Ширли Басби - Скандал ей к лицу

– У вас прелестный дом, милорд.

Джулиан улыбнулся:

– Теперь это и ваш дом. Хотите рассмотреть его подробнее?

Нелл заколебалась, и он добавил, лукаво поблескивая глазами:

– Я уверен, что Дибблю не терпится показать его вам.

Нелл бросила на него задорный взгляд:

– Что ж, пусть никто не сможет сказать, что я разочаровала вашего дворецкого. Пожалуйста, позвоните ему.

Джулиан прошел к бархатному шнуру звонка и, дернув его, уточнил:

– Теперь он и ваш дворецкий, дорогая.

– Я все время забываю об этом, – улыбнулась Нелл.

Диббль появился мгновенно и, когда Джулиан объяснил ситуацию, низко поклонился и заявил, что будет счастлив показать миледи дом. С лукавыми искорками в глазах Джулиан последовал за ними и с удовольствием наблюдал за сменой выражений на лице Нелл, когда ее водили из одного величественного салона в другой. Под конец Джулиан увидел по ее усталому взгляду, что она изнемогает, но Диббль, упиваясь возложенной на него задачей, ничего не замечал. Он с гордостью демонстрировал новой хозяйке великолепные покои, пока Джулиан не сжалился над Нелл и не прекратил затянувшуюся экскурсию.

Взяв жену за руку, он улыбнулся и сказал:

– Все это несколько подавляет. Не так ли? – И, бросив взгляд на Диббля, произнес: – Полагаю, что ее сиятельству не обязательно знакомиться со всем в один вечер. По-моему, с нее на сегодня хватит. Теперь это ее дом, и у нее впереди целая жизнь, чтобы все изучить подробнее. Наше путешествие сюда было долгим, и я уверен, что больше всего ей сейчас хочется удалиться к себе. – Легко поцеловав Нелл в макушку, он добавил: – Прошу меня извинить, но есть вещи, которыми я должен заняться... Увидимся утром.

Нелл благодарно улыбнулась ему и последовала за Дибблем вверх по роскошной мраморной лестнице. Распахнув широким жестом двери в ее покои, Диббль пробормотал:

– Ваши комнаты, миледи. Если вам что-либо понадобится, пожалуйста, позвоните, и я позабочусь, чтобы для вас все было сделано.

Поблагодарив дворецкого, Нелл ступила через порог в свои комнаты и закрыла за собой дверь. Окинув взглядом просторную, изысканно убранную гостиную, отделанную в розовых и золотых тонах, она устало прислонилась к двери.

Вот она и на месте. Дома. Ей было странно думать об этом огромном, беспорядочно устроенном здании как о родном доме, но следовало привыкать к этому, потому что отныне так оно и было. Нелл пересекла комнату и вышла в спальню. Ей подумалось, что пройдет некоторое время, прежде чем она действительно почувствует себя здесь дома, а не в гостях.

В спальне Бекки раскладывала ее вещи. При виде хозяйки она заулыбалась:

– О, ваше сиятельство, видели вы когда-нибудь такой замечательный дом?

– Да, – рассмеялась Нелл, – но никогда не ожидала, что буду в таком жить.

Тут она заметила в дальнем конце комнаты громадную кровать с розовыми шелковыми занавесями, стоявшую на возвышении, и растерянно заморгала. Господи Боже! Это выглядело как взрыв клубничного бланманже! Решительно отвернувшись от кровати, Нелл стала обходить спальню. Она заглянула в гардеробную, которая была величиной почти с ее любимую гостиную в Медоули. Затем Нелл отворила еще одни двери и обнаружила, что смотрит в комнату мужа, и, почувствовав себя соглядатаем, быстро захлопнула створки.

Обернувшись к Бекки, она поинтересовалась:

– А ты сама успела устроиться? Как отнеслись к тебе другие слуги?

– О да, мисс... ваше сиятельство! Все были очень добры. – И с несколько ошеломленным видом добавила: – Только подумать, здесь у них четыре посудомойки! Можете себе представить?

Нелл улыбнулась и ответила что-то невнятное. Жизнь в Уиндем-Холле обещала быть иной, чем в Медоули, но Нелл не думала, что она будет отличаться слишком сильно. Руководство хозяйством, даже таким большим, как у графа, ее не пугало... а вот быть его женой очень страшило.

Она бросила озабоченный взгляд на кровать. Муж вел себя весьма чутко, и она понимала, что большинство мужчин, столкнувшись со строптивой женой, не задумываясь настояли бы на осуществлении своих брачных прав. Джулиан этого не сделал, но теперь, у себя дома, среди своих людей, останется ли он таким же терпимым? Она нахмурилась. И станет ли она возражать, если он поведет себя иначе?

Легкие мурашки предвкушения пробежали по ее спине, когда она представила себе Джулиана в ее постели, целующего ее так, как целовал он ее в ту первую ночь...

Нелл тряхнула головой, отгоняя эти мысли прочь.

Тут внимание Бекки привлекла какая-то суета в гардеробной, и она сообщила:

– Это ваша ванна, миледи. Я приказала ее приготовить еще до того, как поднялась наверх...

Несколько позже, после чудесной теплой ванны, усталая от дороги Нелл приблизилась к кровати. Она отодвинула занавески, осторожно взобралась на матрас и обнаружила, что хотя постель выглядела как клубничный взрыв, она была необычайно уютной и удобной.

Раньше ей казалось, что в незнакомой комнате, в чужой обстановке, она не уснет, но едва голова ее коснулась подушки, глубокий сон завладел ею. Несколько часов она крепко спала, но постепенно, словно змея, выползающая из-под камня и неспешно разворачивающая свои кольца, в ее дремоту вполз привычный кошмар.

Его ужас проявлялся медленно и подробно. Снова возникли перед ней серая, в потеках копоти, темница и фигура человека, который совершал жуткие, жестокие зверства над плачущей, молящей о пощаде женщиной. Сегодня это была другая женщина, отметила Нелл какой-то далекой частью своего мозга. Сегодняшняя была старше, и она была не блондинка. Но, как и у предыдущих, ее тело было стройным и гладким, пока не блеснуло лезвие ножа... Нелл заметалась, забилась в простынях и жалобно застонала. Голова ее стала метаться по подушке... Чудовищное злодейство. И еще эта кровь!.. Господи Боже, сколько крови... Горький мерзкий вкус страха наполнил ее рот, и когда сверкающее лезвие упало вниз в последний раз, она подскочила на постели. Широко распахнув глаза, ничего не видя, она закричала... и продолжала кричать и кричать... будучи не в силах остановиться.

При первом же вопле Джулиан выскочил из постели, ошеломленный, но готовый отражать нападение. От второго вопля холодные мурашки побежали у него по коже, но, сообразив, откуда доносятся крики, он, как спал, голышом бросился к двери, разделявшей их комнаты, лишь на мгновение задержавшись, чтобы схватить нож, который всегда держал поблизости.

Он оказался в чернильной темноте, но, руководимый памятью о расположении кровати и испуганными всхлипами Нелл, быстро подбежал к возвышению. Откинув постельные занавеси, он разглядел белеющую фигуру жены. Нелл издала еще один отчаянный вопль и разразилась тихими рыдающими стонами.