Джулия Берд - Искренне Ваша

– Я уехала по своей воле. А когда вернулась в столицу к своему третьему и последнему сезону, то приложила все старания, чтобы нигде не встречаться с вами.

Она легко коснулась его щеки. Кожа Джека была теплой и гладкой, только на подбородке кололась щетина. Прикосновение понравилось Лайзе – оно казалось особой привилегией. Джек стоял как завороженный, боясь нарушить очарование минуты. Сколько раз после того поцелуя Лайзе снилось, что она проводит ладонью по щеке Джека!

– Вы меня испортили, мистер Фэрчайлд. Преподнесли такой прекрасный дар, что ничего другого я уже не желала.

Джек взял ее за руку, поцеловал в ладонь и прижал ее к груди.

– Простите.

– Благодаря этому поцелую я поняла: мне нужен такой мужчина, как вы. Красивый, добрый, страстный и умный.

Его глаза иронично потемнели.

– А вы уверены, что речь обо мне?

Очарованная его скромностью, она издала краткий смешок, гадая, почему судьба вновь свела их.

– Но я знала, что вы созданы не для меня. Вы оповестили весь свет о том, что не собираетесь жениться. По городу ходили слухи, что заманить вас в брачный капкан решительно невозможно. Вы походили на странное божество любви, которое живет по собственным правилам. И даже если бы вы согласились стать моим мужем, мои родители вряд ли одобрили бы такую партию. У вас ужасающая репутация. Обдумав все это, я решила: если я не могу заполучить в мужья кого хочу, я вообще не выйду замуж.

Он побледнел.

– Нет, Лайза, не говорите так. – Джек нахмурился и взял ее за плечи. – Так нельзя. Один поцелуй еще ничего не значит. Признайте, что я прав.

Лайза высвободилась и криво усмехнулась:

– Хорошо. Вы правы.

– Вы лжете, чтобы отвязаться. Черт побери, Лайза, зачем вы приняли это решение? Я почти незнаком с вами.

– Зато я знаю вас. – Она отстранилась, понимая, как нелепо прозвучали ее слова. – Понимаю, это глупо, но я уверена, что сердце с первой минуты знает, кто ему дорог.

Она обхватила себя руками и сделала еще шаг назад, глядя вверх, на луну.

– Как видите, во всем виноваты вы. Если бы не вы, я давным-давно благополучно вышла бы замуж. И Селия никогда не увидела бы меня бесстыдно целующейся с незнакомцем.

– А если это был не просто поцелуй? – в досаде выпалил Джек.

Лайза гневно нахмурилась:

– Не смейте! Не притворяйтесь, будто питаете ко мне чувства!

Джек выдерживал ее взгляд целую томительную минуту, но, в конце концов, отвернулся первым.

– Один поцелуй со мной – еще не причина выходить замуж за такого мерзавца, как Баррингтон. Эту вину я на себя не возьму.

Лайза печально улыбнулась:

– Разумеется, вы правы. С моей стороны было несправедливо обвинить вас во всем сразу. Вы – это вы, Джек Фэрчайлд. От вас я никогда ничего и не ждала. Я же знала: вы не из тех, кто потакает дамским капризам.

Он прижал ладонь к сердцу, словно уязвленный ее словами.

– Хотите, я помогу вам всадить нож поглубже? Видите ли, мисс Крэншоу, вы меня никогда ни о чем и не просили. Напротив, избегали встреч со мной.

– Мне было стыдно. Ведь я девушка! – возразила Лайза. – В то время мне было всего семнадцать лет. Разве я имела право о чем-то просить искушенного мужчину?

Лайза тяжело вздохнула. Джек тоже вздохнул, запрокинул голову и засмотрелся на звездное небо.

– Придется отдать вам должное, мисс Крэншоу: еще никогда в жизни я ни о чем не жалел, а сегодня вы заставили меня испытать всю тяжесть раскаяния. Восемь лет назад я был слишком глуп, чтобы сообразить, какая вы завидная добыча. И я сожалею об этом.

Она кивнула, принимая извинения, и принужденно улыбнулась:

– Вот и хорошо. Значит, для вас еще не все потеряно. Вас пора готовить к свадьбе, мистер Фэрчайлд: вы давно созрели. А раскаяние – удачный первый шаг.

Она направилась к дому, едва заметно прихрамывая.

– Можно завтра заехать к вам в контору? – бросила она через плечо, не удосужившись посмотреть, догнал ее Джек или нет. – Я хотела просить вас об одном одолжении…

– Завтра я еду с визитом к деду. Если хотите, подождите до послезавтра. Скажем, до трех часов пополудни.

– Отлично. Я как раз жду письма от моей подруги миссис Холлоуэй. Заодно побываю и у вас. Возможно, и письмо наконец-то дойдет.

Добравшись до дома, Джек с удивлением обнаружил, что в окнах горит свет. Он был совершенно уверен, что Хардинг пораньше лег спать и Джайлс последовал его примеру. Каков нахал! Не додумался даже улизнуть незаметно, как нашкодивший пес. Джек распахнул дверь, и клерк вскочил с дивана.

– Вернулись? – глупо спросил Джайлс.

Смерив его гневным взглядом, Джек швырнул шляпу на стол, потом приставил к стене трость и принялся стаскивать перчатки, неотрывно глядя на Джайлса, как на самое презренное существо на земле.

– Почему вы все еще здесь? Неужели вам не стыдно?

– А я думал, вы будете мной гордиться, сэр, – дерзко возразил Джайлс. – Все же знают, какой вы ловелас. Вот и я решил брать с вас пример.

Джек в изумлении обернулся к клерку, поднял указательный палец, погрозил, но так и не сумел подобрать достойный упрек. Он удержался только потому, что понял: по сути дела, Джайлс прав. Джек обвинял юношу в преступлении, которое сам совершал тысячи раз.

– Слушайте, вы! Сегодня я стыжусь своего поведения не меньше, чем вашего. А теперь проваливайте отсюда ко всем чертям, пока я еще трезв.

Это заявление обезоружило клерка:

– А браниться разве не будете?

– Зачем трудиться? – устало отозвался Джек, распуская узел галстука. – Для юнца слова – пустой звук. Вы выслушаете меня, а потом во всю прыть помчитесь к дому Крэншоу. Но если у вас еще сохранилась хоть капля ума, извольте держать штаны застегнутыми.

– Вы несправедливы ко мне, сэр! Послушать вас, так я готов завалиться на сеновал с любой молочницей. А я люблю мисс Селию.

– Ха! Откуда вам знать, что такое любовь? Вы одержимы похотью.

– Сэр, я вам не лондонский повеса. У меня есть сердце. И чувство долга перед теми, за кем я ухаживаю.

– А у меня, по-вашему, нет? – чуть не вскричал Джек. – Вы на это намекаете?

Джайлс вспыхнул, прикусил нижнюю губу и промолчал.

– Вижу, вы уже наслушались обо мне всякого. Так вот, юноша, не вините меня, потому что и вы ничем не лучше. Вам следовало бы добиться в жизни хоть чего-нибудь, а уж потом ухаживать за мисс Селией Крэншоу. Вы и вправду очень похожи на меня, Джайлс Ханикат. Для вас жизнь – приятная прогулка. Скажите, вы хотите чего-нибудь добиться или готовы всю жизнь провести на обочине?

– Конечно, я хочу стать джентльменом!

– Тогда застегните наглухо свои «невыразимые», сэр, и не вздумайте расстегнуть раньше времени! Но не упустите свой единственный случай. Не дайте ему ускользнуть. Не тратьте время попусту, избегая встреч с тем, о чем мечтает каждый человек.