Виктория Дал - Милая затворница

– Прости, дорогая, но я не могу обещать тебе сейчас утонченного обращения.

Она покачала головой:

– И не надо.

– А может, отложим все до завтра? – спросил он неожиданно.

Алекс едва заметно улыбнулась и покачала головой. Коллин принялся расстегивать свою рубашку, а она, глядя на его грудь, внимательно наблюдала за каждым его движением. Когда же он начал вытаскивать из штанов рубашку, Алекс шагнула к нему и стала ему помогать.

Он содрогнулся, когда она прикоснулась к нему. А Алекс снова улыбнулась и, стащив с него рубашку, провела ладонями по его плечам и груди. Ошеломленный ее нежными прикосновениями, Коллин шумно выдохнул. Александра же, глядя на него со страстью в пылающих глазах, тихо проговорила:

– Ты даже не представляешь, как мне хотелось сделать это, Коллин. С того дня в конюшне… Я часами мечтала о твоем теле. Почти каждый день.

Он почувствовал, что она снова поглаживает его грудь, и из горла его вырвался хриплый стон. Осторожно отстранив ее руки, Коллин пробормотал:

– Дорогая, ты лишишь меня мужественности еще до того, как мы начнем.

Она лукаво улыбнулась:

– Ты о чем?

Коллин невольно усмехнулся:

– Кажется, я слишком уж возбудился.

Алекс снова улыбнулась, однако промолчала. Немного отступив от него, она начала расстегивать свое простенькое платье.

Глядя на нее, Коллин едва сдерживался; ему хотелось броситься к ней и сорвать с нее платье одним движением. Казалось, узенькие ленточки корсажа развязывались под ее пальцами безумно медленно. И еще медленнее расстегивались пуговицы. Когда же последняя пуговичка была расстегнута, он вдруг понял, что под платьем у нее ничего не было. Окончательно потеряв терпение, Коллин шагнул к ней и рывком спустил платье до самой талии.

– О Боже! – прошептал он, глядя на высокие упругие груди.

Наклонив голову, Коллин поцеловал сначала одну грудь, потом другую. Из горла Алекс вырвался протяжный стон, и она прошептала:

– О, Коллин…

Он какое-то время смотрел на нее, затем, опустившись на колени, потянул платье вниз, к ногам девушки. Материя тут же соскользнула на пол, и теперь Александра стояла перед ним совершенно обнаженная. Обнаженная и прекрасная, не испытывающая никакого стыда.

Сердце Коллина болезненно сжалось, и он со стоном провел ладонями по ее бедрам.

– О, Алекс, как можно быть такой красивой?

Он прижался губами к ее талии, вдыхая женский аромат. Почувствовав, что ноги Алекс подгибаются, Коллин поддержал ее и тут же припал губами к ее груди. Она снова застонала, а потом пронзительно вскрикнула и попыталась прижаться к нему как можно крепче.

Тяжело дыша и обнимая друг друга, они замерли на несколько секунд. Потом Коллин откинулся назад и, подхватив Алекс на руки, усадил ее себе на колени. В следующее мгновение их губы слились в поцелуе. Когда же поцелуй прервался, Коллин почувствовал, что если не поспешит, то все может закончиться еще до того, как он овладеет Александрой – слишком уж долго он воздерживался.

Алекс вскрикнула, когда кончики его пальцев проникли внутрь и коснулись твердой чувствительной шишечки. Коллин понял, что она уже почти достигла пика наслаждения, но продолжал ласкать ее и просунул палец глубже. Ее мягкое тело плотно прижималось к нему, доводя его до безумия, и ему хотелось кричать вместе с ней, когда она, покачиваясь, сжимала его руку.

Снова подхватив возлюбленную, Коллин осторожно уложил ее на мягкий ковер и начал расстегивать пуговицы на своих бриджах. Но руки его дрожали, и проклятые бриджи никак не расстегивались.

Александра взглянула на него с улыбкой и прошептала:

– Ах, что же ты так долго? Я не могу больше ждать.

Наконец ему удалось освободиться от бриджей, и Алекс тотчас же протянула руку и коснулась своими изящными пальчиками его возбужденной плоти. Коллин громко застонал; возбужденный до крайности, он сразу же почувствовал, что больше медлить нельзя, иначе все закончится, так не начавшись. Опустившись на колени, он прорычал:

– Дорогая, прости. – И тотчас же вошел в нее.

Почувствовав боль, Алекс громко вскрикнула, и Коллин с ужасом понял: случилось непредвиденное, случилось то, чего он никак не ожидал.

Несколько секунд спустя его семя излилось, а Алекс, упершись ладонями в его плечи, жалобно застонала.

Глава 10

Коллин не сразу пришел в себя. Наконец, чуть приподнявшись, он заглянул в глаза Александры. «Неужели я лишил ее девственности? – думал он. – Нет, не может быть», – говорил он себе, пытаясь отрицать очевидное.

– Пожалуйста, отпусти меня, – пролепетала Алекс, приложив ладони к животу.

Коллин поморщился и, поднявшись на ноги, уставился на кровавое пятно у себя на бедре. Тяжело вздохнув, он отправился на кухню и смочил салфетку холодной водой. Вернувшись в комнату, передал салфетку Александре, потом бросил ей свою рубашку, чтобы она могла прикрыться, и осмотрелся в поисках своих бридж.

– Прости, – послышался у него за спиной голос Алекс.

– Прости, говоришь? – Он застегнул пуговицы на бриджах.

– Ведь получается, что я тебя обманула, верно?

Коллин повернулся к Александре. Она все еще лежала на ковре, но теперь уже в рубашке. Пристально глядя на нее, он проворчал:

– И это все, что ты можешь мне сказать?

– Ты о чем?

– Думаешь, что отделаешься только извинением?

– Но я… – Она судорожно сглотнула. – Коллин, я все тебе объясню.

– Объяснишь?! Что ты мне объяснишь? Что ты лгунья и обманщица?! Ты заманила меня сюда и отдалась, чтобы я потом, как честный человек, женился на тебе, не так ли? Ведь на мне кровь твоей девственности! А может быть, здесь кто-нибудь прячется в шкафу, чтобы стать свидетелем?

Алекс со вздохом покачала головой:

– Не будь смешным, Коллин.

Он едва не задохнулся от гнева.

– Какого черта, Александра?! Почему ты так поступила?!

Она окинула взглядом комнату.

– Не мог бы ты отвернуться? Я хочу одеться.

Коллин презрительно усмехнулся:

– Отвернуться?! Говоришь, отвернуться?! О, женщина, да ведь я только что лишил тебя девственности!

Алекс поднялась на ноги. На ее бледных щеках появились красные пятна.

– Что ж, хорошо. – Стащив с себя его рубашку, она бросила ее ему в лицо. – Вот, возьми!

Коллин тут же отвернулся, однако успел заметить каплю крови, стекавшую по ее бедру. Затем послышалось шуршание одежды – она одевалась. Сердце Коллина учащенно забилось; только сейчас он до конца осознал сложившуюся ситуацию. Было совершенно очевидно: Алекс должна стать его женой.

«По крайней мере, Дженни Керкленд будет довольна», – подумал он, криво усмехнувшись.

– Я приехала сюда не для того, чтобы обманом заставить тебя жениться на мне, – сказала Алекс, когда наконец оделась.