Мэри Спенсер - Рискованный выбор

– Лэд…

Он не отозвался, только еще раз издал довольный сонный вздох. Диана закрыла глаза и, продолжая улыбаться, вслед за ним погрузилась в сон.

Глава 9

– Вы не слушаете меня и не хотите даже понять суть идеи. У меня есть опыт. В прошлом этот метод себя оправдывал.

– Ба! – Фаррелл так и остался сидеть на корточках. – От американских методов нам не будет проку, – фыркнул он, в сердцах бросая в сторону ком земли. – Почва выродилась. Больше с нее ничего не возьмешь. У нас нет другого выхода, кроме как оставить ее в покое.

Снег, растаявший неделю назад, смешался с землей и превратился в жижу, покрывшую поля.

– Оставить поля в покое, может, и не вредно. Только это годится там, где достаточно хорошей земли для посевов, в Керлейне же это исключено.

– Да, – мрачно согласился Колвани. – Могу поклясться, что здесь и на дюйм не найдешь плодородной почвы. За столько-то лет вконец истощилась.

– Но это не значит, что ее нужно забросить на три года, – возразил ему Лэд.

– Или до тех пор, пока мы начнем умирать с голоду, – со смехом подхватил Брайен Колвани. – Какие ни бедные эти поля, мы хоть какой-то урожай собирали. И даже с хилых яблонь выходил неплохой сидр.

– Помолчи, Брайен, – одернул его Колвани-старший, явно недовольный дружелюбной манерой сына. – Ваши методы здесь не подойдут, – заявил он Лэду. – На этой земле сотни лет сеяли ячмень и пшеницу. Сажали яблони, как было угодно Богу, и ничего больше. И на своих участках люди выращивали то же.

– Угу, – поддакнул Фаррелл. – У нас здесь никогда не было бобов или кукурузы. Да и не приживутся они на этой почве. Нет, ничего у вас не получится. И никому из прежних лордов это и в голову не приходило. Фарреллы не станут этого делать, сэр. – Он наконец поднял глаза и встретился взглядом с Лэдом.

– И Колвани тоже, – объявил Колвани-старший.

– Отец, – подал голос Стюарт Фаррелл. Старший сын Фаррелла заговорил при Лэде впервые. Это был спокойный миролюбивый юноша, одногодок Брайена. Лэд знал его лучше остальных, так как молодой человек жил и работал в замке. Он порою был чрезмерно робок и неловок, но старался, как мог, чтобы новый граф чувствовал Себя в Керлейне как дома.

Лэд тяжко вздохнул. Задача казалась ему почти неразрешимой. Две недели минуло со дня свадьбы – несказанного блаженства с женой и время тщетных попыток найти общий язык с жителями Керлейна. Он начинал думать, что у них вообще не было желания улучшить свою жизнь. Что бы он ни предлагал, его слова встречались с презрительным фырканьем или того хуже – каменным молчанием. Если бы Диана не была так привязана к поместью, он бы забрал ее отсюда, и они бы уже ехали в Штаты. Но пока он лишь молил небо, чтобы она когда-нибудь согласилась проститься с этим местом. А когда она увидит Фэйр-Мэйден, то наверняка пожалеет, что так долго не решалась покинуть этот тонущий корабль.

Лэд поднял голову и посмотрел на своих собеседников.

– Послушайте, я предлагаю дельные вещи. Я уже приказал завезти птичий помет. Мы оставим удобрения на полях на всю зиму и часть весны. Летом, когда земля будет вспахана, положим второй слой, и этого хватит больше чем на год. Конечно, посевные культуры все равно нужно будет менять. – Он сделал паузу и покачал головой, прекрасно понимая, насколько пшеница и ячмень истощают почву, так что все усилия будут быстро сведены к нулю. – Посмотрим, что из этого получился, а тем временем можно будет расчистить фруктовые сады и заменить старые деревья новыми саженцами.

– Новые не дадут того вкуса, – угрюмо предрек Фаррелл. – В Херефордшире яблоки Керлейна считаются лучшим сырьем для сидра.

– Сотни лет, – кивнул Колвани.

– Прекрасно. – Лэд чувствовал, что начинает выходить из себя. – Будем выращивать саженцы из семян яблок Керлейна, – сказал он. Уж эту-то кухню он благодаря отцу как-нибудь знал. – Только прежде чем появятся первые плоды, пройдет десять – пятнадцать лет.

В ответ – тишина. Чтобы успокоиться, Лэд вдохнул поглубже и решил высказать еще одно соображение, хотя Диана предупреждала, что это бессмысленно.

– Часть земли можно пустить под пастбища для крупного рогатого скота. Вот это поле, например. Оно будет немедленно удобрено, и хозяйство Керлейна снова станет прибыльным.

Четверо мужчин уставились на Лэда широко раскрытыми глазами.

– Я понимаю, – продолжал он, – в Керлейне никогда не было никаких стад, и сам я не особенно сведущ в скотоводстве. Зато в Херефордшире выращивают лучших в мире коров. Так почему бы Керлейну не использовать часть своей земли в тех же целях? Одному Богу ведомо, сколько акров здесь сейчас пропадает. А если дело пойдет хорошо, прибыль нам обеспечена.

– Крупный рогатый скот? – медленно повторил Стюарт, будто не веря своим ушам. – В Керлейне?

– Сколько живу, никогда этого не было! – выпалил Фаррелл-старший с покрасневшим от гнева лицом. – Как вы можете стоять здесь, на этой святой земле, – он указал мозолистым пальцем под ноги Лэду, – и предлагать такое… такое… – Он запнулся, подыскивая нужное слово. – Как вы можете предлагать такое зло?

– Зло! Да, самое что ни на есть зло! – подхватил Колвани. – Никогда мы не разводили здесь скот, не считая того, что граф держал для собственного стола. Но разводить стада?! – Он плюнул на землю.

– Мы – фермеры, милорд, – вежливо заметил Брайен. – Потомственные фермеры. Мы поколениями работали на земле.

– На этой земле, – уточнил его отец.

Брайен кивнул:

– Да. Уж ее-то мы знаем, как свои пять пальцев. А что мы будем делать с коровами?

– Кормить свои семьи, – коротко ответил Лэд. Он знал в жизни гордых людей, но жители Керлейна выходили за пределы его понимания. Нововведения были неизбежны, и если эти люди откажутся от них, они не только погубят себя и свои семьи, но и лишат будущего весь Керлейн.

– Старый граф никогда не унизил бы ни себя, ни нас такими предложениями, – покачал головой Фаррелл.

Остальные дружно закивали.

– Прекрасно, – сказал Лэд, – тогда умирайте с голоду. Ждите, пока ваши семьи начнут погибать. Вы не желаете принимать ни одного из моих предложений? Никакой помощи от меня? – Он посмотрел поочередно на каждого. – Тогда я больше не стану вам навязываться. Всего хорошего, джентльмены. – Лэд оглянулся посмотреть, где бродит его лошадь, но вместо нее обнаружил великолепного коня и сидящего на нем Игана Паттерсона. Рядом с ним ехал слуга, держа на поводу другую лошадь – прекрасную чалую кобылу.

– Добрый день, милорд Керлейн! – крикнул издали виконт. – Могу я просить вас о разговоре?

Как нельзя, кстати, мрачно подумал Лэд. Ему только этого не хватало – оказаться в обществе человека, настолько превосходящего его самого как внешней изысканностью, так и манерой речи. Лэд чувствовал спиной взгляды Фарреллов и Колвани, сравнивающих его перепачканную одежду с элегантным костюмом виконта. Слова, произнесенные им во время внезапного появления в церкви, звенели в ушах Лэда: «…ты должна была быть моей женой, а я их лордом».