Миранда Невилл - Неистовый маркиз

Протянув Джулиане руку, он помог ей подняться. Потом спросил:

— Так что же произошло?

Она в смущении пробормотала:

— Ничего особенного. Просто потеряла равновесие.

Кейн мысленно улыбнулся. Судя по всему, Джулиана не собиралась выгонять его из спальни.

— Позволь мне расстегнуть пуговицы, — сказал он. — Повернись, пожалуйста.

Она молча повернулась к нему спиной.

— Ты действительно красивая, — пробормотал Кейн, поглаживая ее плечи. — А кожа — гладкая словно шелк. И не видно никаких веснушек.

Расстегнув платье, он спустил его с плеч Джулианы, и оно соскользнуло к ее ногам. Кейн провел ладонями по ее бедрам и вдруг нахмурился. Какое нелепое белье! Конечно же, это тоже следовало изменить.

Развернув Джулиану к себе лицом, он прошептал:

— Я знал, что под этой черной броней скрывалось нечто… удивительное.

При всей своей миниатюрности эта женщина была идеально сложена — во всех нужных местах у нее было вполне достаточно плоти. Окинув ее взглядом, Кейн почувствовал, что все сильнее возбуждается. И было совершенно очевидно: его ждало невероятное наслаждение.

Минуту спустя он снял с нее нижнюю юбку, затем ослабил подвязки. После чего опустился на колени, чтобы снять туфли. Спустив чулки, он поцеловал коленку Джулианы и с улыбкой сказал:

— Ты видишь меня у своих ног, дорогая.

Но она по-прежнему молчала. Кейн выпрямился и заглянул ей в глаза. Затем провел ладонями по ее обнаженным рукам.

— У тебя гусиная кожа, дорогая. И ты, кажется, дрожишь. Хотелось бы думать, что это я заставил тебя дрожать от желания, но боюсь, ты замерзла.

Шагнув к кровати, Кейн стащил с нее покрывало. Затем подхватил Джулиану на руки — на ней оставалась лишь сорочка — и уложил ее на постель. Тотчас забравшись под одеяла, она посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Ослабив галстук, Кейн тихо сказал:

— Не беспокойся, дорогая, я позабочусь о том, чтобы у тебя не было никаких… неприятных последствий.

Джулиана покраснела и пробормотала:

— Я уже приняла меры, чтобы предотвратить зачатие.

Кейн молча кивнул. Он всегда принимал меры предосторожности, но на этот раз ему не следовало беспокоиться. Ведь у Джулианы не было детей, хотя она и была какое-то время замужем. Но наверное, не слишком долго.

— Ты пользуешься тампоном? — спросил он.

Она кивнула и еще гуще покраснела.

— Вот и хорошо. — Кейн улыбнулся. — Тампон предпочтительнее всех других средств. Значит, ты упала, когда вставляла его?

Она снова кивнула. Кейн же решил не говорить о том, что мог бы помочь ей и в этом. Он сомневался, что Джулиана была готова к такой игре.

Смущение оставило ее, когда она поняла, что маркиз воспринимает все совершенно спокойно и естественно. А вот Джозеф вел себя в подобных случаях совсем иначе. Он всегда ужасно нервничал. А накануне брачной ночи достал из шкафа тампоны и бутылку бренди и объяснил, как этим пользоваться. Муж заявил, что они пока не могут позволить себе завести детей, и Джулиана с ним согласилась. А забеременеть сейчас — этого она никак не могла допустить. Она твердо решила, что ни за что не родит ребенка вне брака.

Что же касается Кейна… Ах, наверное, она сейчас совершает самый безрассудный поступок в своей жизни. И тем не менее она собиралась это сделать.

А он стоял у кровати в ее крохотной спальне и тихо посмеивался, развязывая галстук. Глаза же его, ярко-голубые, жарко полыхали, когда он посматривал на нее. Джулиана шумно вздохнула, когда он отбросил в сторону галстук и расстегнул рубашку, открыв мускулистую грудь со светло-каштановыми завитками волос. Да, лорд Чейз был необычайно красивый мужчина.

И в этот вечер — вероятно, только в этот вечер — он принадлежал ей.

Затаив дыхание, она наблюдала, как он сбрасывал с себя одежду — снимал все, абсолютно все. Джулиана никогда не видела обнаженного мужчину; они с Джозефом ни разу не раздевались полностью — на них всегда были легкие ночные одежды. А вот маркиз Чейз… Похоже, он понятия не имел о том, что такое скромность. Да-да, все снимал — вещь за вещью!

Кейн медленно раздевался, а Джулиана смотрела на него во все глаза. Она не знала, радоваться или огорчаться, когда «представление» наконец закончилось. Кейн же забрался к ней под одеяла, обнял ее и пробормотал низким воркующим голосом:

— Согрей меня. — И снова начал ее целовать.

Согреть его? Вряд ли он в этом нуждался. Тело его было горячим как печь. И необыкновенно мускулистым — твердые мышцы играли и перекатывались под кожей. Еще крепче прижав ее к себе, Кейн в очередной раз ее поцеловал, и Джулиана вдруг поняла: целуя ее в карете, он кое-что сохранял в резерве, — потому что сейчас его поцелуй был еще более страстным и сладостным. И Джулиана, как могла, ответила ему с такой же страстью, ответила, наслаждаясь поцелуем.

Но он не только целовал ее — его руки отнюдь не бездействовали. Ах, его руки!.. Наконец-то он стал поглаживать ее истомившиеся по ласке груди. А ласки его были довольно смелыми, но в то же время нежными, и Джулиана вскоре почувствовала, как сладостно заныли соски. Внезапно она вздрогнула — и тотчас же услышала свой собственный стон. А затем послышался тихий голос Кейна.

— Еще? — спросил он, отстраняясь.

Впрочем, он не стал дожидаться ответа, так как понимал, что она сейчас не способна сказать что-то. Внезапно Джулиана поняла, что Кейн каким-то образом уже умудрился снять с нее сорочку и… О Господи!.. Она вдруг почувствовала, как он легонько покусывает ее соски. Но кто бы мог подумать, что это, оказывается, так приятно? А руки его тем временем блуждали по ее животу, по бедрам, по треугольнику между ног.

На мгновение отстранившись, Кейн прошептал:

— Потрогай меня…

Но Джулиана не знала, что ей следует делать. И она не была уверена в том, что сможет доставить Кейну такое же удовольствие, какое доставлял он ей. Подобное невежество в области любовной игры немного ее беспокоило, но, набравшись смелости, она осторожно провела ладонью по спине Кейна и тотчас же почувствовала, как заиграли его мышцы.

— Да-да, все правильно, — пробормотал он.

Приободрившись. Джулиана принялась ласкать его с большей уверенностью. А в тот момент, когда рука ее добралась до его ягодиц, он снова прижался к ней всем телом, и она тут же почувствовала, что его мужская плоть стала еще более твердой.

А потом Кейн вдруг опять от нее отстранился и даже немного отодвинулся. Из горла Джулианы вырвался вздох разочарования, но уже в следующую секунду она вздрогнула и громко застонала, почувствовав, как пальцы Кейна коснулись ее лона, — никогда еще она не испытывала ничего подобного.