Карен Хокинс - Знак любви

– И сколько же у вас братьев, Сент-Джон? – помолчав, поинтересовалась Кэт.

– Четверо и еще сестра.

– Так много! – искренне удивилась она.

– Мой отец говорил, что мы его армия. И действительно, наш дом часто походил на военный лагерь.

Она задумчиво посмотрела на него, но ничего не сказала.

– Похоже, вы с Малькольмом очень близки, – продолжил Девон.

– Из него получился очень хороший брат.

– Уверен, что из вас тоже получилась хорошая сестра.

– Я стараюсь, – просто ответила Кэт, – но он так много для меня делал и делает.

– Думаю, вы делаете для него больше, чем вам это кажется.

В эту минуту послышался стук копыт – по тропе к дому ехал всадник, в котором Девон и Кэт сразу узнали Малькольма.

– Проклятие! – тихо выругался Девон. – Ваш брат имеет отвратительную привычку появляться там, где его меньше всего ждут.

– Он так делает всю жизнь, – мрачно согласилась Кэт.

– Значит, до завтра? – уточнил Девон, подходя к Грому.

– Да, жду вас в десять.

– Отлично! – Он церемонно поцеловал ее руку.

Кэт с трудом заставила себя не вздрагивать от прикосновения его горячих твердых губ. Всякий раз, когда этот англичанин оказывался рядом, она невольно напрягалась всем телом, и от каждого, даже случайного, прикосновения ее бросало в дрожь.

– До завтра, мисс Макдоналд!

С этими словами он вскочил на коня и поскакал прочь. Кэт смотрела вслед удалявшейся: фигуре на вороном жеребце, на котором завтра будет скакать она. Ах, какой это был конь! Она смотрела на него чуть ли не подпрыгивая на месте от радостного и нетерпеливого ожидания. И только сознание того, что Саймон наверняка стоял у окна и наблюдал за ней, удерживало ее от этого безрассудного поведения. Себе она говорила, что рада была увидеть не столько Сент-Джона, сколько его прекрасного вороного жеребца. И все же не могла не признать, что было бы приятно провести с кем-нибудь время, пока не началась работа над следующим заказом. В ее мастерской их имелось множество.

Малькольм остановился, чтобы перекинуться парой фраз с Девоном, и Кэт какое-то время смотрела на них обоих со странным чувством утраты.

Все ее общество состояло из работников мастерской, экономки Энни и брата Малькольма, когда Фиона отпускала его из замка. Все они были хорошими людьми, но порой Кэт хотелось чего-то большего. У нее появлялось тревожное ощущение какой-то ущербности ее вполне устоявшегося образа жизни. Возможно, несколько бесед с мистером Сент-Джоном могли бы помочь ей понять, в чем тут дело.

Конечно, она позаботится о том, чтобы эти беседы проходили при ярком свете дня, и не даст Сент-Джону распускать руки. Нет, она ничего не боялась – у нее уже был определенный опыт в таких делах, и синяк на его голени служил тому достаточно убедительным свидетельством.

Распрощавшись с другом, Малькольм направил своего гнедого в сторону Кэт. Подъехав к сестре, он спешился и широко улыбнулся ей.

– Что все это значит? – с подозрением спросила Кэт.

– Что именно? – переспросил он, наивно хлопая ресницами, что никак не вязалось с его улыбкой.

– Почему ты так странно улыбаешься? Я никогда не видела, чтобы ты так улыбался.

Малькольм подпрыгнул на месте и исполнил несколько танцевальных движений джиги, смешно размахивая руками.

– Смотри! – сказал он, остановившись и запыхавшись. – Я никогда не танцую, а вот сегодня решил попробовать!

Кэт не могла не расхохотаться – она сама испытывала нечто вроде эйфории. На какую-то долю секунды ей показалось, что все это-из-за приезда Сент-Джона. Но потом решила, что это совершеннейшая глупость.

– Так что привело тебя в такое хорошее настроение? – спросила она брата. – Неужели вы с Фионой помирились?

Кэт сразу пожалела, что назвала имя Фионы, потому что веселье в глазах Малькольма тут же погасло.

– Нет, пока не помирились, – мрачно сказал он, – но надеюсь, скоро это случится.

– Я тоже на это очень надеюсь, – сказала Кэт, и это было чистой правдой. Она знала, как сильно Малькольм любил жену, хотя та, казалось, не замечала этого, как, впрочем, и многого другого.

– Ты уже отправила графу его витражи?

– Да, только что.

– Отлично, – радостно потер ладони Малькольм. – Я хочу попросить тебя о довольно большом одолжении, Кэт.

– Это о каком же?

– Мне нужно, чтобы ты больше общалась с нашим гостем из Англии, Девоном Сент-Джоном.

При этих словах Кэт открыла рот, чтобы сказать решительное «нет», но Малькольм умоляющим жестом сложил руки и быстро проговорил:

– Только днем! Прошу тебя!

– Но зачем? – вскинула она брови.

– Видишь ли, на днях в замок приехала Мюриэн…

– И она имеет виды на Сент-Джона, – тут же догадалась Кэт.

Малькольм кивнул и продолжил:

– Ты же знаешь, какая она. Ни перед чем не остановится, пока Сент-Джон не станет ее мужем.

– Если он сам того не захочет, то она непременно найдет способ…

– Так оно и было бы, если бы не это проклятое кольцо-талисман, – сокрушенно покачал головой Малькольм, украдкой глядя на сестру из-под опущенных ресниц.

– Что еще за кольцо-талисман?

– Разве он тебе ничего не говорил?

– Нет.

– Ну вот, почему он тебе ничего не сказал? Полагаю, он немало этим смущен, – тяжело вздохнул Малькольм. – Бедный Девон! Этот талисман – их семейное проклятие: тот, у кого он находится, обречен на скорый брак.

– Брак?

– Да, так уже произошло с тремя его братьями. Кольцо побывало у всех троих, когда это с ними произошло. Девон уехал из Лондона, надеясь избежать кольца, но уже после отъезда обнаружил его в своей карете. Так он оказался здесь вместе с проклятым кольцом.

– Малькольм, неужели ты веришь в это проклятие?

– Да кто его знает… – пожал тот плечами.

– А я не верю!

– Совсем не веришь? – Он бросил на нее острый взгляд.

– Нисколечко!

– Вот и хорошо! – Он сунул руку в карман и достал оттуда какой-то маленький предмет. – Раз ты в него не веришь, то не откажешься примерить.

На его ладони лежало маленькое серебряное колечко с крошечными рунами, выгравированными на его поверхности. Оно выглядело совсем безобидным.

– Сент-Джон знает, что оно у тебя? – отрывисто спросила Кэт.

– Может, и знает, – стыдливо потупился Малькольм.

– Как же так, Малькольм? Он твой гость, – укоризненно сказала Кэт.

– Да я верну его! Взял из чистого любопытства. – Он поднес кольцо к свету. – Признайся, оно красивое!

Оно действительно было красивым, ослепительно сверкало на солнце. Кэт любовалась им, чувствуя, как ей все сильнее хочется надеть его на палец.

– Нет, я не хочу иметь к этому никакого отношения, – покачала она головой.