Лесли Лафой - Пари с дьяволом

«Две соседние комнаты наверху», – подумал он.

– А у тебя быстрый, изворотливый ум, Дарси О'Киф, – вслух произнес Эйден. «Конечно, не такой быстрый и изворотливый, как у меня, но, общаясь со мной, ты сразу многому научишься».

Приподняв брови, она вопросительно посмотрела на него.

– Ты хотя бы сможешь выйти отсюда? Рассмеявшись, Эйден легко поднялся.

– Я не так много выпил. Пока что, – добавил он. Террел уверенно направился к стойке бара, говоря на ходу: – Я заплачу Симусу за виски и сниму комнаты. – Ответом ему был звон дверного колокольчика – это Дарси вышла из таверны.

Она ждала на улице, пока Эйден расплачивался с Симусом. Дарси было очень неприятно, что она вынудила Террела рассказать ей обо всех страшных преступлениях Джулса. Его плечи поникли, а взгляд стал таким... Девушке так хотелось обнять его, привлечь к себе и пообещать, что призраки не будут больше преследовать его. Вместо этого, собрав волю в кулак, она спокойно расспрашивала его и внимательно выслушивала ответы.

То, что она заподозрила прошлой ночью, теперь превратилось в уверенность. Душу Эйдена Террела преследовали страшные воспоминания о чудовищных деяниях Джулса. Она держала свой страх при себе и лишь однажды чуть не показала его. Эти посылки Джулса с доказательствами его преступлений... Если ей удастся пережить эту экскурсию в ад в компании Эйдена Террела, это можно будет считать настоящим чудом. Почувствовав, что ее руки заледенели, Дарси сунула их в карманы, мысленно поторапливая Эйдена.

Он сказал, что у нее быстрый, изворотливый ум. Нахмурившись, Дарси уставилась на носок своего ботинка, напоминая себе, что ее наняли не для того, чтобы она излечивала душевные раны Эйдена. Было куда безопаснее и проще думать лишь о том, как бы поймать Джулса. Ей не нравились те выводы, что невольно приходили ей в голову. Как она ни пыталась отвлечься от них, мысли ее то и дело возвращались к одному: казалось, Джулс вступил в ужасное противоборство со старшим братом. Почему? Неужели он посылал страшные посылки, потому что хотел, чтобы Эйден поймал его? Или он сам мечтал поймать Эйдена? Девушка похолодела, представив себе истерзанный и окровавленный труп Эйдена, лежащий на земле в темном переулке. Поежившись, она заставила себя думать о менее мрачных вещах.

Был ли Джулс так уж безумен, каким его считал Эйден? Или он кромсал тела своих жертв лишь для того, чтобы никто не усомнился в его сумасшествии? Хитрый и жестокий, но психически здоровый человек куда опаснее безумца.

Выйдя из «Льва и скрипки», Эйден задумчиво посмотрел на Дарси, а потом направился мимо нее к докам, через которые кратчайшим путем можно было попасть в его отель. Догнав его, Дарси спросила:

– А тебе не приходило в голову, что Джулс на самом деле здоровее, чем пытается представить?

– Разве здоровый человек стал бы убивать и резать тела несчастных жертв? – вопросом на вопрос ответил Террел.

– Возможно, – предположила девушка, – Джулсу выгодно, чтобы все считали его сумасшедшим.

– Кажется, мне понятен ход твоих мыслей, О'Киф, – промолвил, пожимая плечами, Эйден, – только не забывай, что он всегда имел склонность к жестокости. Даже ребенком он получал удовольствие от нее. Если бы не это, я бы обдумал твое предположение.

Господи, какие же длинные ноги были у Эйдена Террела! Никому и никогда не удавалось угнаться за Дарси, даже когда она шла пешком, а не бежала, а теперь она сама едва поспевала за своим спутником.

– А на что он живет? – спросила Дарси, вынужденная, к собственному недовольству, перейти почти на бег. – Разъезжать по Англии, а потом пересечь Атлантику стоит немалых денег. Это не считая платы за жилье, еду и одежду.

– Возможно, я и хотел скрыть от тебя часть правды, но я ни разу не солгал тебе, – ответил Эйден, даже не посмотрев на нее. – Джулс на самом деле украл часть семейных драгоценностей до своего отъезда из Сент-Киттса. Патрик был прав, сказав, что Джулс, должно быть, уже давно продал и заложил все эти вещи, чтобы вести привычный для него образ жизни. Когда деньги у него кончились, он, наверное, стал играть и промышлять воровством. Все его жертвы были ограблены.

– Какие игры он предпочитает? – поинтересовалась Дарси. Ее мысли летели быстрее ног. – Ты смог выяснить, в какие азартные игры он обычно играет?

– На островах живут ящерицы, которых называют хамелеонами. Хамелеон может менять цвет в зависимости от цвета окружающей среды, чтобы стать менее заметным и прятаться от хищников. Так вот, Джулс очень напоминает мне этих хамелеонов. В Лондоне и Ливерпуле он жил в скромных квартирах, не привлекая к себе внимания. В Ирландии и Шотландии он вращался в высших кругах, так что быстро стал желанным гостем в самых изысканных клубах Дублина и Эдинбурга.

– В Бостоне есть джентльменские клубы, – стала вслух размышлять Дарси. – Впрочем, в Чарлстауне они тоже есть, но репутация у них похуже, чем у бостонских.

– Не думаю, что в настоящее время у него достаточно денег на то, чтобы проводить время в элитных клубах. Между прочим, в Америку Джулс приехал третьим классом, так что если он еще здесь, то его следует искать именно в Чарлстауне.

– И думает, где бы ему раздобыть деньжат на то, чтобы проникнуть в бостонское высшее общество, – добавила Дарси.

Террел внезапно остановился и повернулся к ней лицом.

– Почему ты так решила?

– Если ты подумаешь о моем предположении, то согласишься, что оно не лишено смысла, – ответила Дарси. Эйден недоверчиво приподнял брови, и она принялась нетерпеливо объяснять ему, отчего ей на ум пришла такая мысль. – Он украл драгоценности в Сент-Киттсе, а потом поехал в Лондон и Ливерпуль. В обоих городах он выдавал себя за бедняка. Но в Ирландии он роскошествовал. Думаю, в Лондоне и Ливерпуле он попросту не истратил деньги, полученные за драгоценности. В Шотландии он тоже предпочел безбедную жизнь высшего общества. Значит, либо у него оставались деньги, вырученные за драгоценности, либо он много выиграл. Без сомнения, ему больше нравится богатая, а не бедная жизнь. Да и кому бы она не понравилась? Все это наводит меня на мысль о том, что он постарается как можно быстрее переехать в Бостон.

Дарси увидела, что в глазах Эйдена вспыхнул огонек удивления, к которому, однако, примешивалось еще какое-то чувство. У нее не было времени спросить его об этом, потому что уже через мгновение все его чувства сменились гневом.

– Позволь мне избавить тебя от усилий, которые тебе понадобится приложить, чтобы довести вторую часть своих доводов до моей тупой головы, – с сарказмом в голосе произнес он. – Мне, видимо, надлежит положить конец нашему сотрудничеству и самому отправиться в бостонские джентльменские клубы на поиски Джулса. А ты как ни в чем не бывало выйдешь из игры!