Барбара Картланд - Взбалмошная герцогиня

— Мне кажется, что ему не хватает трудностей, необходимости преодолевать препятствия, — сказала Бина. — Ему нужно, чтобы что-нибудь выбило его из привычной колеи.

— А в вашей хорошенькой головке немало здравого смысла, — заметил герцог.

Бина покраснела, а потом рассмеялась.

— Вы мне льстите!

— Я и вправду так думаю, — сказал виконт, — и, как я уже говорил в самом начале, я убежден, что вы единственная, кто может спасти Дрю.

— Сомневаюсь, — покачала головой Бина. — Но тем не менее я очень вам благодарна за то, что вы мне рассказали. До сих пор я никак не могла понять, как он мог стать таким.

Виконт вздохнул.

— Во Франции полагают, что во всех несчастьях всегда виновна женщина. Мы говорим: «Cherchez la femme»[23], и большей частью оказываемся правы! — Он наклонился и взял Бину за руку. — Мы также верим в то, что боль, причиненную одной женщиной, поможет забыть другая! Все в ваших руках, Бина!

— Я сделаю все, что смогу, — ответила Бина. — Но мы с Дрю пробудем вместе очень недолго.

— Думаю, нам с вами следует приложить все усилия, чтобы уговорить Дрю подольше задержаться в Париже, — предложил виконт.

У Бины загорелись глаза.

— Вы считаете, у нас это получится? — спросила она. — Я столько всего хотела посмотреть! Париж — восхитительный, волшебный город, и люди здесь такие веселые и доброжелательные!

— Отрадно слышать это, — улыбнулся виконт. — Многие ваши соотечественники так часто поносят моих на чем свет стоит, что я рад для разнообразия услышать что-нибудь приятное. — Он поднес ее руку к губам. — Нам лучше пойти отыскать Дрю, не то он решит, что я имею виды на вас, — сказал виконт. — А мне не хотелось бы драться на дуэли со своим лучшим другом.

— Я думаю, ему будет безразлично, даже если вы заинтересуетесь мною, — тихо пробормотала Бина. — Мне кажется, он будет рад избавиться от меня.

— Я в этом не уверен! — ответил виконт. — Но вам следует приложить все усилия, чтобы, если вы все же расстанетесь с ним, он скучал по вашему обществу больше, чем это кажется возможным в настоящий момент!

— В настоящий момент меня больше всего волнует, чтобы вы убедили его подольше остаться в Париже, — сказала Бина. — Пожалуйста! Попытайтесь уговорить его!

— Конечно же, я сделаю это, и не только ради вас, но и ради себя. Не могу передать вам, какое это для меня удовольствие — снова видеть Дрю и вспоминать нашу молодость и счастливые годы, проведенные вместе. — Он улыбнулся. — Я не рискнул бы рассказать вам, в какие переделки мы с ним попадали или какие строили планы на будущее. Но в то время никто из нас не предполагал, что между нашими странами начнется война.

— Война! — Бина вздрогнула. — Я подозреваю, что Дрю, когда мы разыщем его, будет как раз говорить о войне.

Они вернулись в дом и обнаружили, что Дрю стоит возле буфета и беседует с несколькими мужчинами. Когда они подошли поближе, Бина услышала, как кто-то упомянул Бонапарта, и поняла, что была права в своих предположениях.

— Я уже начал удивляться, куда это вы оба пропали, — сказал герцог, когда Бина и виконт присоединились к нему, но в его голосе не прозвучало ни малейшего интереса.

— Ну что, вы готовы? Мой экипаж ждет у подъезда, — сказал виконт.

— Да, пожалуй, — ответил герцог. — Я думаю, что мы оба устали. День был очень утомительным.

— Зато каким интересным! — поспешно вставила Бина.

— Завтрашний день будет еще интереснее! — пообещал виконт. — Позвольте, я отвезу вас домой и заеду за вами утром.

— И куда ты планируешь тащить нас завтра, могу я спросить? — поинтересовался герцог.

— Прежде всего смотреть Париж, — ответил виконт. — Твоей сестре нужно обязательно посетить Лувр, сады Тюильри, собор Парижской Богоматери, и, конечно же, ей будет интересно познакомиться с великим человеком — нашим первым консулом!

В голосе виконта, когда он говорил о Бонапарте, появлялись язвительные интонации, и герцог, может быть для того, чтобы подразнить его, сказал:

— Я бы не прочь взглянуть на человека, который, что бы ты там ни говорил, сумел один, без чьей-либо помощи, объединить Францию после революции.

— Но не до конца! — оборвал его виконт.

— Не до конца, — согласился герцог, — но почти. В то время как нам ваш режим кажется военной диктатурой, простой народ Франции видит в Бонапарте своего единственного защитника от духовенства, аристократов и иностранцев!

— Я не дам тебе спровоцировать меня на ссору, Дрю, — заявил виконт. — Ты ничуть не лучше всех тех идиотов, которые, приезжая в Париж, начинают восторгаться этим неотесанным корсиканцем! Я слышал, как они поют ему дифирамбы, и единственное, что могу тебе сказать: поживи-ка во Франции, и увидишь, как ты тогда станешь к нему относиться!

— В настоящий момент меня больше всего беспокоит то, что, с кем бы я ни говорил, все убеждены в неизбежности возобновления войны между нашими странами, — совсем другим тоном произнес герцог.

— Меня это не удивило бы, — заметил виконт.

— Мне только что сказали, — продолжал герцог, — что наш посол, лорд Уитчерч, уже покинул Париж и возвращается в Англию.

— Сомневаюсь, чтобы это было правдой, — задумчиво произнес виконт. — Всю последнюю неделю ходили самые разные слухи — то он уезжает, то остается, то уже уехал, но с полдороги его вернули. — Он рассмеялся. — То, что ты слышал, могло оказаться лишь плодом воображения тех, кто хотел бы, чтобы англичане за нас выиграли все наши битвы.

— Очень надеюсь, что так оно и есть, — сказал герцог. — Но если все-таки то, что я слышал, правда, то нам с Биной следует немедленно возвращаться домой.

— Завтра мы все выясним, — успокаивающе произнес виконт. — У меня есть друзья среди близкого окружения Бонапарта. Сам бы я не хотел оказаться на их месте, но, по крайней мере, они смогут сообщить мне, чего ждать в ближайшем будущем.

— В таком случае давайте не будем зря волноваться и спокойно ляжем спать, — предложил герцог.

Они попрощались с хозяйкой дома, и виконт повел их к своей карете. Это был очень элегантный экипаж, которым правили два кучера и на запятках которого гордо стоял ливрейный лакей.

Они поудобнее расположились на сиденьях, карета тронулась с места, и Дрю с виконтом принялись вспоминать прошлое и те вечеринки, которые они посещали, когда были молодыми.

Внезапно карета остановилась, и Бина обнаружила, что они находятся вовсе не в предместье Сен-Жермен, как она ожидала, а возле ярко освещенного входа в сад с расположенной в центре танцевальной площадкой.

Герцог с удивленным видом выглянул из окна, а виконт сказал: