Франциска Вульф - Стражники Иерусалима

– Ага. – Анна нахмурила лоб и повертела скрепленный печатью конверт в руках. – И что там внутри?

Ансельмо пожал плечами:

– Об этом я знаю не больше вашего. Я всего лишь курьер, который доставил вам послание моего синьора и учителя. Но поверьте, Козимо ничего не делает без достаточных оснований. – Он допил чай и поднялся. – Вам надо спешить, и я не хочу вас больше задерживать. Такси приедет за вами в десять.

– Похоже, Козимо и в самом деле ничего не оставляет на волю случая, – заметила Анна, провожая гостя к двери.

Он улыбнулся.

– Да, он перфекционист.

– А эликсир? Я получу его только в Иерусалиме?

Ансельмо покачал головой и снова сунул руку во внутренний карман пиджака. Вытащил маленький пузырек с пипеткой и сунул его Анне в руки. Она удивленно прочитала этикетку.

– Капли в нос?

– Таким образом вы сможете взять его на борт самолета, не вызывая никаких подозрений. Правда, – по его лицу пробежала улыбка, – желательно, не путать этот пузырек с настоящими каплями от насморка. На высоте десять тысяч метров последствия путешествия в прошлое будут малоприятны.

Анна посмотрела пузырек на свет. В коричневом стекле красная жидкость казалась почти черной. Вряд ли ее действительно можно спутать с обычными каплями, но она решила быть осторожной. Никаких капель от насморка она с собой точно не возьмет.

– Эликсир вечности, – торжественно произнесла она. – А его хватит? По-моему, его очень мало. Я, конечно, понимаю, что Козимо все продумал, но он точно уверен, что... Ансельмо положил ей руку на плечо:

– Не беспокойтесь, вы попадете в нужное время. В этом пузырьке находится именно то количество эликсира, которое необходимо, чтобы перенести вас в 1530 год.

Анна вздохнула. Сколько раз она вспоминала об этом эликсире за последние дни? Наверное, тысячу, не меньше. Часто все казалось ей наваждением. А теперь она стоит в собственной квартире и держит его в руках. Невероятно!

– Невозможно поверить, что эта капля жидкости...

– И тем не менее в ней таится огромная сила.

– Это опасно? – спросила Анна и тут же отчетливо услышала биение собственного сердца. – Я к тому, что Козимо что-то говорил о побочном эффекте. Я потом тоже... Ансельмо покачал головой:

– Нет, не в этой дозировке. Вам действительно нечего бояться, Анна.

Ансельмо был вор, мошенник. Почему она должна доверять именно ему?

Она открыла дверь.

– Еще один вопрос, Ансельмо.

– Да?

– Когда вы сами пили эликсир, вы уже знали о побочных действиях?

– Нет, но о многом мы догадывались.

– И все же вы сделали это. Почему?

– Из дружеских чувств, – с улыбкой ответил Ансельмо. – Даже если вы вряд ли поверите мне.

– И... и... – Анна вдруг начала заикаться. Впервые за всю свою карьеру журналистки она не могла сформулировать вопрос. В принципе совсем простой вопрос. – Я имею в виду, вы на себе испытываете мечту человека о вечной жизни, одну из самых грандиозных. Ну и как это – жить более пятисот лет?

– Долго, синьорина Анна. – Улыбка исчезла с лица Ансельмо. – Чудовищно долго.

Спустя несколько часов, сидя в салоне бизнес-класса авиалайнера, летящего в Иерусалим, Анна все еще не могла опомниться. Она это сделала. Наверное, она сошла с ума.

Проводив Ансельмо, она с быстротой молнии оделась, побросала все необходимое в маленький чемодан и села в такси, заказанное для нее Козимо ди Медичи. Сломя голову сорвалась из дома, соблазнившись фантастической историей и призрачной перспективой увидеть своего сына. Своего собственного сына, которого она родила пятьсот лет назад, когда, совершая очередное путешествие сквозь время, сделала остановку во Флоренции. Это было даже больше чем безумие, и поначалу она нисколько не задумывалась о возможных последствиях своей авантюрной поездки. Но лишь пройдя во франкфуртском аэропорту через рамку металлоискателя и подвергнувшись усиленному досмотру служащих израильской авиакомпании, она впервые усомнилась в здравости своего рассудка. Неужели она в самом деле была готова поверить в историю, которая была более чем подозрительной?

«Лучше об этом никому не рассказывать, – промелькнуло у нее в голове, когда ей пришлось открыть свою сумку и вытряхнуть ее содержимое перед сотрудницей охраны. – Иначе все сочтут тебя сумасшедшей».

Девушка привычно и равнодушно скользнула взглядом по разложенным перед ней предметам, взяла в руки еженедельник, оценивающе осмотрела воткнутую внутрь ручку и открыла пудреницу. Затем взяла пузырек с пипеткой. Сердце Анны учащенно забилось.

– Капли от насморка? – спросила девушка, взглянув на этикетку. Анна едва дышала. И уже сидя в самолете, она долго не могла унять дрожь в коленках, стоило ей представить, что могло бы случиться, если бы сотрудница службы безопасности что-то заподозрила, открыла пузырек и по запаху установила, что это вовсе не капли от насморка. Тогда поездка в Иерусалим на этом бы и закончилась. Наверняка ее тут же бы арестовали как наркокурьера или потенциальную террористку. И как доказывать свою невиновность? Кто поверил бы в историю с таинственным эликсиром и странными путешествиями в прошлое?

– Да, – ответила Анна, сама удивившись, насколько спокойно и обыденно звучал ее голос. – Перепады давления при взлете и посадке извечно создают проблемы моим придаточным пазухам носа. – Нечего сказать, лгать она могла бесстыже и виртуозно, если хотела – или когда была приперта к стенке. Пожалуй, это было неизбежным следствием ее профессии.

Девушка понимающе кивнула и разрешила Анне снова собрать свои пожитки.

В ожидании посадки она прохаживалась по залу. Дважды зашла в туалет, чтобы в безопасной закрытой кабинке удостовериться, все ли в порядке с маленьким пузырьком. У нее было такое ощущение, что флакончик прожжет ей дыру в сумке.

Анна нервничала и к тому же нещадно ругала себя. А что, если за Козимо и Ансельмо скрываются террористы, своими безумными сказками навешавшие ей лапшу на уши? Где гарантия, что в склянке действительно находится эликсир вечности, а не, скажем, самовоспламеняющаяся жидкость, способная взорвать самолет? Чем больше она раздумывала над этим, тем сильнее ей хотелось стукнуть себя по голове за легковерие. Она уже начала оглядываться в поисках охранников, которым могла бы доверительно передать подозрительный пузырек, но тут наконец объявили посадку на ее рейс, и она встала в очередь вместе со всеми пассажирами. До последней секунды ее одолевали сомнения, однако, подойдя к стюардессе, она лишь протянула ей посадочный талон и не произнесла ни слова.

И только заняв свое место в салоне самолета, Анна немного успокоилась, утешая себя тем, что и Беатрис поверила в путешествие в прошлое. В голове всплыли аргументы, говорившие в пользу правдивости истории об эликсире вечности. Ведь результаты исследования, проведенного ее врачом, явно указывали на то, что она была беременна и родила ребенка. Результаты, которым она не смогла найти правдоподобное объяснение. И этот ужасный шрам на ее груди.