Сьюзен Грейс - Леди-судьба

Виктория подошла к карте Ирландии, разложенной на столе.

– Откуда вы начнете искать О'Бэньона? На побережье полно маленьких портов и гаваней. Большие порты и города я отметаю сразу – в них пираты не заходят.

Она задумчиво прошлась по комнате и продолжила:

– Итак, вы отправляетесь втроем. В общении никаких фамилий, только имена. Поработайте над произношением, вы должны будете говорить как простолюдины. Ирландский акцент. Для судна, на котором вы пойдете в Ирландию, должен быть смешанный экипаж – из матросов с «Сокровища» и «Фоксфайра». Отберите самых лучших. А также…

Виктория обернулась и увидела, что Гаррет и Джейми слушают ее, приоткрыв от удивления рты, а Майлс улыбается – хитро и весело.

– Ну, что, теперь вы понимаете, почему я так дорожу этой леди? Красота и ум – что еще нужно от женщины настоящему мужчине?

Остаток дня они провели, обсуждая все детали своего плана. Сошлись на том, что «Фоксфайр» между рейсами в Ирландию зайдет в Бристоль. Здесь, неподалеку от порта, находится поместье родителей Гаррета. Оно станет базой, где будут собраны все необходимые припасы. Сюда каждую неделю будет посылаться курьер с отчетом о состоянии дел в Лондоне и последними новостями.

Виктория останется в Лондоне, взяв на себя управление «Райленд Шиппинг». О том, где находится Майлс, не должен знать никто, за исключением одного человека – Марка Грейсона. Всем прочим скажут, что Майлс отъехал по своим делам в поместье возле Шерингема.

Было уже за полночь, когда Майлс проводил Викторию до Карлайл-Холла.

– Я хотел бы, чтобы ты передумала и осталась у моих родителей на то время, пока меня не будет.

– Я привыкла жить здесь, Майлс. Со своей работой я целыми днями не бываю одна. Дома я отдыхаю, а в воскресные дни езжу к отцу, в Четэм.

– Ты будешь скучать по мне, Виктория? – спросил Майлс, обнимая невесту.

– Еще бы, – ответила она. – Будь осторожен и возвращайся скорее. Если с тобой что-нибудь случится, Майлс, я не переживу.

– Не волнуйся, Тори. Я вернусь назад скорее, чем ты думаешь, и больше мы не расстанемся с тобой никогда.

Следующим утром, когда Виктория работала в своем кабинете, раздался стук в дверь, и к ней вошел полицейский инспектор, назвавшийся сэром Найджелом Бредфордом. Оказалось, что он разыскивает Эдварда Демьена.

– Могу я узнать, почему вы ищете моего дядю? – спросила Виктория, привстав со стула.

Бредфорд был маленьким суетливым человечком с серыми волосами. Пенсне его смешно съехало на кончик носа.

– Миледи, с прискорбием должен сообщить вам о том, что Лорелея Демьен, графиня Седвик, убита. Мы обязаны расспросить графа в связи с этим убийством.

Известие потрясло Викторию, и она вновь опустилась на стул.

– Он оставался с моим отцом в Четэме. Герцог нездоров, и дядя Эдвард любезно согласился побыть с ним в то время, когда дела требуют моего присутствия в Лондоне. Смерть жены станет для него тяжелым ударом. Я немедленно отправляюсь в Четэм. Если хотите, можете следовать за мной в своей коляске.

– Как прикажете, миледи, – вежливо поклонился инспектор.

Спустя три часа они были уже в Четэме. Встретившая их миссис Оливер сообщила Виктории, что герцог и Эдвард пьют чай в библиотеке.

– Виктория, это ты? Вот это сюрприз! – радостно воскликнул Джеффри, увидев входящую в дверь Викторию. – Взгляни, Эдвард, она приехала. Значит, ей плохо без нас, стариков!

Он заметил за спиной Виктории тщедушную фигурку в пенсне и спросил:

– А кто этот джентльмен, дорогая?

– Папа, дядя Эдвард, позвольте вам представить сэра Найджела Бредфорда. Сэр Найджел, позвольте представить вам моего отца, его светлость Джеффри Карлайла, герцога Четэма, и моего дядю, Эдварда Демьена, графа Седвика.

Закончив официальные представления, Виктория жестом пригласила мужчин сесть. Бредфорд и Джеффри расположились в кожаных креслах, а сама Виктория устроилась вместе с Эдвардом на небольшом диване.

– Сэр Найджел – полицейский инспектор, – пояснила Виктория, – и он привез плохие новости.

Бредфорд повернул голову к Эдварду и сказал:

– Милорд, на мою долю выпал печальный долг сообщить вам о том, что ваша жена умерла прошлой ночью в Седвик-Хаус.

Глаза Эдварда наполнились слезами, и он спросил срывающимся голосом:

– Как это произошло? Несчастный случай?

Маленький инспектор отрицательно покачал своей серой головой.

– Нет, милорд. Ее убили. Если леди Виктория позволит нам остаться наедине, я расскажу вам…

– Не предлагайте мне уйти, – перебила их Виктория и накрыла ладонью руку Эдварда. – Я не могу оставить своего дядю в таком состоянии. Продолжайте, сэр. Расскажите без утайки, что на самом деле произошло с его бедной женой.

После того, как Бредфорд описал чудовищное по своей жестокости преступление, наступила тишина, а затем раздался дрожащий голос Эдварда:

– Каким нужно быть чудовищем, чтобы поднять руку на Лорелею. Ведь она была такой нежной, любящей женщиной. Бедная моя Лорелея, через какие муки тебе пришлось пройти! – Он повернул голову к Виктории и спросил растерянно: – Как я буду жить без нее?

Виктория принялась успокаивать Эдварда. Он рыдал, уткнувшись головой в ее плечо. Джеффри сделал знак Бредфорду, и они оба тихонько вышли из библиотеки.

– Я так одинок, Виктория, – тихо стонал Эдвард.

– Нет, дядя Эдвард, ты не одинок. У тебя есть мы, – успокаивала его Виктория, – и мы никогда тебя не оставим.

Рыдания стали тише, и Виктория отошла к шкафу, чтобы налить стакан бренди. Она подала его Эдварду и заставила выпить до дна.

Эдвард допил бренди и уставился на пустой стакан.

– Не представляю, как я смогу после этого снова войти в Седвик Мэнор. Зная, что там случилось с Лорелеей…

Голос Эдварда угас до едва различимого шепота.

– Ты можешь оставаться у нас сколько угодно, дядя Эдвард, – сказала Виктория и погладила его по руке. – А если тебе захочется пожить в Лондоне, ты можешь поселиться в Карлайл-Хаус. Папа подарил его мне на прошлый день рождения, но я там редко бываю. В этом доме тебе будет тихо и спокойно.

Эдвард медленно поднялся и прошел на подгибающихся ногах к окну. Немного постоял, глядя на садовую зелень.

– Боже мой, утром я еще был счастливым человеком, – заговорил он наконец. – И вот я уже одинок, и со мною рядом нет моей любимой Лорелеи. Спасибо тебе, Виктория, твоя любовь и забота дают мне надежду на будущее.

Виктория подошла к окну.

– Спасибо тебе за все, – продолжал Эдвард замогильным голосом. – Ведь у меня не было своих детей, и потому я часто завидовал твоему папе. Ведь даже тогда, когда не стало вашей мамы, у него оставалась ты.