если вам хочется вернуться домой, так и скажите…

– Нет, я не собираюсь возвращаться. Кэл немного успокоился.

– Ну хорошо, в таком случае мы сейчас отправимся к другому водопою, расположенному неподалеку отсюда. Там больше места, и я думаю, что мы обнаружим на берегу этого водоема немало скота. Надеюсь, что тогда я смогу наконец оценить ущерб, нанесенный ворами поголовью вашего стада.

– Значит, это не слишком далеко? – спросила Пруденс, пытаясь подбодрить себя. – Вон за тем холмом?

– Нет, немного дальше. Не беспокойтесь, у нас еще уйма времени. Мы успеем все сделать и вернуться домой до захода солнца.

– До захода… – растерянно пробормотала Пруденс и, с надеждой взглянув на сына, сказала: – Если ты устал, Джереми, мы можем перенести это на другой день.

– Нет, мама, я прекрасно себя чувствую, – заверил ее мальчик, вытирая руки салфеткой. – Я просто в восторге от этой поездки! Кэл показал мне, как выглядит клеймо нашего ранчо. Теперь я могу распознать скот, который принадлежит нам. А еще Кэл обещал научить меня клеймить телят раскаленным железом.

Пруденс опечалилась. Кэл и Джереми, похоже, успели пообщаться, пока она с горем пополам готовила им бутерброды и раскладывала еду на скатерти, расстеленной на траве.

– Ты меня слушаешь, мама?

Подавив тяжелый вздох, она подняла глаза на сына.

– Я рада, что тебе понравилась эта поездка, дорогой.

– Если мы хотим вернуться домой до наступления темноты, нам пора трогаться в путь, – сказал Кэл, и Пруденс едва не застонала от досады.

Собрав все свое мужество, она поднялась на ноги.

– С тобой все в порядке, мама? – озабоченно спросил Джереми, заметив гримасу боли на ее лице.

– Да, милый, я отлично себя чувствую.

– Помоги маме донести до лошади корзинку, Джереми, – сказал Кэл.

– Не надо, в этом нет никакой необходимости, – отрезала Пруденс.