Софи Джордан - Расчет или страсть?

Порция хмуро посмотрела на юного невежу. По-видимому, ему даже не пришло в голову, что, как гостю, ему следует прежде всего проявлять любезность к хозяевам дома. Впрочем, Милтон едва ли отличался лучшими манерами. Освоившись наконец в незнакомой обстановке и прекратив мигать, он баловал своим красноречием либо графиню, либо Порцию, но Мину словно и не замечал.

Порция никак не поощряла внимания уважаемых господ, отвечала односложно, сама беседу не поддерживала. Однако барона она этим не оттолкнула. Решив прибегнуть к последнему средству, она в качестве застольной беседы затронула тему огородничества у кельтов, но Уайтфилда, как ни странно, эта тема весьма заинтересовала.

– Не могу выразить словами, как я счастлив, что вы почтили своим визитом наше захолустье, – сказал барон, перебив ее сентенции, что могло означать лишь то, что он хочет сменить тему. – Вам здесь, должно быть, безумно скучно.

– Напротив. Мортоны – изумительные хозяева. – Порция улыбнулась Мине, которая ответила ей жалким подобием улыбки. – Особенно приятно общаться с леди Миной. Такой интересной собеседницы я ни разу не встречала, живя в Лондоне.

Уайтфилд с сомнением взглянул на Мину и, раздувая ноздри, многозначительно пробормотал:

– Не сомневаюсь.

Похоже, он решил, что она так шутит. Порция была возмущена.

Мина, отвернувшись, помешивала ложечкой чай в своей чашке. Как бы храбро она ни держалась, Порция заметила, как Мина пару раз зажмурилась, словно отгоняя непрошеные слезы.

– Выходит, вы приехали, чтобы взять в плен нашего неуловимого графа, – жизнерадостно сказал мистер Хатли. Порция чуть не выронила чашку. Со стуком опустив ее на блюдце, она деликатно покашляла, прочищая горло, тем временем пытаясь придумать подходящий ответ.

– Она та самая, – утвердительно кивнув, провозгласила леди Мортон с одобрительной улыбкой. – Та самая, кого мы ждали. – Она наклонилась вперед и с видом заговорщицы громко прошептала: – Я это чувствую.

– Это так? – переспросил викарий, с интересом посмотрев на Порцию. – Итак, вы думаете, что можете загнать его под каблучок, миледи?

– Ммм… – Порция натянуто улыбнулась, понимая, что если она начнет отнекиваться, то выглядеть это будет глупо. Зачем же еще она приехала сюда, если не для того, чтобы поймать в силки графа Мортона? Мистер Хатли смотрел на нее, выжидая. Облизнув губы, Порция произнесла сдавленным шепотом: – Я сделаю все, чтобы загнать его под каблучок, мистер Хатли.

– Хорошо, хорошо, – со смешком сказал викарий и, подняв вверх толстый, как сарделька, палец, вольно процитировал Библию: – «И ввиду порочности человеческого рода, да будет каждому мужу дана жена, и каждой жене да будет дан муж».

Порочности? Порция натянуто улыбнулась, не зная, как реагировать. Неужели викарий видел ее насквозь и сумел заглянуть туда, где она лелеяла греховные мысли, что пробудил в ней граф? Неужели знал о том жаре, что растекался внизу живота при одном воспоминании о нем?

– Хорошо сказано, – звонко объявила леди Мортон и подняла чашку в шутливом салюте. – За то, чтобы загнать Хитстона под каблук.

Порция сжала блюдце в дрожащей руке. Тонкий фарфор грозил надломиться. Между тем все послушно повторили тост леди Мортон. Порция поднялась. Ей вдруг стало не хватать воздуха.

– Сегодня такая хорошая погода. Чудный день для прогулки по саду. Мина, ты не составишь мне компанию?

Мина обрадовано вскочила.

– Вы не позволите мне к вам присоединиться? – Уайтфилд с ловкостью лиса бросился вперед и распахнул двери на балкон.

Не придумав, как вежливо ему отказать, Порция молча взяла Мину под руку и вышла на балкон. Солнце светило не слишком ярко. Уайтфилд в два шага нагнал их, и все трое спустились по каменным ступеням в сад. Порция бросила на Уайтфилда выразительный взгляд, давая понять, что не потерпит от него хамства по отношению к Мине. Она ни от одного джентльмена пренебрежительного отношения к Мине не потерпела бы.

– Ничто не сравнится с нашей йоркширской весной, – сказал Уайтфилд, когда они, все трое, направились по тропинке к пустоши, заросшей утесником. Он обвел вокруг себя рукой: – Вскоре это все покроется чудными желтыми цветами.

– Красиво, – пробормотала Порция, украдкой взглянув на молчащую Мину, гадая, как втянуть ее в разговор. – Я хорошо понимаю тех, кто предпочитает жить за городом.

– А вы часто выезжаете за город, леди Порция?

– К несчастью, нет, – ответила она.

– А разве ваша семейная усадьба не находится в Ноттингемшире?

Порция кивнула, прищурив глаза. Похоже, он неплохо подготовился. Интересно, что еще он о ней знает?

– Должно быть, там красиво. Расскажите мне о вашем поместье, – попросил он, тряхнув кудрями.

Порция едва сдержала смех. Хотелось бы посмотреть, как он отреагирует, если она сообщит ему, что это семейное гнездышко уже два года как стоит с заколоченными окнами и дверями. Что Бертрам распустил всю прислугу. Что все ценное давно распродано. В том числе и коллекция редких книг ее матери. При мысли об этом у Порции до сих пор сжималось сердце. А сам дом разваливался на глазах. И чтобы вернуть ему прежний вид, придется потратить целое состояние. Увы, денег в семье Дерринг как раз и не было.

– Говорят, в Ноттингемшире красиво, – продолжал Уайтфилд, все ближе придвигаясь к Порции. – Должен признаться, очень хотелось бы узнать, правдивы ли слухи.

Порция едва не хмыкнула презрительно. Неужели он считает, что вот так, беззастенчиво напрашиваясь в гости, добьется приглашения?

Мина резко остановилась и, высвободив руку, подняла на Порцию серые, как у брата, глаза, полные слез.

– П-простите, но у меня разболелась голова. – Она прикоснулась к виску. – Мне надо отдохнуть.

Порция открыла рот, чтобы предложить проводить Мину домой, но та стремительно развернулась, вспорхнув кружевными юбками, и бросилась бежать прочь по тропинке к дому. Порция долго смотрела вслед подруге. Сердце сжалось от обиды за нее. Мина не скрывала своих ожиданий, связанных с этим чаепитием. Но как оказалось, не столько брат с сестрой не давали ей наслаждаться обществом, сколько само общество не желало ее принимать.

Уайтфилд проявил полное безразличие к уходу Мины. Он лишь крепче взял Порцию под руку и повел ее дальше по тропинке в заросли утесника. Вдалеке журчал фонтан, своим жизнерадостным звучанием резко контрастируя с мрачным настроением Порции.

– Чудесно, – пробормотал Уайтфилд и фамильярно похлопал Порцию по руке. – Теперь вы вся моя.

Порция отвернулась и, закатив глаза, спросила себя, что бы такое придумать, чтобы избавиться от этого идиота и вернуться домой поскорее.