Анри Ренье - Шалость

Однако дурное настроение старого повесы несколько смягчилось тем удовольствием, которое он испытывал, рассматривая черты лица и сложение Анны-Клод де Фреваль. Г-н де Ла Миньер уже оценивал в воображении то, чем он надеялся обладать, если любовь доведёт его до этой черты… Совершенно недопустимо, чтобы г-н де Вердло держал бесконечно в своих теплицах в Эспиньоле такой прекрасный плод, с тем чтобы он засох без всякой пользы для ближних. Пусть же счастливый случай вмешается в это дело!

Итак, когда девица де Фреваль удалилась, г-н де Ла Миньер сказал г-ну де Вердло несколько слов о достоинствах Анны-Клод и о необходимости, не медля больше, подобающим образом выдать ее замуж. Он даже предложил свои услуги. Совершенно немыслимо, чтобы такая прелестная девушка осталась в старых девах. Следовало найти ей выгодную партию. Если она будет сидеть взаперти в Эспиньоле, ей трудно рассчитывать на то, чтобы кто-нибудь ею увлекся. Было бы полезно вывести девицу де Фреваль в свет. Г-н де Ла Миньер предлагал доставить удобный случай. В этих случаях нет недостатка в Вернонсе, где существует порядочное общество. Очень досадно, что г-н де Вердло держится от него в стороне. Правда, до сих пор ему не приходилось думать о чьей-либо женитьбе. Но теперь другое дело, и г-н де Ла Миньер был бы очень рад служить ему в этом деле гидом и переводчиком. Пусть г-н де Вердло откажется от своего уединения, от своей необщительности; г-н де Вердло не встретит в Вернонсе сурового приема, особенно если ему будет помогать он, г-н де Ла Миньер! Осенью предстоит несколько балов, в которых девица де Фреваль могла бы принять участие. Развлекаются там самым пристойным образом, а молодые люди городской аристократии охотно посещают такие вечера. Г-н де Ла Миньер назвал некоторых из них.

Г-н де Вердло слушал его, ничего не отвечая, вертя в руках трость и табакерку. Он еще совсем не думал об этой новой обязанности, которую на него возлагало опекунство над Анной-Клод де Фреваль. Подобное сватовство казалось ему чреватым всевозможными затруднениями. С первых же шагов придется входить во все подробности происхождения молодой девушки. А кроме того, мысль о том, что Анна-Клод де Фреваль покинет Эспиньоль, казалась ему неприятной, хотя он и не отдавал себе в ней ясного отчета. Он уже привык к ее пребыванию здесь, к ее манерам. Правда, он без особого удовольствия наблюдал ее приезд в Эспиньоль, но расставаться с ней ему будет тягостно.

Кроме того, она, кажется, и сама этого не желает. Характер у нее, насколько можно судить по ее поступкам, очень ровный и цельный. Иногда она, правда, впадает в некоторую грусть и задумчивость, но эта склонность, несомненно, заложена в ней самой природой и замужество ничего здесь изменить не может. Все развлечения, которые ей предоставлены в Эспиньоле, вероятно, ее вполне удовлетворяют: немного прогулок, немного чтения, немного вышивания, некоторые заботы о туалете, лишенные, впрочем, кокетства. Ко всему этому необходимо прибавить весьма небольшой круг религиозных интересов, ибо монастырь не сделал ее строгой исполнительницей обрядов, и она производит впечатление одинаково равнодушной как к церкви, так и к замужеству.

На все эти возражения г-н де Ла Миньер пожал плечами и вернулся к своей любимой теме. Разве можно знать, что прячет сердце девушки, и разве огонь страсти не тлеет тайно в ее теле? Благоразумнее всего было бы постараться найти ей мужа, который позаботится о том, чтобы использовать этот огонь, ибо в каждой из девушек, на самой глубине сердца, непременно есть искра. Позднее, если усилий мужа будет недостаточно, ему помогут любовники. Г-н де Вердло может вполне довериться совету г-на де Ла Миньера. Девушек вообще нужно выдавать замуж, и Анна-Клод должна подвергнуться общей участи. В Вернонсе и среди окрестного дворянства нет недостатка в женихах. Разве не имеется в округе всегда обитаемых замков: г-на де Вильбаза в Монкрэ, г-на де Нодрей в Лузе, г-д Барбэза и де Вераля в Валь-Контене, г-на де Шаландра в От-Мотт? Всюду с радостью примут г-на де Вердло и очаровательную Анну-Клод де Фреваль.

При имени де Шаландра г-н де Вердло поморщился. В письмах г-жи де Морамбер, помнится, уже упоминалось о дворянине с этим именем, который, будучи связан дружбой с г-ном де Шомюзи и являясь родственником г-жи де Грамадэк, играл роль посредника при помещении маленькой Анны-Клод де Фреваль в монастырь Вандмон. Если верить г-же де Грамадэк, этот Шаландр был человеком весьма невысоких нравственных качеств, поддерживавший предосудительные знакомства. Какое отношение мог он иметь к Шаландру из От-Мотт? Что бы там ни было, г-н де Вердло не мог не волноваться при мысли о том, что Анну-Клод придется вывести под слишком внимательные взгляды всех этих людей, которые не будут стариками, подобно г-ну де Ла Миньеру, и которые станут рассматривать ее с чувством вожделения. К тому же г-ну де Вердло не была чужда темная ревность, вспыхнувшая в эту самую минуту при виде Анны-Клод, которую он заметил через окно в глубине парка с корзиной цветов в руках. В нежном свете прекрасного летнего дня ее лицо и тело были исполнены юношеского очарования. Она шла смелой, плавной походкой, и г-н де Вердло с г-ном де Ла Миньером, смотря на нее через окно, уголком глаза наблюдали друг за другом и убеждались с обоюдной грустью, насколько возраст отделяет их от этого юного создания, переживающего свою весну. Впрочем, г-н Ла Миньер не особенно охотно задерживался на таких малоприятных мыслях. Посмотрев в последний раз через лорнет на хорошенькую девушку, он попросил, чтобы ему подали карету.

Конечно, ему было бы весьма приятно занять место рядом с этой воплощенной юностью и увезти ее с собой, но на этот раз он удовольствовался Мыслью о том, что если г-н де Вердло и имеет в Анне-Клод Де Фреваль очаровательное зрелище для глаз, ему оно несомненно доставит в будущем и скуку, и заботы. Какой смысл держать возле себя семнадцатилетнюю девушку, в особенности когда от нее нет иной пользы, кроме любования со стороны? С этими вполне справедливыми, хотя и ворчливыми мыслями г-н де Ла Миньер пустился в обратный путь.

Как только карета выехала с замкового двора, Аркенен запер ворота тяжелыми засовами, так как день уже склонялся к вечеру.

О брачных делах говорили, впрочем, не только в замке. Им уделялось также большое внимание в конюшнях и на кухне. Кучером у г-на де Ла Миньера служил некто Бигордон, уроженец Бургвуазина, откуда Аркенен некогда взял жену. Эта женщина оказалась самой несносной и самой сварливой из кумушек. Аркенен, отчаявшись исправить ее характер оплеухами и палкой, решил покинуть поле сражения и поступил на военную службу. С тех пор он совершенно не думал о своей бывшей супруге и мирно жил в Эспиньоле, где несколько месяцев тому назад узнал от бродячего торговца, что его жены уже нет в живых.