Дженнифер Эшли - Пенелопа и прекрасный принц

Меган с трудом оторвала глаза от убитого. В ее взгляде отражался весь пережитый ужас, но девушка расправила плечи и заботливо взяла Пенелопу за руку.

Тесно прижавшись друг к другу, обе леди направились к таверне.

Глава 10

Пенелопа прижимала бинт к Сашиной ране, чувствуя невыносимую тяжесть в груди. Этот человек спас ей жизнь. Неужели ценой собственной?

Хозяин уже послал за хирургом, мистером Фиппсом из Кумб-Степпинга. Тот жил в трех милях от Литтл-Марчинга.

Саша запротестовал слабым голосом, когда они сняли с него сюртук, жилет и рубашку. Он так и не успокоился, пока Меган не согласилась отойти от кровати и повернуться спиной.

А вот Пенелопу он просто молил остаться. Крепко схватил за руку, как будто ему становилось легче от одного ее присутствия. У девушки не хватило бы духу покинуть своего спасителя.

Сейчас он спокойно лежал вниз лицом, с закрытыми глазами, но не спал, дыхание было ровным, только немного тяжеловатым. Может быть, им повезет, и рана окажется не смертельной?

Пенелопа снова и снова перебирала в голове страшные события этого дня. Вот убийца кладет руку на плечо Деймиена. Потом замахивается ножом. Сама она замирает от ужаса. Она слишком далеко и ничем не сможет помочь! Сейчас принц умрет на ее глазах!

Никогда прежде Пенелопа не испытывала такого потрясения. Что-то сдавило ей горло. Время словно застыло. Она видела, как нож медленно, с неотвратимой точностью, приближается к сердцу Деймиена.

Когда Петри оттолкнул принца, а убийца вывернулся из рук слуги, Пенелопа как будто снова вернулась к жизни. Даже вид сумасшедшего, летевшего к ней с ножом, боль в окровавленных ладонях, которые она ободрала о каменную стенку колодца, не так испугали Пенелопу, как мысль, что Деймиен сейчас погибнет.

Девушка опустила взгляд на тяжелое кольцо у себя на руке. Старинное серебро тускло поблескивало. Пенелопа десятки раз видела его на пальце у матери, а еще раньше кольцо носила ее бабушка. Может быть, оно как-то связано с ее страстной потребностью знать, что у Деймиена все хорошо.

Пенелопа почувствовала, как в комнату вошел Деймиен. Слуги расступились.

– Саша, старый друг! – В голосе Деймиена звучали мягкие нотки, которых Пенелопа прежде не слышала. – За эту услугу я никогда не сумею расплатиться с тобой. Тебя будут чествовать на городской площади в Нарато. Мы устроим парад в твою честь.

Похоже, Деймиен сказал то, что нужно. Не стал высказывать ни благодарности, ни горя, ни сожаления. Сашино лицо вспыхнуло от радости.

– Я только исполнил свой долг, ваше высочество.

– Истинно так, но ты легко мог отступить в сторону и предоставить его телохранителям. Ведь это скорее их долг, а не твой.

– Пожертвовать собой – честь для меня.

– Я не позволю тебе жертвовать собой. Ты мне еще нужен. Скоро здесь будет хирург. Он заштопает тебя, и ты опять будешь проводить церемонии.

Деймиен говорил уверенным тоном, но Пенелопа видела, что он обеспокоен. Возможно, рана не задела важных органов, но она была глубокой и легко могла загноиться.

Саша погладил руку Деймиена.

– Не тревожьтесь, ваше высочество. Принцесса здесь, она меня исцелит.

Пенелопа удивленно посмотрела на раненого. Деймиен поймал ее взгляд и чуть заметно покачал головой.

– Не настолько ты плох, Саша. Хирург тебя вылечит.

– Мне не нужен хирург, если здесь принцесса. – Саша говорил со счастливой уверенностью.

– Деймиен, – прошептала Пенелопа. – Что это значит?

Саша услышал ее вопрос.

– Истинная принцесса Нвенгарии обладает даром исцелять больных и раненых.

Глаза Пенелопы расширились. Она открыла рот, чтобы возразить, – конечно, она умеет делать припарки или заваривать чай из трав, но это вовсе не означает, что она способна заживить глубокую рану или вылечить лихорадку.

Деймиен взял ее под руку и отвел в угол комнаты.

– Любовь моя, развесели его. Ты ему нужна.

Пенелопа смотрела на принца во все глаза.

– Ты что, с ума сошел? И когда ты собирался познакомить меня с этими обязанностями принцессы?

– Когда бы возникла необходимость. Как сейчас.

– Но я не могу исцелить его, – продолжала настаивать Пенелопа. – И что будет, если у меня ничего не получится? Он объявит, что я не настоящая принцесса?

– Нет, потому что ты его излечишь.

Она долго смотрела в его лицо, потом сказала:

– Но, Деймиен, я действительно не могу.

– Промой ему рану, потри спину. Сделай что-нибудь. Доверься мне.

Его взгляд потеплел. Когда он так смотрел, Пенелопе хотелось верить ему. Да, нельзя забывать, он – правитель, который умеет заставить людей делать то, что ему нужно.

Они оба стояли спиной к присутствующим в комнате. Пенелопа быстро обернулась и слегка коснулась губами его губ.

Это мимолетное прикосновение почти лишило ее последних сил, Пенелопе захотелось броситься в его объятия. Пусть он подхватит ее на руки, успокоит. Убийца так напугал ее не потому, что пытался убить ее, Пенелопу, а потому, что покушался на Деймиена.

Она вдруг поняла, что это уже не первое нападение. Это доказывали его торопливые ответы на вопросы Меган, к тому же Саша, да и все телохранители в точности знали, что надо делать.

От пережитого испуга Пенелопе хотелось прижаться к Деймиену, убедиться, что с ним все в порядке. Но Деймиен не был ранен, она – тоже, вместо них пострадал Саша.

Зрачки Деймиена расширились, черное расплывалось на темно-синем, он хотел ее.

Пенелопа прошептала прямо в его губы:

– Я попробую, ради тебя.

Она развернулась, оторвалась наконец от Деймиена и вернулась к Саше. Меган с тревогой следила за ней взглядом. Ей так хотелось верить, что волшебная сказка действительно стала былью, но даже она сомневалась.

Деймиен ждал. Ждал Саша. Ждали крестьяне и слуги принца.

Пенелопа с трудом сглотнула. В горле у нее пересохло.

– Мне понадобится кувшин с водой, – обратилась она к хозяину, стараясь говорить твердым голосом, – и крапива, чтобы остановить кровь. И лаванда, если есть.

Пенелопа его исцелила! По крайней мере, Саша в это верил. Деймиен наблюдал, как она промывает и перевязывает рану, забавляясь и все же испытывая за нее гордость. Легкими движениями Пенелопа поглаживала спину мужчины без всякого смущения и обычной девичьей робости.

Саша облегченно вздохнул и объявил, что боль ушла. Он хотел самостоятельно вернуться в дом, но Деймиен его остановил. Отдых после битвы, сказал он, – самая приятная часть доблестного поступка. Хозяин предоставил Саше комнату, чтобы тот спокойно поправлялся. Саша не стал спорить, а когда на следующий день почувствовал себя лучше, то вернулся к подготовке праздника и продолжал командовать из своей временной резиденции.