Франциска Вульф - Заговор во Флоренции

«Проклятие!» – вдруг спохватилась Анна, вспомнив, что забыла плащ во дворце. Она судорожно соображала, не приказать ли кучеру повернуть обратно, но потом вспомнила, что вся одежда и аксессуары записаны на имя Мечидеа. Вот и поделом ему: несколько лишних евро его не разорят.

Анна закрыла глаза. В ушах стоял грохот колес по булыжнику – это тебе не «бентли», в котором катишься как по маслу. Анну трясло. Она чувствовала каждый камень, каждый ухаб на дороге. И тут случилось то, чего она боялась больше всего: через несколько минут у нее опять разболелась голова. Боль, правда, не была такой сильной, как раньше, но со временем может усилиться. Ей срочно нужен аспирин, горячий душ, потом кофе «эспрессо» с лимоном. Иначе весь день придется ходить по городу с распухшей от боли головой.

Устав от езды, Анна попросила кучера остановиться. Рывок был таким резким, что она чуть не упала с сиденья. Анна перевела дух и, подобрав низ платья, толкнула дверцу коляски.

– Как можно так тормозить? – начала Анна, собираясь отчитать кучера за резкую езду. Кучер, конечно, не виноват в том, что мостовая выложена таким крупным булыжником, но он мог предупредить, что собирается тормозить. Когда карета остановилась, Анна не поверила своим глазам: перед ней по-прежнему стоял дворец Даванцатти. Стало быть, кучер возил ее по кругу?

– Послушайте, прогулки по ночной Флоренции не входят в мои планы, – набросилась она на кучера, стоически терпевшего ее выходки. – Мне надо в отель.

В этот момент открылась дверь палаццо, и из нее вышли три человека. В голову Анны закралось страшное подозрение: кучер наверняка один из людей Мечидеа, которому приказали колесить по городу, чтобы отвлечь ее внимание, усыпить бдительность и не дать сбежать.

Анна в панике оглянулась по сторонам. Кругом стояла кромешная темнота – за исключением яркой полоски света, струившейся из открытых дверей дома. Мужчины бросились ей навстречу. Один из них оказался тем самым слугой, который давал указания кучеру. Второй, как она и предположила, был сам Мечидеа. Не успела она обдумать, что делать дальше, как ее подхватили под руки и потащили в дом. Она сопротивлялась, упиралась ногами, кричала изо всех сил в надежде, что кто-нибудь услышит ее крики. Кто-то же должен ее услышать и вызвать полицию, прежде чем ее заточат в доме. Однако двое мужчин, значительно превосходивших Анну силой, крепко держали ее в руках. Один зажимал ей рот, так что она едва не задохнулась. Но Анна не сдавалась. Ей удалось высвободить голову и впиться зубами в руку стоящего за ее спиной так сильно, что тот вскрикнул от боли и выпустил ее. Потом она двинула коленом другому, попав точно в пах. Тот согнулся, как соломинка, жадно втянув в себя воздух. Но Анну было уже не удержать. Изогнувшись змеей, она ударила локтем первого слугу и только тогда пустилась наутек, стуча каблуками по булыжнику. Один каблук застрял между камнями. Она оставила башмак на дороге, затем сбросила второй и босиком помчалась дальше. Вслед ей посыпались ругательства и проклятия. Обернувшись на миг, она увидела бегущих за ней слуг.

«Надеюсь, им не взбредет в голову преследовать меня верхом на лошади», – подумала она, свернув в узкий переулок, ведущий, по ее расчетам, в сторону площади Республики, где находилась гостиница. Со всех ног она неслась по мокрой мостовой, словно только что прошел сильный дождь, хотя в последние дни в городе стояла страшная жара и дождя не ожидалось. Перед ней неожиданно прошмыгнула кошка и скрылась в одной из подворотен. Вдруг ее осенила мысль, не сигануть ли ей туда же и переждать, пока преследователи проскочат дальше, но потом раздумала. До отеля оставалось не больше двухсот метров, там она будет в полной безопасности: портье вызовет полицию. Если же она застрянет здесь, в темном подъезде, то ее могут схватить и шанса спастись практически не останется.

– Стой! – Голоса преследователей гремели на всю улицу, разрывая тишину. – Остановись!

Остановиться? Ну уж нет! Стиснув зубы, Анна продолжала бежать, быстрее и быстрее. Уже недалеко, осталось совсем немного. В горле стоял ком. Она задыхалась, ни на секунду не замедляя бег.

Наконец-то! Анна уже была в переулке, ведущем прямо к площади Республики. Ура! Сейчас она увидит огни ресторана, залитый светом холл гостиницы «Савой»… Но… и здесь царила полная темнота.

«Во всем городе нет электричества», – сделала окончательный вывод Анна, бросившись в сторону площади, где стоял отель «Савой». На месте, где еще утром в лучах солнца сверкали стеклянные двери роскошной гостиницы, где росли аккуратно подстриженные лавровые кусты в кадках, где вышколенные пажи радушно приветствовали прибывающих гостей, где вход украшала затейливая вывеска одного из лучших отелей Флоренции, она увидела… пустырь! Пустое место! Ничего, хотя бы отдаленно напоминавшего о здании отеля. «Савой» исчез. Стерся с лица земли! Может, она перепутала площадь или заблудилась (хотя прекрасно ориентировалась в незнакомых местах)? Анна растерянно огляделась по сторонам: может, она узнает соседние дома? Неподалеку от «Савоя» стояли два средневековых здания, которые не тронули в процессе реконструкции площади еще в XIX веке. Нет, все было незнакомым. Это не площадь Республики. Площадь, открывшаяся сейчас ее взору, намного меньше и древнее и совсем не похожа ни на один из известных Анне уголков города. Черт побери! Куда она попала?

Она была в таком замешательстве, что не заметила, как преследователи почти настигли ее. А когда заметила, было уже слишком поздно. Схватив ее под руки, они грубо потащили ее по мостовой. Один тряс ее за плечо, другой вцепился в ее волосы, запрокинув голову вниз. От боли и ярости она дико вскрикнула.

– Попалась, голубушка! Теперь не уйдешь, – зарычал один из мужланов, еще сильнее сжимая ей голову. Анна пошатнулась. – Сейчас мы покажем, что значит…

Анна услышала, как застучали ставни, и сквозь них забрезжил слабый свет.

– Тихо! – раздался мужской голос, и тут же из окна высунулась голова. Если бы не ее отчаянное положение, Анна от души бы повеселилась: на голове разбуженного гражданина был самый настоящий ночной чепец. – Прекратите шум. Все люди спят, а вы тут…

И прежде чем Анна успела что-то крикнуть, позвать на помощь, человек в чепце захлопнул ставни. Сопротивляясь изо всех сил, Анна била ногами, размахивала руками. Слуги ловко увертывались от ударов, пока наконец не скрутили ее и не связали руки за спиной. Они тащили ее, как скотину, в сторону дворца Даванцатти – во владения Козимо Мечидеа.

Анна разрыдалась. Как ее угораздило попасть в эту передрягу, которую можно видеть только в кино? Зачем ввязалась в эту историю с маскарадом? Зачем просила, умоляла Джанкарло достать ей приглашение? Если бы не ее любопытство… Надо было разорвать в клочки то приглашение… Если бы она знала…