Элейн Барбьери - Чистое пламя любви

— Капитан, пожалуйста… отпустите меня! На нас все смотрят! Вы делаете из меня посмешище!

— Меня зовут Дэмиен!

Наступила небольшая пауза, и наконец Аметист сдалась:

— Прошу тебя… Дэмиен… пожалуйста, опусти меня на землю!

— Чтобы ты в ту же секунду удрала к Шеридану? — вкрадчиво поинтересовался Дэмиен. Он уже предчувствовал победу и не мог сдержать довольной улыбки.

— Обещаю, что не сбегу…

— И беспрекословно поднимешься со мной на корабль?

Аметист заколебалась. Дело решили зеваки, показывавшие на них пальцами и отпускавшие весьма непристойные шутки.

— Почему я должна подняться на корабль?

— Ты же сама сказала, что если я не стану надзирателем, то ты отправишься к Шэриданам!

— Хорошо, я не пойду на плантацию…

— Что-то не верится, — сурово отрезал Дэмиен.

— Ну, тогда… хотя бы опусти меня на землю. Я сама поднимусь на корабль, обещаю.

— Учти, Аметист, ложь не доведет тебя до добра!

— Но я же дала слово! Пожалуйста…

На этот раз пришла очередь Дэмиена умолкнуть в нерешительности и остановиться.

— Значит, ты даешь слово, Аметист?

— Да… да, капитан! Я обещаю…

— Обещаю, Дэмиен! — упрямо напомнил он.

— Обещаю… Дэмиен! — прошептала она.

Когда капитан опустил пленницу на землю, она первым делом постаралась привести себя в порядок, а затем обвела взглядом толпу зевак. Только потом Аметист обернулась к капитану, не спускавшему с нее настороженных глаз.

— Ты самая настоящая скотина, — приглушенно воскликнула девушка, — но я все равно сдержу свое слово!

Она молча пошла в сторону доков, стараясь не обращать внимания на тяжелую руку, властно обнимавшую ее за плечи на виду у всего города. Аметист ненавидела капитана всей душой, ненавидела с самой первой встречи, когда ее мать лежала на пирсе, окровавленная и бесчувственная, и она была вне себя от ужаса, а этот болван не нашел ничего лучше, как обозвать ее дурой!

Дэмиен, еще минуту назад улыбавшийся одержанной им победе, внезапно помрачнел.

— Аметист, это было очень и очень давно…

— Но с тех пор ничего не изменилось! — Ее нисколько не удивило, что он прочел ее мысли. — Ты остался таким же, и я осталась такой же — только на несколько лет старше, вот и все! И я по-прежнему тебя…

— Довольно, Аметист! — Он грубым рывком подтащил ее к сходням, приведя Джереми Барнса в полное недоумение. Моряк смотрел на них с такой уморительной рожей, что Дэмиен непременно бы посмеялся над ним, если бы не был так зол. — У нас сегодня гостья, Варне. Эта молодая леди согласилась посидеть в моей каюте, пока мы с тобой готовимся к отплытию.

Через минуту они оказались в капитанской каюте за надежно запертой дверью. Не спуская с пленницы разъяренного взгляда, Дэмиен принялся расстегивать штаны и злорадно ухмыльнулся, когда она в ужасе вскричала:

— Что это значит?

— Это значит, что я хочу переодеться в рабочий костюм, милая Аметист. И если тебе угодно изображать скромную девственницу, то советую отвернуться к стене, поскольку я собираюсь раздеться догола!

Девушка покраснела и резко отвернулась, стараясь не обращать внимания на его издевательский хохот.

Через некоторое время Дэвид сказал:

— Ну вот, теперь можешь снова смотреть на меня.

— Ты просто животное, капитан Стрейт! — сорвалось с губ Аметист.

Он тут же привлек ее к себе, легонько поцеловал в губы и поправил:

— Ты просто животное, Дэмиен!

Вскоре капитан покинул каюту. Когда в замке щелкнул ключ, все в душе пленницы затопила душная ярость. Она колотила кулаками в дверь, она требовала и молила — все напрасно.

В конце концов, Аметист успокоилась и постаралась как следует все обдумать. Прежде всего, ей необходимо найти способ попасть на плантацию: если она не объявится там в самом скором времени, ничто не удержит Уильяма в постели — и лучше не думать, к каким ужасным последствиям может привести его упрямство.

— Ох, Уильям, Уильям… — жалобно шептала Аметист, спрятав лицо в ладонях. — Подскажи, как мне быть…

Через час у нее сложился вполне приемлемый план. Она изменит тактику и постарается притупить бдительность капитана Стрейта, изображая покорность судьбе, — тогда ей непременно представится возможность улизнуть с корабля. Она отправится прямиком к Шериданам, расскажет обо всем и попросит у хозяев покровительства. Конечно, это не прибавит ей достоинства в глазах Шеридана-старшего, но другого способа избежать преследований со стороны Стрейта она не видела. Если бы удалось его убедить…

В замке заскрежетал ключ, и Аметист насторожилась, готовясь начать свою игру, однако вместо Дэмиена в каюту вошел тот самый моряк, который встретил их на палубе.

— Ваш ленч, м'эм, — сказал он с улыбкой, опуская на стол поднос.

— А где же капитан Стрейт? — Аметист стоило немалого труда скрыть свое разочарование. — Он все еще на борту, не так ли? То есть, я хотела сказать, надеюсь, он не собирался оставлять меня здесь…

— О да, он все еще на борту! Просто у нас… в общем, у нас не принято, чтобы капитан носил подносы с камбуза…

— А держать у себя в каюте пленных женщин у вас принято? — спросила Аметист, пораженная внезапной догадкой.

— Ну что вы, м'эм, как можно! — Барнс смутился. — Нашему капитану вовсе нет нужды держать женщин в плену… ну то есть… — бедняга с трудом подбирал слова, — то есть…

— Все понятно, можете не стараться, — презрительно перебила его Аметист. — Ладно, спасибо за ленч!

Она отвернулась, давая понять, что моряк может удалиться, и сжала кулаки от злости, когда в замке снова щелкнул ключ. Глотая слезы, девушка с отвращением разглядывала холодное мясо, сыр и черный хлеб. Ей во что бы то ни стало нужно отсюда вырваться! Когда же он, наконец, вернется?

Дэмисн стоял перед дверью своей каюты, вертя в руках ключ и пытаясь подготовиться к тому, что ожидало его внутри. Маленькая паршивка, наверняка не теряла времени даром и успела составить очередной коварный план. Черт побери, он и так вымотался за этот долгий день и вовсе не нуждался в новых спорах. Если она до сих пор не образумилась, пусть катится на все четыре стороны — ему не составит труда найти себе более покладистую партнершу!

Однако стоило ему вставить ключ в замочную скважину, и обретенная с таким трудом решимость растаяла без следа. Проклиная собственную слабость, Дэмиен распахнул дзерь. То, что он увидел внутри, стало для него полной неожиданностью: измученная долгим ожиданием, пленница заснула, свернувшись клубочком на его койке. Дэмиен подкрался поближе, любуясь ее точеным профилем и нежной кожей. Не в силах выдержать искушения, он скинул башмаки и пристроился возле спящей красавицы. Она сладко потянулась… и Дэмиен обмер от восторга, когда почувствовал, с какой точностью вписываются изгибы се изящного тела в его собственные формы. Как будто Создатель нарочно вылепил эту фигуру для того, чтобы Дэмиен мог держать ее в объятиях! Осторожно, чтобы не разбудить девушку, он поцеловал чудесные темные локоны, рассыпавшиеся по подушке. Влажные алые губки слегка раздвинулись, и он, не в силах проигнорировать этот немой призыв, приник к ним нежно и робко, затем все более решительно и требовательно. И сразу почувствовал тот миг, когда Аметист очнулась.