Барбара Картленд - Гордая бедная княжна

— Доукинс будет поблизости, — успокоил ее герцог.

Он пошел впереди нее, как и в прошлый раз. Когда они вошли в его каюту, герцог почувствовал, будто ему улыбнулась удача и он поймал какую-то редкую дикую птицу и посадил ее в клетку.

Избегая встречаться с ним взглядом, княжна разглядывала книжные полки, занимавшие одну из стен каюты.

— Вы одобряете мой выбор книг? — спросил герцог.

— Ваши книги напоминают о моей невежественности, — ответила она. — Я вновь начинаю сожалеть, что не училась усерднее, когда имела такую возможность.

— Для чего? — поинтересовался герцог.

Она с удивлением взглянула на него и сказала:

— Надеюсь, вы не сомневаетесь, что мне хочется узнать больше. Не считаете же вы, что женщина должна быть лишь безмозглой забавой для мужчин?

Слова ее прозвучали столь неожиданно, что герцог засмеялся, откинув назад голову.

— Откуда у вас такие мысли? — спросил он.

— Леди Рэдсток предупреждала меня не стараться быть слишком умной, — ответила княжна. — Она сказала, что мужчины боятся умных женщин и хотят только видеть нас красотками и еще чтоб мы хорошо танцевали.

— Вам нетрудно будет достичь таких высоких целей, — с иронией заметил герцог.

Княжна насмешливо фыркнула.

— Я не собираюсь тратить время на такие пустяки, — сказала она. — Я хочу найти себе какую-либо работу, и мне нужно развивать умственные способности. К счастью, я могу говорить на нескольких языках.

— Чем вы хотите заняться?

— Я поняла, что теперь женщины работают в разных организациях, — ответила княжна. — Леди Рэдсток считает, что я могла бы устроиться в посольстве.

Наступила пауза. Затем княжна сказала тихим голосом:

— Она сказала, что, если я захочу получить… такую работу, мне будет… нужна ваша… помощь.

— Итак, вы уже считаете, что я мог бы вам пригодиться.

— Леди Рэдсток сказала, что у вас много знакомых в Каире.

Герцог хотел было сказать, что собирается доставить ее и Великого князя в Англию, но, вспомнив о ее отношении к его стране, передумал, потому что она сразу бы этому воспротивилась.

Герцог ничего не сказал, и княжна снова повернулась к книгам, стала их перебирать и наконец сказала:

— Не могли бы вы помочь мне? Посоветуйте мне книгу, по которой я научилась бы вести себя в современном мире, ведь я ничего о нем не знаю.

Княжна обернулась к герцогу и сказала:

— Я знаю, что существует огромный разрыв между моей Жизнью и моими представлениями о ней в 1917 году и тем миром, к которому я вернулась в 1924 году. Что мне надо сделать и узнать — , чтобы заполнить этот пробел?

— По-моему, легче всего последовать совету леди Рэдсток: прелестно выглядеть и хорошо танцевать!

Герцог хотел подшутить над ней, но в глазах у нее загорелось негодование, и он залюбовался ею, потому что она стала от этого еще прекраснее.

Ее уже нельзя было больше назвать гордой и неприступной статуей. Перед ним теперь была живая женщина, эмоциональная и легкоранимая.

— Ваше предложение смехотворно и, по-моему, унизительно!

Она взяла с полки первую попавшуюся под руку книгу и, ее взглянув на герцога, вышла из каюты.

Было бы даже кстати сказать, что княжна по-женски бросилась вон из комнаты, особенно если бы она была в шелковом платье.

Герцог не двигался.

Откинувшись в своем кресле, он улыбался тому, что сейчас произошло.

Глава 6

Герцог взглянул на часы. Еще не было двенадцати часов — к этому времени он вызвал на яхту врача по радиотелеграфу.

Они причалили к берегу гораздо раньше, и с тех пор произошло очень многое.

Князь Иван узнал, что ближайший скорый поезд до Каира отправляется в одиннадцать часов, и герцог посоветовал ему и князю Александру ехать на нем.

— Я узнаю от доктора о состоянии Великого князя, — сказал он, — и если понадобится уложить его в госпиталь, что вполне вероятно, то понадобятся сутки, чтобы заказать для нас отдельный спальный вагон.

— Мы можем задержаться и поехать с вами, — ответил князь Иван.

Герцог покачал головой:

— В этом нет необходимости, вам лучше начать запросы по нашим общим делам как можно скорее. Если у вас появится какая-нибудь информация о приобретении антиквариата к нашему прибытию, мы сможем сразу же приступить к обсуждению наших планов на будущее.

Князь Иван счел его предложение вполне резонным, к тому же князь Александр тоже решил ехать с ним, поскольку был обрадован рекомендацией, данной герцогом для вручения командующему Иностранным легионом, и спешил поскорее ее доставить.

Они попрощались с Великим князем и Милицей, которые, как обычно, завтракали в каюте. Долли тоже завтракала у себя, поэтому герцог не видел ее этим утром.

Почти всю ночь герцог не сомкнул глаз и думал, как ему поступить с Долли.

Он не мог сойти с яхты и оставить своих гостей, как сделал бы при других обстоятельствах, поскольку на нем полностью лежала ответственность за Великого князя и княжну.

Он услышал, как кто-то поднимается по трапу, и оглянулся в надежде, что это приехал врач, но увидел какого-то египтянина с пакетом.

Движимый любопытством, он подошел к дежурившему у трапа стюарду, которому египтянин объяснял, кому он принес сверток, и услышал, как тот говорил:

— Для княжны! Джентльмен говорит — просто для леди, которую зовут княжна.

— Отнеси это ее светлости, — сказал герцог стюарду.

Он опять полюбопытствовал у египтянина:

— Что в вашем свертке?

— Очень красивое платье, сэр. Их лучший магазин — в городе. Посещайте.

Он достал визитную карточку откуда-то из кармана своих широченных одеяний и всунул ее в руку герцога.

Герцог теперь понял, почему князь Иван поспешил с яхты гораздо раньше, чем было необходимо, чтобы доехать до вокзала.

Они никогда не обсуждали поведение княжны, но герцог был уверен, что князь Иван знал, почему она носит свое старенькое платье и отказывается принять другую одежду от столь ненавистных ею англичан.

Интересно, подумал он, снизойдет ли она теперь до совместных обедов и ужинов с ним и со всей компанией, когда наденет собственное платье. Поглядеть бы, как она прореагирует на покупку князя Ивана.

Герцог решил спуститься вниз и поинтересоваться здоровьем Великого князя. Но тут он увидел, как навстречу удаляющемуся египтянину по трапу всходит другой мужчина.

Он подумал, что это, видимо, доктор, и стал ждать, пока он приблизится, чтобы поприветствовать его. Тут к нему подошла Долли.

— Привет, Бак, — сказала она. — Почему никто не сказал мне, что князья Иван и Александр так рано уедут?

— Они просили меня передать тебе привет, — ответил герцог, — и поблагодарить за чрезвычайно приятную компанию.