Стелла Камерон - Мимолетное прикосновение

Она величественно вернулась к оттоманке и изящно раскинулась на сине-золотых подушечках. Хаксли терпеливо ждал, что она скажет. Ему было немного смешно, но хотелось поскорее покончить с этим разговором.

— Первое, чем необходимо заняться. Горчично-желтое. Эдвард, как можно?

Не понял…

Графиня сердито топнула крохотной ножкой в черной туфельке.

Молодой человек, точно вам говорю — вы совсем слуха лишились. Я сказала: горчично-желтое! На девушке надето горчично-желтое платье с коричневой ротондой. Более неподходящее сочетание цветов и представить-то трудно, тем более что, насколько я разглядела, она хрупкая блондиночка. И, если глаза меня не обманули, все безнадежно вышло из моды. — Лорнет леди Баллард, забытый в те краткие секунды, что леди обозревала с третьего этажа разыгрывавшуюся внизу сцену, теперь был устремлен на Эдварда. — Полагаю, конкретно этот наряд обошелся тебе в считанные гроши.

Виконт не осмелился признать, что был слишком поглощен своими мыслями, чтобы разглядеть костюм мисс Гранвилл.

— Право, это совершенно не важно.

— Напротив, именно это-то и важно. Но ничего, я этим займусь, причем немедленно. И помни — чтобы никто из широкой публики и слова не слышал о помолвке, пока девушка не покажется в свете.

— Но…

— Ты понял, Эдвард? Ни слова! Пусть сперва свет убедится, что она — само совершенство. Конечно, все сразу же начнут гадать про нее, кто она да откуда, но нам это только на руку. Помни, в тот миг, как возникнет хотя бы малейшее подозрение, что неуловимый лорд Хаксли помышляет о женитьбе, весь цвет общества пожелает увидеть особу, которая сумела соблазнить самого выгодного и недоступного жениха сезона.

— Проклятие!

— Я вовсе не намерен ждать. Или разбираться с возможными соперниками.

Графиня раскрыла веер.

— Предоставь это мне. Я знаю, что делаю. Так ты даешь слово меня слушаться?

Чего доброго, откажись он, тетушка ему такое устроит, что он еще десять раз пожалеет, что не согласился. Не хватает еще выяснять отношения с любимой родственницей.

— Как пожелаешь, — холодно отозвался виконт.

— Очень мудро с твоей стороны, Эдвард. А что до всего остального, запомни, пожалуйста, я состою в родстве — правда, со стороны мужа и в очень дальнем — с корнуоллскими Гранвиллами.

Наконец ей удалось всецело завладеть его вниманием.

— В родстве?

О Боже! Прекрати наконец повторять за мной, точно попугай. Что за утомительная привычка! Да, я состою с ними в родстве. — Не глядя на племянника, графиня отколола с лифа жемчужную брошку и с довольным видом полюбовалась искусным узором. — В дальнем, очень дальнем, но тем не менее…

На лице Хаксли медленно появилась улыбка. Видно, он и впрямь так поглощен своими заботами, что разучился думать обо всем прочем.

— Подумать только, что я совсем выпустил из виду такой важный факт.

— Да. Только подумать. Гранвиллы очень… Ты говорил мне, что мисс Гранвилл — последняя в роду? — Дождавшись его кивка, графиня продолжала: — Да-да, помню. Я и сама знала. Итак, Гранвиллы были очень достойной семьей. Знаешь, пожалуй, я даже довольна, что ты решил жениться на мисс Гранвилл, — по крайней мере столь благородный род не угаснет совсем. Удачно получается.

— Гм. Удачно. — Лучше поздно, чем никогда. Антония наконец-то загорелась идеей его брака с мисс Гранвилл. Ее восторженная поддержка и помощь в организации этой свадьбы позволят ему сберечь время и заняться более важными делами. — Итак, теперь мы наконец-то можем приветствовать наших гостей?

— Нет.

Хаксли, уже протянувший руку тетушке, чтобы сопровождать ее вниз, замер как вкопанный

— Нет?

— Ох, полно тебе, в самом деле. — Леди Баллард поднялась на ноги. — Это уже чересчур. Ты должен подождать здесь, по крайней мере полчаса. Потом можешь спускаться к нам.

— Но…

— Потом, Эдвард. Важно сразу же задать нужный тон. Я понимаю, конечно, что тебе неймется увидеть свою пассию, но коль скоро уж я отвечаю за то, чтобы подготовить ее к выходу в свет, мне нужно сперва посмотреть, какова она. А если вы с ней будете ворковать, как два голубка, это нас отвлечет.

— Ворко… — Эдвард сдержался. Ворковать, как два голубка? — Как хочешь, тетя.

Весь этот любовный вздор, однако, начинает уже изрядно действовать на нервы. Ну ничего, только бы дотерпеть, пока мисс Гранвилл станет его виконтессой, а там уж сплавить ее в какое-нибудь из девонширских поместий. Там ей будет хорошо, даже очень. И они прекрасно смогут прожить остаток дней друг без друга.

— Да, кстати, — уже собираясь уходить, спохватилась Антония. — Сегодня утром здесь оставил свою карточку мистер Ллойд-Престон. Очевидно, он заходил на Кавендиш-сквер и не застал тебя дома.

— Не знал, что Джулиан вернулся из Дорсета.

Благодаря достопочтенному Джулиану Ллойд-Престону Хаксли ухитрился в младые годы избежать всех тех «закаляющих характер» мучений, что выпадают на долю каждого новичка в Итоне. Добросердечный Джулиан сразу же взял его под свое покровительство, и с тех пор между молодыми людьми зародилась нерушимая дружба.

Я взяла на себя смелость пригласить его сегодня вечером.

Сегодня вечером? — Виконт покачал головой. — В смысле, куда ты его пригласила — сюда или на Кавендиш-сквер?

Леди Баллард отворила дверь.

— Сюда, конечно. После того как Латчетты отбудут в Челси, а мы с мисс Гранвилл немного пообщаемся, я довольно рано удалюсь к себе… разумеется, дав ей первый урок. Я знаю, днем у тебя найдутся и другие дела, но если надумаешь вернуться… — В потеплевших глазах графини сверкнула понимающая улыбка. — Вероятно, мисс Гранвилл будет рада скоротать вечер в новом окружении. И Джулиан заверил меня, что появится очень поздно.

Она вышла, и Хаксли медленно закрыл за ней дверь. Скоротать вечер? Сколько многообещающих возможностей кроется в этой фразе.

Готовясь к встрече с гостями, леди Баллард позаботилась заранее навести о них справки и теперь знала, что Бродерик Гранвилл был намного старше своей второй жены. Должно быть, когда они встретились, Белла как раз находилась в самом расцвете своей пышной и чуть вульгарноватой красоты. Заставив себя благосклонно улыбнуться в ответ на глупую улыбку миссис Гранвилл, Антония подумала, что Бродерик, вероятно, женился на этой женщине лишь ради ее тела — об интеллекте в этом браке явно речи быть не могло.

Так вы говорите, миледи, Хаксли к нам вскоре присоединится? — Роджер Латчетт развалился в кресле перед камином в парадной гостиной. Не прошло и десяти минут со времени их знакомства, а он уже заглотал второй бокал превосходной мадеры из запасов хозяйки дома.