Джил Лэндис - Приди, весна

Зак научил Кейса ездить верхом и стрелять. Зак был рядом в самые трудные моменты его жизни, он помог ему уладить отношения с Розой, когда Кейс из упрямства отказывался признать, что любит ее. Зак Эллиот был такой же неотъемлемой частью семьи, как и тетя Рут.

– Ты войдешь или будешь стоять там и пялить на меня глаза? – проворчал Зак.

– Войду, если ты откроешь дверь пошире.

– Черт, – выругался Зак, но отошел в сторону, постаравшись встать так, чтобы из-за двери были видны только его голова и плечи.

Войдя, Кейс понял почему. На Заке были надеты только длинные красные кальсоны.

От находившейся в углу комнаты черной чугунной печки тянуло теплом. Кейс был рад теплу. Он снял перчатки, шляпу и положил их на стоявший неподалеку стол, заваленный всякой всячиной. Счистил снег с куртки и тряхнул длинными волосами, стряхивая снег, налипший на концах.

– Я вижу, что после моего отъезда ты так и не удосужился убраться здесь, – заметил он.

– Я подумал, раз при тебе был такой беспорядок, значит так и должно быть, – возразил Зак.

Он вошел в камеру, в которой спал, сдернул с кровати одеяло, завернулся в него и вернулся в главную комнату.

– Теперь я понимаю, почему ты никогда никого не сажаешь под арест. – Кейс кивнул в сторону пустой камеры. – Где же ты тогда будешь спать? – Он положил ноги на никелированную решетку, обрамлявшую печь сбоку, и вытянул вперед руки.

Зак почесал в паху и зевнул.

– Что ты вообще-то здесь делаешь? Я думал, ты встречаешь сестру в Шайенне.

Лицо Кейса омрачилось.

– Я ездил встречать ее, но она не сошла с поезда.

– Не села на него или отстала в пути?

Кейс покачал головой.

– Ни то, ни другое. У тебя есть кофе? Это долгая история.

Зак снял с печки старенький кофейник, заглянул в него, потом подошел к стоявшей в углу бочке с водой. Окунув в нее кофейник, он наполнил его водой и поставил на маленькую плитку. Кейс молча наблюдал, как старик выдвинул ящик стола, достал оттуда мешочек с кофейными зернами и высыпал пригоршню на стол.

– Садись и рассказывай. Пока-то я еще приготовлю кофе. – Зак зашел в камеру, вынул из чехла ружье, вернулся к столу и принялся толочь зерна прикладом. Несколько зерен упали на пол, но в целом получилась приличная кучка расплющенных зерен, которые он сгреб в ладонь и понес к кофейнику. – Через минуту закипит.

– Прямо не могу дождаться. – Кейс снял куртку и повесил ее на спинку стула у печи. – Ты не думал купить кофемолку?

Зак пропустил вопрос мимо ушей.

– Так что же случилось с твоей сестрой?

Он подвинул у себе стул и уселся напротив Кейса. Движения его были размеренными, но на лице отражалось беспокойство. Наклонившись вперед, он приготовился внимательно слушать.

– Ее не оказалось среди прибывших, но меня разыскивал проводник, – Кейс уставился на носки своих сапог. – Собственно говоря, он искал брата Алисы Соумс, блондинки из Бостона. В конце концов, когда я описал ему Аннику, стало ясно, что мы говорим об одной и той же женщине, но он все равно не сразу поверил, что я ее брат.

– Ну, ты совсем на нее не похож.

– Да, потребовалось время, чтобы убедить его. Мне пришлось просить начальника станции подтвердить, кто я. Проводник сообщил мне, что во время вынужденной остановки поезда Аннику забрал какой-то мужчина. Этот мужчина заявил, что она якобы Алиса Соумс, согласившаяся выйти за него замуж.

– По мне, так это вранье. Он что же, не знал, как выглядит его невеста? – Зак потер глаза и покачал головой.

– Не знал, потому что никогда ее не видел. Он был убежден, что Анника лжет.

– А почему Анника не сказала ему, кто она?

– Она пыталась. Но мужчина угрожал ей ножом. Рядом с ней на сиденье лежало письмо этого человека его невесте. Анника пыталась все отрицать, но ей никто не поверил. Все подумали, что она просто не хочет выполнять свое обещание.

– Черт, я слышал, что у нас пока еще свободная страна. Почему он не мог смириться с тем, что женщина передумала, пусть даже это была не та женщина?

– Он оплатил ее проезд. Наверное, считал, что это скрепляет их соглашение.

– Ты говоришь, он оплатил проезд Анники?

Кейс безнадежно покачал головой.

– Нет, – он повысил голос, – я сказал, он оплатил проезд этой Алисы Соумс. И он думал, что Анника – это Алиса. Когда проводник описал мне мужчину, похитившего Аннику, я вспомнил, что видел его на платформе в Шайенне. Он ждал поезда.

– Как он мог быть в двух местах сразу?

Кейс с отчаянием вздохнул и объяснил, перейдя почти на крик:

– Мы все ждали двенадцатичасового поезда, но поезд сломался неподалеку от Бастид-Хила. Этот здоровяк-траппер сорвался с места, будто летучая мышь из ада, когда объявили, что поезд задерживается. К тому времени, когда поезд прибыл в Шайенн – с трехчасовым опозданием, – он уже увез Аннику.

– По крайней мере, ты его видел.

Кейс предпочел бы никогда не видеть этого человека. Может, тогда он сумел бы справиться со своими ненавистью и тревогой.

– Похоже, кофе готов, – сказал он Заку. Старик встал и достал из шкафчика две чашки.

– Я и забыл про него. – Он пересек комнату, налил в одну из чашек ложку холодной воды, вернулся к печке и снял кофейник. Поставив его на край стола, он тоненькой струйкой влил в носик холодную воду, чтобы осели кофейные зерна, и минуту спустя разлил кофе по чашкам.

Кейс отхлебнул кофе. Прошла пара минут, прежде чем он снова заговорил. Зак не нарушал его молчания.

– Он здоровый мужчина, выше меня. Должно быть шесть футов три дюйма. Длинные волосы до плеч.

– Индеец?

Кейс покачал головой и сделал еще глоток.

– Охотник на бизонов. Светловолосый, бородатый, голубоглазый.

– Охотник, вот как?

Оба без слов знали, что охотники на бизонов ни у кого не вызывают уважения. Не было ничего благородного в этом занятии, о котором восторженно писали газеты. Даже плохой стрелок мог без труда подстрелить этих животных, у которых было слабое зрение. Теперь в прериях, где раньше бродили бесчисленные стада, с трудом можно было отыскать бизона. Именно такие люди, как этот мужчина, который увез его сестру, способствовали полному истреблению животных. Кейс провел пять лет в поисках уцелевших животных, пока собрал свое стадо в двадцать голов. Он чувствовал себя обязанным спасти бизонов, которые были источником существования его предков.

– Да, охотник, – повторил он, – и если он причинит Аннике вред, я убью его.

– А если он не причинит ей вреда? – спросил Зак.

– Если он не причинит ей вреда? А для чего, ты думаешь, он увез ее? Играть с ней в шахматы долгими холодными ночами? – Кейс поставил чашку на печку и встал. Запустив руки в волосы, он подошел к окну и выглянул на улицу, но увидел только свое отражение в стекле.