Аманда Квик - Тайный роман

– А когда на другом балу, через несколько дней, я увидел, что вы ускользнули с явным намерением обыскать библиотеку Уэлсуорта, – продолжал Энтони, – мне стало понятно, что у нас могут обнаружиться некоторые общие интересы, а именно: мы оба пытаемся разузнать по больше о делах Элвина Гастингса. И вчера вечером наша встреча в том коридоре подле его спальни подтвердила мои догадки. Тогда я подумал, что мы могли бы поделиться друг с другом информацией и таким образом продвинуться в расследовании.

– Мм… – произнесла Луиза. На большее она пока оказалась не способна.

– Я был с вами откровенен, – упорно продолжал гнуть свое Столбридж. – И надеюсь, заслужил право получить ответы на некоторые свои вопросы. Согласитесь, это справедливо.

– Вы хотите знать, почему меня интересует состояние финансов и прожекты мистера Гастингса, – уточнила Луиза.

– В сложившихся обстоятельствах такой вопрос представляется мне весьма закономерным.

«Закономерный или нет, но отвечать на него все равно придется, – подумала Луиза. – Если я откажусь, он просто уйдет и ни о каком сотрудничестве не будет и речи». Такое развитие событий ее категорически не устраивало, ибо миссис Брайс прекрасно поняла, что только с помощью Энтони Столбриджа сможет довести расследование до конца. И кто знает – возможно, они смогут доказать не только неприглядные финансовые махинации, но и убийства. Раскрыть два убийства в высшем обществе это станет настоящей сенсацией!

– Что ж, сэр, я отвечу на ваш вопрос, – решительно сказала она. – Но при одном условии.

– Луиза, дорогая, я не уверена, что это будет разумным решением, – быстро вмешалась Эмма.

– Простите меня, но это единственный путь. У меня нет выбора. – Луиза повернулась к Энтони. – Вы согласны?

– Зависит оттого, какое именно условие вы мне поставите.

– Если вы хотите получить имеющуюся у меня информацию, а также пользоваться моей помощью в дальнейшем, то должны согласиться, что мы будем равноправными партнерами в этом деле.

– Неужели вы хотите иметь что-то общее с делом об убийстве, миссис Брайс? – спросил Столбридж, внимательно, без улыбки, разглядывая ее.

– Я хочу помочь вам в расследовании, касающемся Элвина Гастингса, – спокойно ответила она. – И должна признаться, что пока я отнюдь не уверена в том, что убийство – а уж тем более два убийства – имело место. Тем не менее, вы пробудили во мне любопытство и я хотела бы ознакомиться с этим делом подробнее.

– Но я не понимаю, к чему вам принимать участие в преследовании убийцы? Это может оказаться опасным!

– Я тоже считаю, что это слишком опасно, – вмешалась Эмма. – Не думаю, дорогая моя, что вам стоит расследовать и эту сторону дела. Вы делаете многое, но все же это чересчур…

Несколько минут в комнате было тихо. Луиза молчала, закусив губы. «Я все равно вынуждена буду рассказать ему кое-что, – думала она. – Он уже понял, что у меня есть некий мотив, и не успокоится, пока не узнает, в чем тут дело». Она скрестила руки на груди, сделала глубокий вздох и сказала:

– Что ж, сэр, я готова поделиться с вами своими секретами, но после этого у вас не останется иного выхода кроме как сотрудничать со мной в расследовании. Иначе мы все время будем натыкаться друг на друга и, возможно, мешать.

– Вы не любите развлечения? Балы, пикники, ассамблеи? – неожиданно спросил Столбридж. – Неужели вам так скучно в свете, миссис Брайс, что вы идете на огромный риск, избрав предметом своего любопытства такого опасного человека, как Элвин Гастингс?

– Я расскажу вам свой секрет, – как ни в чем не бывало продолжала Луиза. – Его знают всего двое: Эмма и главный редактор газеты «Флайинг интеллидженсер».

– Этого бульварного листка? Но что общего может быть у светской леди и «желтой» газетенки, печатающей самые пошлые сенсации?

Луиза убеждала себя, что готова к подобной реакции: мало кто был высокого мнения об упомянутом издании, но, все же, ее больно ранили его пренебрежительная оценка и явное презрение.

– Так уж получилось, – сказала она ровным голосом, – что я являюсь ведущим корреспондентом этой «желтой» газетенки.

Энтони застыл, глядя на нее в полнейшей растерянности. «Ну что ж, – сказала себе Луиза, – конечно, теперь его мнение обо мне упало очень низко, но, по крайней мере, я поразила и повергла в оцепенение самого Энтони Столбриджа. Думаю, такое с ним случается не часто».

– Вы корреспондент «Флайинг интеллидженсер»? – переспросил он.

– Именно. Я пишу под псевдонимом Фантом.

– Это, несомненно, своего рода откровение, – пробормотал Энтони.

Губы его дрогнули в улыбке, и Луиза, гордо вскинув голову, спросила:

– Вы находите мое занятие смешным, мистер Столбридж?

– Слово «потрясающее» будет более к месту, – отозвался он. – Знаете, моя сестра будет от вас в восторге.

– Она читает мои статьи? – оживилась Луиза.

– Еще бы! Но, думаю, она будет рада познакомиться с вами и по другой причине. Вообще у вас неожиданно много общего с моей сестричкой.

– Не понимаю. Ваша сестра тоже пишет для газеты?

– Нет, не для газеты, но тоже пишет и тоже скрывается под чужим именем.

– Чем же она занимается? – Луизу снедало жгучее любопытство. Прежде она ни разу не встречала женщину, которая скрывалась бы под вымышленным именем.

– Она пишет пьесы, – вздохнул Энтони. – Слышали, наверное, имя Э.Г. Харрис.

– Конечно, я знаю ее пьесы! – воскликнула Луиза. – Они ставятся на сцене театра «Олимпия». Сейчас идет «Вечер на Саттон-лейн». Я ходила на нее на прошлой неделе. Это прекрасная пьеса, и там есть несколько совершенно замечательных моментов… Особенно сильное впечатление производит корабль, который тонет прямо на сцене.

– Я в курсе.

– А, кроме того, все зрители просто уверены, что героиня обязательно утонет, – ведь она позволила себе влюбиться, а такого рода предосудительная связь всегда ведет к печальному концу. Так бывает всегда, своего рода закон жанра. И тут буквально ниоткуда появляется джентльмен, который спасает ее! – Луиза вздохнула и закончила: – Но, к сожалению, это был не ее возлюбленный Найджел.

– Если я правильно помню сюжет, этот самый Найджел был женат с самого начала пьесы, – осторожно заметил Энтони.

– Все правильно, но он-то этого не знал! Найджел пребывал в уверенности, что его жена умерла, а ее, оказывается, запер в сумасшедший дом ее братец – настоящим негодяй!

– Уверяю вас, я тоже смотрел пьесу, миссис Брайс, так что нет нужды пересказывать мне подробности.

Да, конечно. – Луиза вспыхнула от смущения. Кажется, она чересчур увлеклась.

Луиза – поклонница творчества вашей сестры, мистер Столбридж, – с улыбкой сказала Эмма.