Марша Кэнхем - Меч и роза

«Что значит «безумно любить»?» – однажды спросил ее Алекс чуть насмешливо, но с затаенным любопытством. На что он намекал? Кэтрин припомнила, как ответила ему в тот раз.

– Всей душой и сердцем, – прошептала она.

– Что, простите?

Кэтрин вздрогнула и подняла голову. Рядом стоял лейтенант Дерек Гудвин и улыбался так, словно точно знал, о чем она задумалась.

– Я... просто соглашалась с отцом... всей душой и сердцем желала, чтобы тревоги остались позади.

– Вам не о чем тревожиться, – заверил ее лейтенант. – Мой долг – позаботиться о том, чтобы ни один волос не упал с вашей головы ни по какой причине – разве что от сильного ветра.

Кэтрин принужденно улыбнулась и отодвинулась. Погрузившись в раздумья, она даже не заметила, что заговорила вслух, забыв, что ее могут услышать. От лейтенанта исходила острая затхлая вонь чересчур обильно насаленного и напудренного парика.

– Ваш бокал пуст. Позвольте наполнить его.

– Нет, спасибо, лейтенант. Боюсь, сегодня спиртное мне только повредит.

– Напротив, миссис Монтгомери, – пойдет на пользу. Должно быть, вы извелись от одиночества. Как ваш муж посмел бросить такую юную и прелестную жену сразу после свадьбы!

– Меня никто не бросал, лейтенант, – спокойно возразила Кэтрин. – Мой муж занят делом, он не может пренебречь им ради минутных радостей.

Вкрадчивая улыбка лейтенанта стала шире.

– А я не представляю себе, что может сравниться с возможностью... – он перевел сальный взгляд на ложбинку в вырезе ее платья, – сжимать вас в объятиях!

Изумленная и раздосадованная его дерзостью, Кэтрин вспыхнула:

– Моему мужу на все хватает сил! Уверяю вас, я ни в коей мере не чувствую себя обделенной!

– Даже холодными зимними ночами, когда нечем развлечься, кроме чтения грошового романа?

– Грошовые романы бывают на редкость занимательными, лейтенант. Гораздо более занимательными, чем иные собеседники.

Лейтенант Гудвин проглотил обиду. Он воспринял назначение в Дерби с плохо скрытым равнодушием, считая его наказанием за преступную связь с молодой женой бывшего командира. Молодые жены особенно привлекали лейтенанта. Он коллекционировал их, как другие мужчины коллекционируют оружие, вспоминая о минувших битвах и победах. Жены – совсем не то, что стыдливые девственницы. Им и в голову не приходило потащить лейтенанта к алтарю, они тщательно скрывали свои романы от мужей и никому бы не признались, что лейтенант обладает необыкновенным даром убеждения.

Отношение Гудвина к Дерби резко изменилось в ту же секунду, когда он увидел Кэтрин Монтгомери. Светловолосая и гибкая, она принадлежала к числу женщин, при виде которых мужчины на миг столбенеют. Такие красавицы не обделены мужским вниманием. Гудвин знал, что Кэтрин замужем за почти незнакомым человеком, к которому она вряд ли питает нежные чувства. За ней закрепилась репутация кокетки, но Гудвин видел перед собой спокойную, гордую женщину. Он представлял себе, как она стояла в той же позе – слегка опустив веки, надув губки, постукивая тонкими пальцами по вееру и наблюдала за поединком двух мужчин, призом в котором была она сама. Значит, ей по вкусу такие игры? Поговаривали, что со своим мужем она познакомилась в лесу. Может, и сейчас она ждет, что кто-нибудь последует за ней, когда она с треском раскроет веер и покинет гостиную?

– Здесь слишком душно. Прошу меня простить.

– Позвольте! – Лейтенант подхватил ее под руку и повел к двери. После гула голосов и духоты прохлада и тишина коридора были особенно приятны. Кэтрин испустила вздох неподдельного облегчения.

– Благодарю вас, лейтенант, – произнесла она и высвободила руку. – День выдался долгим, я очень устала.

– Вы идете спать?

– Пожалуй, да.

– Но... я надеялся, что мы сможем побеседовать наедине...

Кэтрин устремила холодный взгляд на пальцы лейтенанта, сжимающие ее запястье.

– А я считаю, что разговор закончен. И если вы не возражаете...

– Возражаю! – перебил он. – Решительно возражаю, миссис Монтгомери. Я не желаю тратить время на флирт и жеманство.

Кэтрин изумленно раскрыла глаза:

– Что, простите?

– Довольно, Кэтрин! Мы здесь одни. Хватит притворяться. Я знаю, чего вы хотите, чего вам недостает уже несколько месяцев. Поверьте, я более чем готов исполнить ваши желания!

Кэтрин была скорее удивлена, нежели возмущена. Неужели офицеры, видя, как леди Кэролайн открыто наставляет рога мужу, решили, что и ее дочь способна на такое?

– Я вынуждена разочаровать вас, лейтенант: вы не наделены и десятой долей возможностей моего мужа. Но в тавернах и публичных домах Дерби вы найдете множество покладистых женщин.

Гудвин побагровел, но прежде чем он успел ответить, дверь гостиной распахнулась, и в коридор вышли смеющиеся гости. Один из них, молодой капрал Джеффри Питерс, направился прямиком к лейтенанту:

– А, вот вы где, сэр! Полковник Келли послал меня за вами. Он говорит, что нам не следует злоупотреблять гостеприимством наших хозяев. – Он галантно поклонился Кэтрин: – Вечер был чудесным, миссис Монтгомери. Как всегда.

Кэтрин резко высвободила руку из пальцев Гудвина.

– Вы здесь всегда желанный гость, капрал Питерс.

Веснушчатый капрал покраснел, смутился и повернулся к лейтенанту, надеясь, что тот выручит его. Но карие глаза Гудвина обдали его ненавистью.

– Благодарю, капрал, – язвительно выговорил Гудвин. – Вы выполнили поручение и нашли меня. Можете вернуться к полковнику и сообщить, что я сейчас же присоединюсь к нему.

Капрал попятился, но Кэтрин удержала его за руку.

– Я хочу попрощаться с вами, капрал: дело в том, что мне нездоровится, в гостиную я вряд ли вернусь.

Капрал с улыбкой поклонился:

– Спокойной ночи, миссис Монтгомери. Надеюсь, к утру вам станет лучше.

– Разумеется. И вам спокойной ночи, лейтенант. И удачи.

Гудвин уставился вслед Кэтрин, возбужденный ароматом ее волос и теплом нежной кожи. Очевидно, ей нравятся опасные игры, бешеные погони, словесные поединки. Ну что ж, на этот раз ей попался опытный охотник. Гудвин знал, что ее комнаты находятся в дальнем крыле дома, где больше никто не живет.

«Беги, прячься в норку, хитрая лисичка. Разведи огонь в камине, согрей простыни. Сегодня ночью тебе не придется страдать от одиночества».

– Она бесподобна, правда?

– Что? – Гудвин обернулся и увидел, что капрал по-прежнему стоит рядом. – Что ты сказал?

– Я... просто похвалил миссис Монтгомери, – запинаясь, объяснил капрал, проклиная заикание, которое начиналось у него при малейшем волнении. – Я никого не хотел обидеть...

Гудвин смерил тщедушного капрала презрительным взглядом: