Нора Хесс - Горная роза

Солнце было большим красным шаром, опустившимся до верхушек деревьев, когда Рейган стояла у плиты, жарила толстые куски ветчины и часто поглядывала в окно, наблюдая, не появился ли Чейз. Она только что закончила накрывать на стол, когда увидела Сэмпсона, спускающегося с холма. Ее сердце забилось взволнованно, глаза не мигая смотрели на большого сильного мужчину, сидевшего высоко в седле. «Прекрати стучать, – своим маленьким кулачком Рейган ударила по груди, словно успокаивая сердце, – ты хочешь, чтобы он услышал, что ты бьешься, как безумное?»

Рейган постаралась принять спокойный вид, погасить огонь в своих глазах. Чейз не должен узнать, что она чувствует к нему. Он будет презирать ее, если поймет, что его присутствие заставляет ее сердце биться учащенно.

Немного спустя она услышала, как Чейз и Джеми плескались водой, умываясь на веранде. Она пошла к двери, чтобы сказать, что ужин готов, но не успела. Старая женщина ехала верхом на осле по тому же следу, что проложил Чейз.

– Бабушка Пирсон! – воскликнул Чейз, когда старый осел вошел во двор и остановился, не дожидаясь команды хозяйки.

Улыбаясь, Чейз вытер руки и поспешил помочь седоволосой женщине спешиться. Ее спина была крепко перевязана, заметила Рейган, и тонкие пальцы, которые сжимали руку Чейза, были скручены ревматизмом. Тем не менее она была очень подвижна, когда проделывала путь к крыльцу.

Она помедлила немного, прежде чем подняться на крыльцо, и увидела Рейган, стоящую в дверях.

Пронизывающие голубые глаза изучали лицо Рейган какое-то время, потом женщина сказала голосом, потрескавшимся от времени:

– Ты кого-то напоминаешь мне, девочка. Кто бы это мог быть, как ты думаешь?

Рейган сказала, что она похожа на отца, знала ли женщина Уильяма О'Кифа? Девушка взглянула на Чейза и увидела, что он слушает ее, затаив дыхание, боясь, что она сболтнет что-либо лишнее.

Рейган улыбнулась пожилой женщине, бабушке Пирсон, и ответила:

– Я не знаю здесь никого. Я только вчера приехала из Айдахо.

Старуха покачала головой в раздумье.

– Безусловно, ты мне знакома.– После короткой паузы она спросила у Чейза.– Ты живешь с этой бездельницей?

– Как вам не стыдно, бабушка, – смеясь перебил ее Чейз, когда увидел, как Рейган покраснела от этого прямого вопроса.– Рейган – моя жена.

Он взял старуху за руку и помог подняться на ступени крыльца.

– Твоя жена? – старая женщина спросила, резко остановившись, – что ты говоришь? – она снова посмотрела на Рейган.– Да, красивая. Слава богу, у тебя хватило ума не связаться с этой охотницей на мужчин, Лизой Дженкинс.

Пока Чейз с пылающими ушами объяснял ей, что не было опасности такого шага, бабушка Пирсон заметила стоящего в стороне Джеми, наблюдавшего за ней с улыбкой. Ее лицо подобрело.

– Ну как дела, мальчик?

Джеми усмехнулся. Эта старая добрая женщина называла его мальчиком с тех пор, как он встретил ее пять лет тому назад. Правда, не всегда. Иногда она называла его Джеми, если была им недовольна.

– Я в прекрасной форме, бабушка, – ответил он.– А как вы поживаете?

– Прекрасно! Правда, иногда ломит мои старые кости, но это полагается в моем возрасте, я думаю.– Она сурово посмотрела на Чейза.– Ты положил глаз на эту девушку, Донлин, ты знаешь толк в женщинах!

Чейз опустил глаза, пряча их от проницательной старухи. Как можно деликатнее он сказал:

– Проходи в дом, старая вещунья.– Он повел ее в свободный проем двери, когда Рейган отступила назад.– Ты как раз вовремя, к ужину.

– Ладно, должна сказать, что пахнет хорошо, а я проголодалась. Не ела с самого утра, – сказала бабушка, передавая свою тяжелую шаль Джеми.

– Почему? – Чейз усадил ее за стол.

– Генри Джоунс постучался ко мне на рассвете, жалуясь, что Мег никак не может разродиться, просил помочь ей.

– Не знал, что его жена снова ждет ребенка, – сказал Чейз рассеянно, с вниманием следя за Рейган, величественно двигающейся по кухне и накрывающей на стол.

– Эта бедная женщина беременеет без конца, ее первый муж оставил ей четверых детей, и ни один не был выношен до срока. Это потому, что он не оставлял ее в покое во время беременности, не желая отказывать себе в удовольствии.

– И тот ребенок умер? – спросил Джеми осторожно.

– И бог благословил это, – вздохнула бабушка Пирсон.– Его тощее маленькое тельце было бесформенным; если бы он и выжил, у него было бы не все в порядке с головой. Я поняла это по чертам его лица. И ты знаешь, Генри еще нравится получать удовольствие также со своими падчерицами. Я видела, как он смотрел на них, пока его жена пыталась произвести на свет его малыша. Для него не имеет значения, что эти две девочки – его падчерицы.

Никто не заметил бледного лица Рейган, ужаса в ее зеленых глазах, осуждающих Генри.

Наконец, Джеми увидел ее ошеломленное выражение лица и дотронулся до ее нежной руки, крепко сжимающей вилку.

– Рейган, – сказал он мягко, – ты никогда не встречалась с таким в жизни, да?

Рейган покачала головой.

– Трудно представить, что мужчина может поступать так подло.

– Это не часто случается, – Чейз хмурился, видя руку Джеми на руке Рейган.– Но есть некоторые двуногие животные, как Генри.

– Почему его жена смирилась с таким положением и обращением? – глаза Рейган пылали возмущением.

– Мег? – Бабушка тряхнула головой.– Та бедная женщина давно запугана. Ее первый муж был еще хуже, чем Генри.

– Я никогда не знал ее первого мужа, – сказал Чейз.– Он умер вскоре, как они приехали сюда.

– Я знала его, знала хорошо, – глаза старухи прищурились.– Он был негодяем. Мы с Джоем ехали в Орегон в том же обозе, что и они с Мег. Мег и ее четверо детей делали всю работу – располагались в домике, распрягали своих тощих старых ослов. Все, что он делал – так это играл в карты.

– Что случилось с ним? – спросил Джеми после долгой бабушкиной тирады.

– Он утонул, – ответила она.– Было наводнение, и его лодка попала в водоворот и перевернулась. Мег говорила, что он не умел плавать.

– Да, старая река взяла его.– Бабушка Пирсон покачала своей седой головой.– И мы все были рады за Мег. Наконец, она освободилась от злого ленивца. Так говорили все ей и ее детям, видя, как они измождены работой. Потом пришел Генри Джоунс, он разговаривал с ней так слащаво, поначалу вел себя так красиво. И Мег, бедное создание, никогда не знавшее доброго обращения, поверила его хитростям. Она не поняла, пока не вышла замуж, что он был таким же ленивым, как и ее первый муж, да сверх того, он похотлив, как возбудившийся бык.

Когда бабушка Пирсон снова открыла рот, чтобы продолжить свои рассказы, Чейз подвинул ей чашку с картошкой.