Клэр Делакруа - Желание миледи

– Пожалуй, маме не стоит знать, что тебя держали здесь, – заметил он. – Женщинам вредно волноваться.

Сняв перчатку, Ив протянул мальчику ладонь.

– Давай встретимся с ней в зале.

Томас перевел взгляд с протянутой руки на лицо рыцаря. Ив затаил дыхание. Поверит ли ему малыш?

Медленно, почти нехотя Томас вынул палец изо рта, вытер его об одежду, покусал губу и робко подал рыцарю ручонку. Одержав эту первую маленькую победу, Ив вздохнул с облегчением и, одобрительно кивнув, осторожно поднялся. К его удивлению, мальчик сам потянул его из камеры в коридор, но на пороге остановился, выжидательно глядя на Ива.

– Идем? – спросил рыцарь. Томас кивнул. Вдвоем они начали подниматься по лестнице, ведущей из подвала в башню.

Глава тринадцатая

Едва очутившись в зале замка, Габриэлла была засыпана градом вопросов. Отвечая на них и помогая раненым, она не сразу заметила, что в зал вошли Ив де Сен-Ру и маленький мальчик.

– Томас! – воскликнула Габриэлла и бросилась навстречу. Малыш обвил обеими руками ее шею, Габриэлла крепко прижала его к себе, смеясь и плача. – Шевалье, вы превзошли все мои ожидания, – с благодарностью произнесла она. – Я дала вам клятву, а держать слово я умею не хуже вас. Лицо Ива осталось бесстрастным, и у Габриэллы мелькнула мысль, что этот человек навсегда останется для нее загадкой. Временами ей казалось, что она нравится Иву. Час назад, в полутемном коридоре, она ждала поцелуя, но напрасно. Неужели она опять ошиблась?

Уязвленная Габриэлла обратилась к сыну, который с детским любопытством уставился на рыцаря.

– Томас, я пообещала стать женой этого рыцаря, если он отвоюет замок и спасет тебя. Значит, Ив де Сен-Ру станет твоим новым папой. Но если ты против, мы попытаемся что-нибудь придумать...

К ее удивлению, обычно упрямый Томас промолчал.

– Ты против? – допытывалась она.

Мальчик с неожиданной решимостью покачал головой. Габриэлла растерянно заморгала: Томас обычно дичился незнакомцев, а после недавних событий должен был утратить всякое доверие к людям. Однако сейчас он недвусмысленно дал ей понять, что согласен считать Ива отцом. Доброе предзнаменование! Но почему сын промолчал? Прежде он не лез за словом в карман. Габриэлла повернулась к рыцарю.

– Все уже готово к свадьбе, шевалье, – объявила она деловитым тоном. – Не будем терять время.

Ни тени удивления не отразилось в янтарных глазах рыцаря. Он поклонился, светлые волосы блеснули, точно золото. Габриэллу охватило неудержимое желание пригладить их, но жест получился бы слишком интимным, и она удержалась.

– Как будет угодно миледи, – учтиво произнес Ив.

– Позвольте первым поздравить вас, – вмешался Квинн де Сайерн, которого Габриэлла не сразу заметила в шумной толпе рыцарей.

Только теперь она обнаружила, что глаза Квинна того же янтарного оттенка, что и у Ива, хотя в остальном они не похожи друг на друга. Квинн дружески хлопнул рыцаря по плечу, и Ив улыбнулся. Откуда они знают друг друга?

– Привезенная нами дичь придется кстати, – продолжал Квинн, склоняясь над рукой Габриэллы. – Буду счастлив выпить за успешное спасение наших соседей.

– Как поживает ваша жена? – спросила Габриэлла, вспомнив об этикете.

– Прекрасно, но путешествовать ей пока нельзя – видите ли, мы ждем ребенка, – улыбнулся Квинн. – Она будет рада узнать, что вы в безопасности, хотя наверняка пожалеет, что не попала на свадьбу.

– Которая не состоится, если мы не прекратим разговор, – дружелюбно заметил Ив. Он принял из рук Габриэллы притихшего Томаса, поставил его на пол и по-хозяйски взял Габриэллу под руку. – Идем? – негромко спросил Ив, и от его улыбки у Габриэллы забилось сердце. Она кивнула, надеясь, что держится так же уверенно, как ее кавалер.

Часовня в замке Перрико показалась Иву столь же пышной, как собор близ графского поместья. Разумеется, размерами часовня уступала собору, но разноцветные стекла в ее окнах искрились, как пригоршни драгоценных камней. Льняная напрестольная пелена была отделана драгоценным кружевом, несомненно сплетенным благочестивыми хозяйками поместья.

Как требовал обычай, у дверей часовни пара остановилась, навстречу вышел священник. Ив ощутил непривычное волнение.

Впрочем, он впервые вступал в брак, а для него клятва верности – будь то господину или будущей жене – значила немало.

У Габриэллы расширились зрачки, щеки порозовели. Глядя на нее, рыцарь почувствовал, как к горлу подкатывают слезы.

– Пусть сюда выйдет тот, кто поведет невесту к алтарю, – произнес священник. Но никто не вышел. Над толпой рыцарей и прислуги пролетел ропот. Брачующиеся обменялись растерянными взглядами.

– Разве у тебя нет братьев? – прошептал Ив, и Габриэлла покачала головой.

– Нет. А мой отец давно умер.

Ив перевел взгляд на священника, не зная, как быть. Неужели церемонию придется отложить? Но, к его облегчению, из толпы выступил Квинн и протянул руку невесте. В ответ на ее недоуменный взгляд он объяснил:

– Полагаю, брату жениха позволено быть посаженым отцом.

Габриэлла лишь удивленно подняла брови, но ничего не успела спросить.

– Возьмите невесту за правую руку, – попросил священник, обращаясь к Квинну, – и вложите ее в ладонь жениха. Если она девица, пусть наденет перчатку, а если вдова – пусть снимет ее.

Квинн послушно вложил руку Габриэллы в широкую ладонь Ива, и тот вновь восхитился тонкостью и гибкостью пальцев невесты. Но вместе с тем эти нежные пальчики обладали крепостью клинка лучшей толедской стали.

Ив снял с мизинца кольцо матери и надел его на указательный палец Габриэллы, жалея, что тонкий ободок сделан из серебра, а не из золота.

– Во имя Отца... – он надел кольцо на средний палец, – и Сына... – затем на безымянный, – и Святого Духа, – он коротко пожал руку невесты, заглянул ей в глаза и увидел в них такую нежность, что у него перехватило горло. – Этим кольцом я обручаю тебя, – заключил он.

Габриэлла улыбнулась ему одному, и Ив заметил, что тени под ее прекрасными глазами исчезли. Его сердце переполнилось нежностью.

Священник перекрестил новобрачных и благословил их союз, а затем повел в часовню, чтобы отслужить мессу.

Менестрели в зеленых и золотистых одеждах запели, едва священник переступил порог. Над кадилами плыл аромат курений. Горели свечи на алтаре. Рыцари Квинна и слуги из Перрико с трудом втиснулись в часовню и застыли с радостными улыбками на лицах.

Ив повел Габриэллу к алтарю, готовый запеть от переполнявшей его радости. Придвинувшись ближе, она взволнованно прошептала:

– Какое прелестное кольцо! Прежде я не замечала его у тебя.