Дэнис Аллен - Настоящий джентльмен

Было ясно, что маркиз пытается выпроводить леди Уэнтуорт, видимо, опасаясь, как бы Сэм не расхохоталась или не ляпнула что-нибудь, что могло шокировать старую заносчивую каргу. Дама не заставила себя долго уговаривать.

– Как, здесь дует? – воскликнула она встревоженно и поплотнее укуталась в шаль. – Я не останусь и не вернусь в свою ложу. Не хочу больше смотреть этот нелепый спектакль. Эта женщина!.. Как она вульгарна! Ниниан, дай мне руку. Давай уйдем, пока не возобновился этот кошачий концерт. Пошли кого-нибудь, чтобы подали карету. Пусть ждет у ступенек. Я не намерена мерзнуть на ветру, чего доброго, схватишь воспаление легких и умрешь. Ночной воздух так для меня опасен! До свидания, лорд Серлинг. До свидания, мисс Дарлингтон. Мила, очень мила.

С этими словами старая дама удалилась, и в ложе воцарилась тишина, нарушаемая сдержанными смешками молодых людей.

– Как хорошо, что ты убедил ее уйти, – прошептала Сэм Джулиану. – Задержись она хотя бы на минуту, я бы сказала ей все, что думаю. Как можно называть восхитительное пение Женевьев Дюбуа кошачьим концертом? А ее саму – вульгарной?

– Мнение леди Уэнтуорт о мадам Дюбуа – наименьшая из твоих печалей, Сэм, – заметил Джулиан с озорными искорками в глазах. – Если выйдешь замуж за Ни-ниана, то тебя ждет будущее с медицинскими припарками и прочими шарлатанскими советами. После чая в четверг она наверняка предложит поставить тебе парочку пиявок.

Сэм громко рассмеялась, и в один миг отчуждение, возникшее между ними в последние дни, растаяло, как сахар в чашке горячего чая. На лице маркиза расцвела улыбка, теплая и искренняя, светившаяся… любовью? Но в следующий миг искорки в глазах погасли, губы вытянулись в жесткую линию, и Джулиан вернулся к Шарлотте, а Сэм на свое место. Кавалеры докучали ей вниманием еще минуту-другую, пока не прозвучал звонок, возвестивший о начале третьего акта. Сэм как завороженная устремила глаза на сцену, забыв о реальности, обо всех волнениях и заботах.

Глава 7

– Почему вас вчера не было в театре? – спросила Сэм Натана, когда они ждали в вестибюле Клару. День выдался ясный, ярко светило солнце. Они собирались на очередную прогулку в Гайд-парк и намеревались вернуться рано, чтобы не застрять в пробке из шикарных экипажей, занимавших в парке все свободное пространство с четырех до шести часов вечера.

Мимо них прошел Хедли, смерив Натана насмешливым, подозрительным взглядом.

– Почему Хедли меня не любит? – спросил Натан, не ответив Саманте. – Из-за моего американского происхождения?

– Хедли – сноб. – Девушка пожала плечами. – Он недолюбливает всех, в ком течет неанглийская кровь. Он и Жан-Люка с трудом переносит. Но больше всех почему-то не любит американцев.

– Это чертовски неприятно, – посетовал Натан.

– Мне странно слышать, что вы принимаете это так близко к сердцу. Из-за Клары, что ли? – удивилась Сэм, завязывая под подбородком зеленый бант.

– Что вы имеете в виду? – спросил он осторожно.

– Со мной не нужно притворяться, – улыбнулась Сэм. – Я только что спросила, почему вас не было в опере. Вы не ответили. Мне кажется, потому, что у вас не было шанса увидеться там с Кларой.

– При чем здесь Клара? – пробормотал Натан, пряча глаза. – Просто я не люблю оперу.

– Уверена, это не имело бы ровным счетом никакого значения, если бы вы знали, что встретите там Клару.

Натан открыл было рот, чтобы возразить, но в этот момент до них донесся мелодичный голос Клары. Она оживленно и кокетливо разговаривала с Мэдисоном, которого вела на поводке. Девушка говорила псу, что его ждет приятная прогулка в парке, что он замечательный щенок, очень красивый, умный и тому подобное.

Натан облизнул губы и уставился в коридор, как голодный пес, ожидающий, что ему сейчас бросят кость.

Саманта рассмеялась:

– Натан, хотелось бы надеяться, что вы не обманываете себя, как только что пытались обмануть меня. При звуке ее голоса у вас мурашки бегут по телу, во рту пересыхает, ладони делаются влажными и липкими и сердце от радости готово выпрыгнуть из груди. Поверьте мне, я понимаю, что вы чувствуете в данный момент. Вы не можете дождаться, чтобы ее увидеть. Признайтесь, Натан!

Натан покачал головой и повернулся к Саманте. Выражение его лица было виноватым и в то же время восторженным.

– Никогда не думал, что такое может случиться, Сэм. Вы мне правда очень понравились… в самом начале. Вы и сейчас мне нравитесь, но… Клара больше. Я… я в Клару…

– Вы в нее влюбились, – подсказала Сэм со смехом. – И неудивительно. Она восхитительная девушка. Я сама ее люблю и буду очень скучать, когда вы увезете ее с собой в Виргинию.

Натан разинул рот от изумления и округлил глаза.

– Я не говорил, что собираюсь…

– Но не станете же вы флиртовать с ней ради развлечения, Натан? – Саманта игриво прищурилась.

– Конечно, нет! – взволнованно произнес он. – Просто я не знаю, какие чувства она ко мне питает. Женитьба совершенно… ну… и ее отец, он, похоже, ненавидит меня. Более того…

Но Сэм не суждено было узнать, что «более того». К ним подошла Клара с Мэдисоном, и разговор прекратился. Но по улыбке девушки и по блеску ее глаз, когда она смотрела на Натана, только слепой мог не заметить, что и она от него без ума. И Сэм решила дать возможность застенчивым влюбленным побыть наедине, чтобы они могли объясниться.

Однако в парке прогулка не клеилась. Клара и Натан чувствовали себя в присутствии Сэм неловко и почти не разговаривали. Обстановку разрядил Жан-Люк, появившийся как нельзя кстати. Он вел на поводке пуделя Луи. Тот, натянув поводок, сунул нос в заросли подснежников. Сэм обрадовалась.

– Какой приятный сюрприз! – воскликнул Жан-Люк. – Никак не ожидал встретиться здесь с вами, – произнес он радостно.

– А вам разве не сказали, что мы уже взяли Мэдисона на прогулку, когда вы явились за пуделем? – удивился Натан.

– Сказали, – признался Жан-Люк. – Но не сказали, куда вы пошли. Откуда им было знать? Осмелюсь предположить, что вы им не сообщили.

Сэм сказала об этом Жан-Люку накануне, в опере, когда ей в голову пришла замечательная идея сосватать Натана и Клару. Обрадованный возможностью участвовать в секретном и романтическом событии, Жан-Люк согласился стать ее союзником.

– Кроме того, – продолжал Жан-Люк не моргнув глазом, несмотря на подозрительный взгляд Натана, – мне показалось крайне несправедливым, что Мэдисона регулярно выгуливают, в то время как Луи сидит взаперти.

– А мне казалось, Луи предпочитает есть и спать, а не бродить по парку, – вставил Натан угрюмо.

– Но сегодня энергия бьет из него ключом, – заметила Клара, когда Луи наконец оторвал голову от цветов и, увидев своего товарища, натянул поводок. Собаки, похоже, не питали друг к другу вражды, как мужчины. Судя по тому, как яростно Луи и Мэдисон виляли хвостами, они были ужасно рады встрече.