Шеннон Дрейк - Пробуждение

– Да, это было бы интересно, – без особого энтузиазма промолвил Финн.

Майк повел их в музейные залы.

Экспозицию открывал портрет Роджера Конанта, основателя города. Этот человек начал здесь разработку новых плантаций в 1626 году и, благодаря своему упорству, добился большого успеха.

Следующие стенды и витрины были посвящены пуританской идеологии, которая заставила тысячи паломников покинуть Англию и переселиться в Америку. Далее экспозиция рассказывала о трудном освоении переселенцами земель, названных ими Новой Англией. И наконец Финн и Меган увидели экспонаты, относящиеся к началу преследования ведьм в этих краях.

На одной из стен висело огромное живописное полотно, на котором в натуральную величину была изображена ужасная сцена казни обвиненной в колдовстве девушки. Лица присутствовавших на ней горожан дышали ненавистью и страхом. Картина давала хорошее представление о том, как сильно люди были одурманены своей верой в дьявола, который якобы пытался похитить их души с помощью ведьм.

Из рассказа Майка Финн с удивлением узнал, что признававшие свою вину ведьмы получали помилование и их освобождали от казни. А те обвиняемые, которые не желали лгать и оговаривать себя, считая, что тем самым они наносят вред своей бессмертной душе, умирали на виселицах.

– О Боже, Финн! – внезапно воскликнула Меган. – Уже семь часов!

– Простите, что отняли у вас столько времени. Смит усмехнулся:

– Я всегда задерживаюсь здесь после работы, это в порядке вещей. Люблю музей, это мое детище. Поздно вечером мы снова увидимся, я приду на ваше выступление.

– Отлично. В таком случае до встречи.

Они направились к выходу. Шедший позади них Майк выключал свет в залах и витринах.

Проходя мимо полотна, на котором была изображена казнь Ребекки Нерс, Финн бросил взгляд на обвиненную в колдовстве несчастную женщину. В призрачном неверном освещении полутемного зала она выглядела живой и реальной. Финну на мгновение показалось, что Ребекка сейчас повернется к ним и проклянет их за все те муки, которые ей довелось пережить на своем веку.

Чувствуя, как дрожит в его ладони рука Меган, он попытался успокоить жену.

– Насколько я понял, она была доброй пожилой женщиной и никогда не желала зла своим ближним.

– Ребекка? – спросил Смит таким тоном, как будто лично был знаком с этим историческим персонажем. – Да, с ней произошла очень печальная история. Сначала суд признал ее невиновной, но несогласные с решением суда девушки в деревне подняли страшный шум, и судьи вернулись к рассмотрению этого дела. В конце концов Ребекку приговорили к смертной казни.

Майк проводил их до крыльца и, вернувшись в здание музея, запер дверь.

Меган с улыбкой взглянула на мужа.

– Замечательный музей, правда?

– Согласен. Давай выпьем кофе и пойдем работать.

– Я хочу не просто кофе, а чудовищно крепкий мокко со взбитыми сливками.

– Чудовищно крепкий? – смеясь, переспросил Финн.

– Ну да. Ведьмы, всякая нечисть, чудовища… Я постепенно прониклась атмосферой Новой Англии.

– Мне кажется, мы оба прониклись ею, – вздохнув, сказал Финн. – Хорошо, пойдем поищем кафе, где подают чудовищно крепкий мокко со сливками.

Они нашли кофейню, где подавали кофе разных сортов, приготовленный разными способами. И хотя здесь было многолюдно, им удалось отыскать свободный столик в укромном уголке.

– Все это как-то странно, – пробормотала Меган, когда официантка выполнила их заказ.

– Что именно?

Меган смущенно улыбнулась.

– Мы с тобой живем в Новом Орлеане, «столице зомби», как его называют, и, казалось бы, давно уже должны были привыкнуть к людям мрачного вида, призракам и карнавальным маскам вампиров. Ведь мы постоянно сталкиваемся с ними на улицах нашего города. И тем не менее здесь, в Салеме, меня не покидает ощущение опасности. Откуда оно? Ведь я родом из этих мест и должна чувствовать себя здесь как дома. Господи, ничего не понимаю!

Финн засмеялся, но его смех прозвучал как-то неестественно.

– Все дело в приближающемся Хэллоуине, – сказал он и погладил жену по руке. – Посмотри вокруг, и ты увидишь изображения монстров, тыквы с прорезанными отверстиями в виде глаз, носа и рта, людей в причудливых костюмах и с вызывающим макияжем. Все это создает определенную атмосферу и влияние на наше настроение.

Меган кивнула. Они допили кофе и, выйдя из кофейни, направились к своей машине. Финн решил ехать прямо в отель, где они должны были сегодня вечером снова играть.

– О, черт! – внезапно воскликнул Финн. – Нам же надо было переодеться!

– Да, действительно, у нас сегодня вечер в готическом стиле. Знаешь, мы могли бы заехать к Морвенне. У нее наверняка есть черные рубашки и плащи.

Финн поморщился.

– Давай лучше вернемся в пансионат.

– Тогда ты не успеешь проверить звук. Почему ты не хочешь заехать к Морвенне? Это не займет много времени.

Финн не желал признаваться жене, что неуютно чувствовал себя в магазине ее родственницы.

– Ну, хорошо, – наконец неохотно уступил он.

Припарковавшись у обочины, они поспешно вышли из машины и направились к магазину Морвенны. Джозеф, как обычно, дежурил у входа, контролируя поток покупателей.

– Я думал, что вы уже в отеле – готовитесь к выступлению, – удивился он, увидев Дугласов.

– Мы хотели бы позаимствовать у вас кое-какую одежду, – промолвила Меган.

Джозеф кивнул.

– Морвенна в торговом зале. Она все для вас сделает. Входите. У меня к вам только одна просьба – при случае скажите со сцены, что на вас вещи из нашего магазина.

– Хорошо, мы это сделаем, – пообещала Меган.

– Стойте! – вдруг спохватился Джозеф. – Я вспомнил, что у меня есть превосходный мужской костюм в средневековом стиле. Это то, что вам надо, Финн. Я приобрел его для себя, но, возможно, он будет вам впору, хотя у вас плечи пошире… Мы сейчас его примерим.

Джозеф открыл дверь и позвал Сару, которая должна была сменить его.

Выйдя на крыльцо, гадалка поздоровалась с Меган и бросила на Финна мрачный взгляд.

«Вот стерва!» – подумал тот, и Сара отшатнулась, словно он произнес эти слова вслух.

– Пойдемте, – сказал Джозеф. – Не будем терять время. Я знаю, что вы спешите.

Финн и Меган последовали за ним.

Костюм действительно был великолепен. Он состоял из атласных черных брюк, гофрированной рубахи и бархатного плаща. Когда Финн переоделся и вышел из примерочной кабины, Морвенна присвистнула, а Меган ахнула от восхищения и заверила мужа, что одежда сидит на нем прекрасно.

– Вам идет черное, – заметила хозяйка магазина.

– Все это хорошо, но мне не хотелось бы брать те вещи, которые Джозеф заказывал для себя, – сказал Финн.