Элизабет Лоуэлл - Безрассудная любовь

— Ты до смерти меня напугал, подкравшись так тихо!

— Подкравшись? Проклятье! Жанна, ты что же, ожидаешь, что Каскабель промарширует здесь с оркестром, исполняющим военный марш? — взорвался Тайрелл. — Ты должна была стоять на страже и еще издалека заметить мое приближение!

— Зебра была на страже, — возразила девушка, поднимаясь с земли и вытирая ладони о штаны, — на нее и ори. Она, очевидно, учуяла твой запах и поэтому не издала ни звука.

Тай посмотрел на мустанга. Зебра пощипывала клочки сухой травы, время от времени поднимая голову и принюхиваясь к запахам, которые приносил ветер.

— Учуяла меня, значит? — повторил он, чувствуя, что его гнев испарился от осознания того, что Жанна все же находилась под надежной охраной. — Ты намекаешь, что мне не мешало бы помыться в твоем горячем источнике?

— Спроси лошадь. У нее нюх получше моего, — сдержанно ответила девушка, отводя взгляд от его красивого лица. Она завела руки за спину и принялась постукивать кулачками по затекшим мышцам. — Боже мой, я спала прямо на огромном корне! Неудивительно, что у меня спина болит.

Тай тут же забыл все, что хотел сказать.

— Вот, это должно помочь, — угрюмо произнес он, принимаясь делать ей массаж. Его пальцы двигались вверх и вниз по ее позвоночнику, растирая напряженные от долгого лежания на земле мышцы, задерживаясь на изгибах талии. Глаза Жанны удивленно распахнулись. Теперь он разминал ее плечи.

— Как хорошо, — промурлыкала девушка. В ее голосе звучало неприкрытое удовольствие. — Да-да, вот здесь. Ах… Ты расправляешь меня, как смятую рукавицу.

С чуть слышным стоном Жанна запрокинула голову и коснулась ею груди Тая. Его руки слегка дрожали, сердце в грудной клетке колотилось, словно тяжелый молот, заставляя его чувствовать себя одновременно беспомощным и могущественным. Глубоко вздохнув, он продолжал нежно массировать спину девушки. Каждый ее возглас удовольствия разжигал в его крупном теле языки пламени, наполнявшие его изнутри чувственным теплом.

Тайрелла опьянял сосновый запах волос Жанны. Изгиб ее шеи манил его, он хотел нагнуться и попробовать ее кожу на вкус, а затем сорвать с нее одежду и покрыть поцелуями тело, никогда не знавшее солнечных лучей. Она казалась такой хрупкой под его большими руками, которые могли бы переломить ее, как тростинку.

«Она всего лишь девочка», — мысленно напомнил себе Тай. Воспоминание о том, что Нед сказал про Джо Труна и Жанну, резануло его, словно ножом. «Бедняжка, — подумал он, продолжая нежно растирать ее плечи. — Она не знает мужской доброты. Я не могу воспользоваться ее положением только потому, что она так реагирует на ласку».

Жанна повернула голову и слегка потерлась подбородком о его пальцы на своем плече. Таю стоило немалых усилий, чтобы убрать руки.

— Спасибо, — прошептала она звенящим от удовольствия голосом, не открывая глаз. — Это сравнимо с лучом солнца в пасмурный день.

Когда Жанна открыла глаза, она чуть не вскрикнула — до того близко стоял Тай. В его изумрудно-зеленых глазах, обрамленных черными ресницами, сиял опасный огонь, на виске пульсировала синяя жилка, а губы были плотно сжаты, словно он злился или испытывал боль.

— Тай? В Пресных Водах все прошло хорошо?

Вопрос Жанны донесся до него, словно издалека.

Медленно он осознал, что на него смотрят ее глаза цвета дождя.

— Жанна, ты никогда туда больше не вернешься. Этот чертов сальный бармен… — начал было он, но не сумел договорить до конца, так как не мог подобрать деликатные слова, чтобы передать девушке то, что он прочел в глазах Неда, когда разговор зашел о женщинах.

— Нед? — спросила Жанна. Ее начала бить дрожь. — Я держусь от него подальше. И вообще, стараюсь проводить в городе не более нескольких минут. Даже если кто-то и успевает меня заметить, Проповедник следит за тем, чтобы я ушла из города невредимой.

— Проповедник снялся с места и ушел в крепость вместе со всеми. Нед один остался. Мятежники со всей округи стекаются на Черное плато, чтобы присоединиться к отряду Каскабеля.

Она нахмурилась:

— С чего бы это бармену оставаться в Пресных Водах? В его грязной конуре нет ничего такого, за что стоило бы отдать жизнь.

— До того как Каскабель поймал меня, я несколько дней провел в Каменной Шляпе. Местные жители считают, что именно Нед продает индейцам оружие. Если это так, то о собственном скальпе ему можно не волноваться.

— Жалость какая, — заметила Жанна. — Новая прическа ему бы не повредила.

Тай улыбнулся ее словам, и у девушки в животе словно запорхали бабочки. Она резко отвернулась.

— Нам лучше вернуться на Черное плато, — сказала она. — В противном случае…

— Ты отправляешься прямиком в крепость, — перебил ее Тайрелл.

— О чем ты говоришь?

— Для женщины здесь становится слишком опасно. По дороге в Пресные Воды я два или три раза пересекал следы индейцев.

— Юты?

Тай лишь плечами пожал:

— Может, и юты. В любом случае мятежники. Черный Ястреб своих воинов держит в ежовых рукавицах.

— И куда вели те следы?

— В Пресные Воды, — лаконично ответил Тайрелл. — Держу пари, они прикупили у Неда оружие, а потом отправились прямиком в лагерь Каскабеля.

Нахмурившись, Жанна посмотрела на небо над Черным плато. Тяжелые облака нависали сплошной грязно-синей массой, грозя в любой момент пролиться сильным дождем. Когда Тай выходил из города, Огненные горы были полностью скрыты пеленой ливня, а это означало, что боковые каньоны Черного плато через несколько часов будут полностью затоплены.

— Даже не думай об этом, — грозно сказал Тай, проследив направление взгляда девушки. — Расселина, ведущая в секретную долину, сейчас, должно быть, затоплена по запястный сустав лошади. Даже если Зебра будет мчаться туда галопом, воды к тому времени прибудет, вероятно, уже по скакательный сустав, а может, и по грудь. Но нас это волновать не будет.

— Нет? Почему же? — спросила озадаченная Жанна.

— Да потому, что к тому времени мятежники нас порешат и бросят на съедение стервятникам.

— Но…

— Черт побери, Жанна, ты что же — не понимаешь? Каскабель, должно быть, бросил клич, что собирается дать решающий бой. И теперь каждый индейский мятежник к западу от Миссисипи бежит из родной резервации, крадет лошадь и во весь опор мчится к Черному плато. Места, безопаснее крепости, для тебя просто не сыскать.

— Для меня? — переспросила девушка, и Тай кивнул. — А как же ты?

— А я отправляюсь за Люцифером.

— С чего ты решил, что Каскабель до тебя не доберется?

— Если и доберется, то это мои трудности.