Барбара Дэн - Непослушная невеста

– Прекрати, О'Рурк! – Кейт замахнулась на него кулаком. – Эй, помогите кто-нибудь! Этот человек – лжец!

Обернувшись, Кэтрин убедилась, что стоявшие позади них лесорубы даже не думают ей помогать, вместо этого они смеются.

В негодовании она резко повернулась и попыталась сбросить руку Питера, а когда это ей не удалось, уперлась каблуками в землю, чтобы замедлить продвижение.

– Боже, О'Рурк, ты что, с ума сошел? Я ни за что не поеду с тобой!

– Ну, это мы еще посмотрим, Кэти О'Рурк. – Питер взвалил Кэтрин себе на плечо и зашагал к мулам.

– Если так, я все скажу отцу! – Кейт царапала его, словно разъяренная рысь. – Он разрубит тебя на мелкие кусочки и… скормит рыбам! Он подвесит тебя на крюк!

– Жаль, что вынужден развеять твои иллюзии, но это он придумал отдых в горах, так же как ты придумала нашу свадьбу. Кстати, если бы выбирал я, ты бы стала женой того штейгера.

Извернувшись, Кейт запустила зубы ему в плечо, и Питер не раздумывая закатил ей смачную оплеуху.

– Сучка!

– Ах так? Сейчас я тебя убью, О'Рурк! – Кэтрин принялась терзать зубами толстую ткань его рубашки.

– Скорее, мы друг друга в гроб вгоним, – угрюмо согласился Питер, пытаясь спасти свою рубашку.

– Ты меня обманул, О'Рурк, вы с папенькой меня провели! – простонала Кейт. – Ты все время мне лгал, подонок!

– Извини. Кейт, но тебе лучше смириться с происшедшим.

– Смириться? Ну уж нет. Я тебя ненавижу, слышишь? – Огненно-рыжая голова Кейт задергалась, словно с ней случился припадок.

Решив, что ему все это надоело, Питер схватил жену за волосы и заткнул ей рот самым быстрым из известных ему способов: он крепко поцеловал ее, а затем стал бесцеремонно трогать и ласкать, недвусмысленно показывая, кому принадлежит власть.

– Успокойся, Кэтрин. Я тебя предупредил! – прорычал Питер, но тут Кейт открыла рот и издала вопль – такой дикий, что даже лесорубы начали осматриваться, словно опасаясь, как бы пума не напала на них прямо при свете дня.

– Я тебя ненавижу, Питер О'Рурк!

– Верю. По крайней мере это настоящее чувство, а не поддельное, Кейт О'Рурк. Я тоже от тебя не в восторге, так что прекрати капризничать и залезай на мула.

– Нет! Я. была дурой, когда тебе доверилась, но это больше не повторится!

– Хватит, довольно. Не в твоих интересах мне перечить! – процедил Питер сквозь зубы.

– И все равно ты не можешь меня принудить! – упрямо возразила Кейт.

– Что ж, ты сама напросилась. – О'Рурк снова бесцеремонно поцеловал ее, а когда ощутил, что сопротивление Кейт слабеет, еще больше углубил поцелуй.

Внезапно Кейт обмякла в его объятиях, и Питер, встревожившись, чуть отстранился. Неужели она потеряла сознание?

Но это не был обморок. Кейт лежала в его объятиях, задыхаясь, ее взгляд остекленел от страсти, а губы стали припухшими и влажными. Она явно находилась во власти любовного возбуждения.

– Надеюсь, возражений больше нет?

Мэри Кейт покачала головой, не особо заботясь о том, какие еще новости ей предстоит узнать.

Пользуясь моментом, О'Рурк усадил ее на мула, и тут Кейт охватило ужасное, пугающее чувство. Они с О'Рурком совершенно не подходили друг другу, им не следовало оставаться рядом. Похоже, Бог сыграл с ней гадкую шутку – не простил ей того, что она солгала у алтаря!

Глава 10

Караван с людьми и припасами направился на северо-восток, двигаясь по извилистой тропе, петлявшей среди уходящих к небу лесных зарослей; и все это время Кэтрин пыталась развеять все усиливающуюся уверенность в том, что она может больше никогда не увидеть цивилизации. За считанные минуты весь ее мир привилегий и комфорта рухнул, теперь она не дочь процветающего магната, а невольная пленница, которую увозят в унылую пустыню, в царство враждебных стихий и опасностей. Если у Мэри Кэтрин и прежде были основания обижаться на отца, то это последнее предательство нанесло их отношениям решающий удар.

Решив, что отец и О'Рурк дорого ей за это заплатят, Кейт стала пытаться запоминать дорогу, которая петляла в траве вдоль ручья. Она могла бы делать пометки на высоких кустах, но испугалась, что либо мужчина по имени Джиггер, либо Питер заметят и накажут ее.

Положение было хуже некуда. Вряд ли кто-то отправится ее искать, а значит, ей придется самой выбираться отсюда. Хотя все это похоже на кошмарный сон, она все равно каким-то образом спасется – Кейт твердо верила в это.

Длинные вечерние тени утонули в сумерках, а мулы по-прежнему продолжали подъем, забираясь все выше и выше. Печальный крик ястреба, кружившего высоко в небе, еще усилил в Кейт чувство одиночества. Сосны и ели заслоняли почти все небо, пока молчаливый караван шел по высокогорью, а когда вечернее солнце скрылось за высокими стенами каньона, ее сердце заледенело и замерло.

Утром Кейт выезжала из дома в совершенно беззаботном состоянии, и тогда клетчатое муслиновое платье и зонтик казались ей идеальной экипировкой; теперь же с каждым шагом вонючего мула неуместность ее наряда и неподготовленность к такому виду передвижения становились все очевиднее.

Набив синяки и испытывая страшные мучения, Кэтрин все же старалась не падать духом, но наконец темнота и мерный шаг каравана, поднимавшегося по крутой тропе к западному краю каньона, сделали свое дело, и ее тело склонилось к шее мула. На какое-то время даже пугающий шепот леса перестал ее тревожить…

Натянув поводья, Джиггер Дженсен резко остановил караван, и тут, стряхнув дремоту, Кейт обнаружила, что находится на вырубке, которую когда-то занимали высокие сосны. Теперь это место превратилось в луг с несколькими тощими кустами по краям.

– Мы остановимся здесь на ночь, – объявил Джиггер, и все начали спешиваться.

При тусклом свете луны О'Рурк заметил, что Кейт покачнулась в седле, и, послав коня вперед, едва успел подхватить ее, не дав рухнуть головой вниз. Спешившись и сняв Кейт с мула, он положил ее на густой ковер из полевых цветов.

Некоторое время Кейт пыталась сообразить, что происходит, затем с удивлением огляделась вокруг.

– Оставь меня в покое, ты, грязный уб…

Не дав ей договорить, Питер закрыл ей рот ладонью.

– Вижу, мы уже проснулись? – Он ласково улыбнулся и убрал руку.

Кейт со стоном поднялась на ноги. По мере того как онемение в ногах проходило, ее страхи усиливались все больше. Остальные спутники двигались вокруг нее, словно тени: одни собирали хворост, другие рылись во вьюках, доставая еду и котелки.

Только теперь Кейт наконец поняла, в какой опасности находится. Она гневно посмотрела на О'Рурка, однако голод не позволил ей решиться на большее. Тем не менее она пообещала себе, что если переживет эту ночь, то сквитается с ним, пусть даже это будет последним, что она сможет сделать в этой жизни.