Лаура Гурк - Двойной шантаж

— Загвоздка в том, что теперь ты знаешь, где я живу, — сказал Итан, обводя рукой свой роскошно обставленный кабинет, — поэтому без труда выяснишь и мое настоящее имя.

— Бог мой, — Кэти в притворном изумлении широко раскрыла глаза, — неужели вы не моряк и вас зовут не Джон Смит? Воистину потрясающее открытие.

— Я вижу, — усмехнулся он.

— В таком случае, избавьте меня от хлопот и сами назовите свое настоящее имя, — предложила Кэти.

— Итан Хардинг, — ответил он, кланяясь со всем изяществом, на какое только был способен. — Ваш покорный слуга, мэм!

На лице девушки не дрогнул ни один мускул — это имя ей явно ни о чем не говорило.

— Надеюсь, на сей раз вы говорите правду? — спросила она, скептически подняв бровь.

— Разумеется, правду! Какой мне смысл лукавить теперь, когда ты знаешь мой адрес? Впрочем, если ты мне не доверяешь, то тебе ничего не стоит проверить мои слова!

— А ваши друзья-виги — многим из них известно ваше настоящее имя?

— Напротив, очень немногим! Я предпочитаю не афишировать свое истинное положение в обществе.

— Уверена, Дэвид и Молли в курсе, — начала размышлять вслух Кэти, — а вот Дэнни нет, потому что он зовет вас Джоном. Думаю, Эндрю Фрейзер и другие, с кем вы запираетесь в задней комнате, тоже знают ваше настоящее имя…

— Не утруждай себя подсчетами, милочка, — перебил ее он. — Тех, кто знает, что Джон Смит и Итан Хардинг одно и то же лицо, не больше полудюжины во всем Бостоне.

— Но как вам удалось до сих пор сохранить свою тайну? — изумилась девушка.

— Как ни странно, но до твоего появления особых трудностей не возникало, ведь эти двое — Смит и Хардинг — вращаются каждый в своем кругу, которые никак не пересекаются. У Смита и Хардинга нет общих знакомых, так что распознать обман некому!

Отвечая на вопросы любопытной Кэти, Итан продолжал обдумывать идею, пришедшую ему в голову насчет девушки и виконта Лоудена. Сработает ли его замысел или он обречен на провал? Затея рискованная, но Итан никогда не боялся идти на риск, при условии, что он был оправдан.

— Ваш наряд выглядит довольно нелепо на фоне всей этой роскоши, — заметила Кэти, оглядывая изысканную обстановку комнаты. — Одно из двух: либо мятеж против короля очень прибыльное дело, либо мистер Хардинг имеет другой источник существования!

— Ты права, — улыбнулся ее наблюдательности Итан, — моя семья владеет судоходной компанией. Но введенные королем налоги и вообще вся его карательная политика, направленная на подавление антианглийских настроений в колониях, совершенно обескровили наше семейное дело, даже, можно сказать, поставили его на грань банкротства.

— Я так и знала! — злорадно ухмыльнулась Кэти. — Вы боретесь против короля, чтобы спасти свои деньги, а все, что вы наболтали мне вчера про свободу и борьбу за независимость от Англии, просто враки для легковерных!

У Итана не было никакого желания рассказывать ей об истинных причинах, побудивших его примкнуть к мятежникам, поэтому он просто сказал:

— Спрячь свои коготки, кошечка! Ты права: человек всегда поступает так, как требуют его собственные интересы, но тот факт, что указы короля поставили под угрозу мое состояние, еще не означает, что я не верю в идеалы вигов. Если бы я не верил, то не встал бы на их сторону, даже если бы потерял все деньги до единого пенни!

— Ладно, допустим, вы меня убедили, — не стала спорить с ним Кэти. — Но что вы намерены делать со мной?

Итан отошел от кресла, в котором сидела Кэти, и опустился на стоявший поблизости диван.

— Думаю, ты прекрасно понимаешь, — начал он, — что я не могу отпустить тебя на все четыре стороны так, словно ничего не случилось. Трудное положение, ничего не скажешь! Но у меня есть идея, как из него выйти… — Он замолчал, тщательно подбирая слова. Полная опасностей двойная жизнь, конспиративные встречи, борьба с лазутчиками из вражеского лагеря и постоянное ощущение нависшего над головой дамоклова меча научили Итана быть предусмотрительным и во всем соблюдать осторожность, которая с годами вошла в его плоть и кровь, стала его второй натурой. Поэтому он собирался сказать Кэти только то, что она должна была знать для выполнения его задания. Сам не будучи уверен, что поступает правильно, он произнес: — Я предлагаю тебе стать моей любовницей!

Кэти ожидала услышать все, что угодно, только не это. От изумления она на мгновение потеряла дар речи, но потом выражение ее лица изменилось — в глазах зажегся огонек понимания, губы изогнулись в циничной усмешке. «Похоже, ей уже не раз приходилось слышать подобные предложения», — догадался Итан, и эта мысль вызвала у него досаду: девушка явно приняла его за очередного распутника, который желал использовать смазливую нищенку в своих грязных целях. Тем не менее Итан не торопился развеять ее заблуждение.

— Я куплю тебе дом, — продолжал он, наблюдая за ее реакцией, — и тебе не придется мыть посуду на кухне у Молли, чтобы иметь крышу над головой. Я дам тебе денег на расходы и на покупку гардероба, выделю щедрое ежемесячное содержание, и тебе больше не придется таскать у английских солдат часы и кошельки!

— Вы очень щедры, — проговорила Кэти с иронией. — А что вы хотите получить в обмен на свои щедроты?

— Странный вопрос для воровки, с десяти лет живущей на улице. Неужели не догадываешься?

К его удивлению, Кэти вспыхнула, как маков цвет.

— Может, я и воровка, сэр, — с обидой сказала она, гордо вскидывая подбородок, — но не уличная девка, хотя, как я вижу, вы и убеждены в обратном! Я отказываюсь от вашего предложения!

— Не надо так спешить, подумай хорошенько, — с улыбкой принялся он увещевать строптивицу. — Это очень выгодное предложение.

— Нет, нет и еще раз нет! — негодующе воскликнула Кэти. — Я только для того и стала воровать, чтобы не пойти на панель!

— Но я вовсе не предлагаю тебе становиться шлюхой.

— Вот как? Любовница в обмен на утехи берет у мужчины дом, красивые платья, драгоценности, а шлюха — деньги. По-моему, это одно и то же. И я не настолько глупа, чтобы меня можно было убедить в обратном.

— Нет, конечно, ты права, — пришлось признать Итану. — Но в нашем случае ты будешь моей любовницей только для вида.

— Что-о-о? — чуть не задохнулась от изумления Кэти. — Вы хотите, чтобы я только притворялась вашей любовницей?

— Вот именно.

— Неужели вы и впрямь рассчитываете кого-нибудь обмануть?

— Рассчитываю, и уверен, что не прогадаю, — ведь ты прекрасная актриса. К тому же ты уже имеешь некоторое представление о своей будущей роли.

Кэти нахмурилась: намек на беспутную жизнь матери ей явно не понравился.