Мэри Патни - Уроки любви

— За что?

— За то, что вышла замуж за Йена. Когда брат вернулся, он был на грани нервного срыва. Я очень волновался за него, но теперь он стал другим человеком. У него еще есть проблемы, однако со временем это пройдет. Многое зависит от вас.

— Я тоже многим ему обязана и постараюсь сделать все, что в моих силах. Мы встретились в тот день, когда умер мой отчим и мне очень нужна была помощь.

— Разве люди не затем вступают в брак, чтобы заботиться друг о друге и помогать?

— Пока не знаю, мы женаты всего две недели. Я смогу дать вам ответ, когда приобрету некоторый опыт.

Лора чувствовала симпатию к деверю. Он находил ее привлекательной, но самое главное — сразу принял как родственницу. Если бы остальные Камероны были хоть наполовину так внимательны.

— Я вижу по крайней мере шестерых мужчин, которые устремились сюда, чтобы пригласить вас на следующий танец, — предупредил Дэвид. — Здесь всегда не хватает женщин, особенно таких симпатичных, поэтому, если вы того пожелаете, можете танцевать до дыр на подметках.

— Тогда укажите того, кто не отдавит мне ноги.

Протанцевав с десяток танцев, Лора ушла в дамскую комнату, чтобы перевести дух. Взглянув в большое зеркало, она увидела, что волосы у нее растрепались, а платье оказалось даже более смелым, чем она предполагала. Сокрушаться о декольте уже не имело смысла, поэтому Лора пригладила волосы, ополоснула лицо холодной водой, вытерлась полотенцем с запахом лаванды и села на плетеную софу, обмахиваясь веером.

Неожиданно дверь открылась, и в комнату вошла невысокая блондинка, настоящий идеал красоты.

— Я миссис Фелпс, — сказала она дрожащим голосом, — нас не представили друг другу, но мне нужно с вами поговорить.

Лора заметила, что женщина беременна и, видимо, на грани обморока.

— Вы плохо себя чувствуете? Может, позвать кого-нибудь?

— Нет, я хочу с вами поговорить… Мне надо вам кое-что отдать.

— О Боже! — воскликнула Лора. — Неужели я потеряла серьгу?

— Эта вещь не имеет к вам отношения. До замужества меня звали Джорджиной Уитмен. — Имя было произнесено с такой уверенностью, словно этим уже все сказано.

Порывшись в сумочке, женщина протянула Лоре бриллиантовое кольцо:

— Мне следовало отдать его Йену, но тогда я была настолько ошеломлена, что забыла. Потом он уехал, а после его возвращения в Камбей мне не представилось возможности. Переслать тоже неудобно. Даже более неудобно, чем разговаривать с вами. Когда нам сообщили о гибели Йена, я хотела отдать кольцо Дэвиду, но он заверил, что Йену было бы приятно, если бы я сохранила его. Теперь я решила вернуть кольцо.

Лора молча рассматривала крупный бриллиант, окруженный россыпью бриллиантов помельче. Значит, Йен собирался жениться на этой золотоволосой девушке, которая принадлежала к его кругу, была необыкновенно красива и нашла в себе мужество сделать то, что считала нужным.

Джорджина коротко рассказала ей о помолвке, о предполагаемой смерти Йена, о замужестве и о том шоке, который она испытала, когда Йен воскрес из мертвых. Очевидно, Джорджина считала, что Лоре все известно.

— Такой поступок делает вам честь, миссис Фелпс, — спокойно начала Лора. — Но вы уверены, что не желаете оставить кольцо у себя? Насколько я понимаю. Йен не будет настаивать на его возвращении.

— Нет-нет, я не могу его оставить. Мой муж… — Джорджина замолчала.

— Возвращение Йена наверняка очень вас расстроило. Надеюсь, это не отразилось на вашем здоровье?

— Здоровье у меня в порядке, по крайней мере для моего положения. Только вот шок… Йен вернулся так неожиданно… Мой муж… Я не знаю… — бормотала Джорджина, затем, покраснев, отвернулась.

Лора жалела бедную женщину, но ей хотелось убить Йена, причем убивать медленно, хотелось выбросить кольцо в окно. Однако это было бы непозволительной роскошью, поэтому она молча надела кольцо на правую руку.

— Думаю, со временем все образуется, миссис Фелпс.

Тут в комнате появились другие женщины, и Лора, встав с софы, вежливо поклонилась Джорджине.

Вне себя от злости она вернулась в зал, размышляя по дороге, какие еще сюрпризы преподнесет ей муж.

— Сэр, а когда ваши войска будут посланы в Центральную Азию? — спросил офицер. — Мы должны обеспечить безопасность Бухары и других государств, пока их не заняли русские.

Йен вздохнул. Опять разговоры о политике и защите британских территорий.

— Понятия не имею, но, побывав в Центральной Азии, я видел, что она хорошо защищена горами и непроходимыми пустырями. Русские уже попытались завоевать ханства, но потерпели неудачу.

— Теперь Афганистан под нашим контролем, — продолжал младший офицер, — поэтому у нас прекрасная база для продвижения в глубь Азии.

— Афганистан не находится под британским контролем, — сухо ответил Йен. — Замена способного, популярного Мохаммеда Доста непопулярной английской марионеткой является самой большой глупостью, которую совершило британское правительство. Афганцы могут восстать в любое время и атаковать наш гарнизон.

— Такие слова британского офицера приравниваются к измене, Фалкирк, — нахмурился полковник.

— А я больше не офицер, поэтому могу открыто высказывать свое мнение. Британцы сидят в Афганистане как на бочке с порохом.

— Но ведь афганцы — толпа дикарей, — упорствовал младший офицер. — Они не смогут победить британские войска.

— В открытом бою нет, — согласился Йен, — однако эти «дикари» — бесстрашные воины, к тому же они будут сражаться на своей земле. Мне бы не хотелось иметь их у себя в тылу во время похода на Хиву и Бухару.

Все напряженно молчали, пока к ним не подошел офицер с очередным вопросом;

— Как тебе удалось вырваться из плена, Фалкирк? Говорят, твоя сестричка заплатила кучу золота, чтобы вызволить тебя?

Повторяя свою историю в десятый раз, Йен думал, каким чудом ему удалось не сорваться после двухчасового артиллерийского обстрела вопросами. Но его окружали старые друзья, поэтому он легко отделался.

А вот Лора действительно беспокоила Йена. Ни один мужчина на балу не обошел ее своим вниманием, а когда она танцевала с Дэвидом, в Йене проснулось чувство собственника, ему хотелось задушить младшего брата, который был почти влюблен в Лору и не в пример ему оставался полноценным мужчиной.

Потом Йен осознал абсурдность своих подозрений. Но Дэвиду можно доверять, чего не скажешь о других. Казалось, все офицеры горели желанием танцевать с Лорой, и она охотно принимала их приглашения, что невероятно злило Йена. Раньше ему бы и в голову не пришло ревновать Джорджину, но тогда он был здоровым человеком, уверенным в своей способности удовлетворить женщину. Правда, он и сейчас не утратил ловкости рук и губ, тем не менее отсутствие заключительного акта обернется для него катастрофой. Войдя во вкус, Лора может оказаться в постели другого мужчины, который преподаст ей последний урок.