Лори Хэндленд - Сердце в подарок

— Не замечала! Кэтрин, ты слишком долго работаешь с мужчинами. У тебя начинают пропадать женские инстинкты.

— Может, и так. Я никогда особо не пользовалась ими.

Рут встала и изящно присела рядом с ней на диване. Взяв Кэтрин за руку, она серьезно посмотрела ей в глаза.

— Тебе надо повращаться среди людей. Если бы они только узнали тебя, они бы тут же увидели, какого прекрасного человека я открыла в лице Кэтрин Логан.

Кэтрин в ответ тоже пожала руку Рут, потом покачала головой:

— Ты же понимаешь, что это бесполезно. Я мятежница из Вирджинии — из штата, в котором размещалось правительство конфедератов, дом Бобби Ли. Я — дитя этой войны. Пройдет много времени, пока все забудут про нее, а я, наверное, не забуду никогда. А уж в Секонд-Чэнсе Колтрейны позаботятся о том, чтобы память о ней жила вечно.

Собственные воспоминания нахлынули на Кэтрин и затуманили ее голову, она вспомнила тот день, когда после смерти родителей приехала к тетушке Аделаиде в Ричмонд. Она неожиданно оказалась в совершенно ином мире, в мире, где женщины подчинялись строгим и непостижимым для Кэтрин правилам. В Бостоне вечно восхищались ее характерной для янки прямолинейностью. Та же откровенность в обществе Ричмонда рассматривалась как грубость. Кэтрин там так и не прижилась, как никогда не прижиться ей и в Секонд-Чэнсе.

Тихий голос Рут вернул Кэтрин в настоящее.

— Раны войны когда-нибудь, да затянутся. Ничего хорошего не ожидает того, кто смакует их.

— Ты же знаешь, Рут, как я старалась прижиться здесь сразу после приезда. Никто, кроме тебя, не пошел мне навстречу. А теперь, после смерти Сэма, люди даже не стараются вести себя прилично. Я уже давно отказалась от мысли стать членом местного общества.

— Прошло три года после того, как ты приехала в Секонд-Чэнс. Может быть, пора попробовать еще разок?

Кэтрин разразилась смехом:

— Это после того, как я увела Джейка Бэннера у них из-под носа и лишила их возможности позабавиться, вздернув его на виселицу? Ну уж навряд ли они теперь меня примут с распростертыми объятиями!

— Если ты станешь прятаться здесь, словно ты совершила нечто постыдное, то они не дадут тебе ни секунды покоя, и ты это понимаешь. Ты должна быть отважной, должна заявиться в самую стаю этих изуверов и сказать: «Посмотрите на меня. Я вас не боюсь. Вам же хуже, что вы отвергаете меня».

Рут коснулась больного места Кэтрин, сказав, что та прячется в «Серкл-Эй». Ей было и так довольно трудно отважиться выехать в город даже за провиантом. Владельцы лавок обслуживали всю очередь, прежде чем заняться с ней. Люди хихикали и перешептывались каждый раз, когда она шла по улице. Рут была права. Если она будет оттягивать свою встречу с обывателями, то они решат, что ей стыдно за свое поведение.

Кэтрин вздохнула, признавая это.

— И что же мне, по-твоему, делать?

Лицо Рут осветилось улыбкой, и она поспешила развить успех.

— Завтра у Варнеров будут возводить амбар, а потом устраивают танцы. Почему бы тебе не поехать со мной?

— Не знаю. Там соберется весь город. Может, я лучше поеду туда, где народу будет поменьше?

У Кэтрин перехватило в горле от перспективы встретиться лицом к лицу с таким количеством неприязненно относящихся к ней людей. Сэм вообще перестал ее вывозить на всевозможные пикники и вечеринки, которые устраивались горожанами, после того как решил, что она бесплодна. Она оставалась дома и работала, так и не познакомившись с женщинами, жившими в городе и округе. Внезапное изменение в поведении Сэма усилило в городе сплетни о ней.

— Нет. Ты произведешь лучшее впечатление, если явишься на большое мероприятие, и поскорее. Праздник у Варнеров подходит для этого идеально.

Рут помолчала, и вдруг глаза ее заискрились.

— А не захватить ли тебе с собой своего уголовника?

— Что?! Ты сошла с ума, Рут! Ко мне тут на прошлой неделе заявилась толпа, которая хотела повесить его у меня перед домом. Мне придется нянчиться с ним, как с двухлетним ребенком, если я приведу его в эту волчью стаю. Да они его просто сожрут заживо!

— Нет, не думаю. Если приведешь его с собой, как будто он имеет здесь все права, так же как и ты, то вряд ли что-нибудь еще заявится к тебе сюда, чтобы причинять неприятности. Благодаря своей отваге, Роберт Ли чуть было не выиграл войну. Ты тоже можешь выиграть в своей войне. Будь отважной, Кэтрин.

Кэтрин некоторое время молчала, переваривая сумасшедшую теорию Рут. Но ее подруга знала людей. Об умении Рут обращаться с детьми, которых она учила, ходили легенды. Кэтрин поднялась и подошла к окну, посмотрев в него в тот самый момент, когда Джейк широкими шагами шел по открытому пространству между загоном и конюшней. Это были шаги человека, имеющего цель в жизни. Наблюдая за ним последние недели, Кэтрин поняла, что его сила, ловкость и уверенность в себе способны устрашить любого. Если она будет начеку и если он согласится и подготовится… Нет, идея Рут не такая уж и сумасшедшая!

Кэтрин резко повернулась и кивнула своей подруге:

— Хорошо, я согласна. Рут спокойно улыбнулась:

— Я не сомневалась, что ты в конце концов разделишь мое мнение.

Кэтрин вздохнула. Эта женщина никогда не теряет присутствия духа. Неужели у нее есть какие-то слабости? Если и есть, то Кэтрин никогда не замечала их, и во всех разговорах Рут никогда не упоминала о том, что чего-то боится. Кэтрин знала, что сама она большинству людей кажется холодной и равнодушной, но ей были известны собственные недостатки. А Рут оставалась тайной.

— Не хочешь поужинать? — спросила Кэтрин подругу, собравшуюся уезжать.

— Я не могу, но спасибо за приглашение. Я обещала кое-что привезти на пикник и должна подготовиться сегодня вечером.

— Уверена, что молодые люди стоят в очереди за тем, чтобы потанцевать с тобой.

Рут рассмеялась:

— Если б мне было интересно потанцевать хотя бы с одним из них, я была бы счастлива.

— Может, цыкнешь там на кой-кого перед моим приездом, чтобы я не выглядела вообще дурой?

— На это можешь рассчитывать.

Они вышли из дома, и Рут вновь взяла Кэтрин за руку:

— Успокойся, Кэтрин. Завтра тебе сначала придется пережить несколько неловких моментов, но потом, я уверена, ты прекрасно проведешь время.

— Взыщу с тебя, если не исполнится! Ты-то небось заявишься туда ни свет ни заря?

— Работа начинается в семь. Надеюсь увидеть тебя и познакомиться с твоим Джейком.

Рут осторожно опустилась в коляску и, усевшись, тут же взялась за вожжи.

Кэтрин стояла перед домом до тех пор, пока Рут не исчезла из виду на дороге, ведущей к Секонд-Чэнсу. Ее потянуло к конюшне, но она замешкалась. Затем, раздраженно выругав себя за нерешительность, она пересекла двор и вошла во влажную и душную конюшню.