Эмилия Хендриксон - Красавица

— Черт возьми, Гарриет, но в этом все дело! Почти каждый малый, который приходит на ум, имеет какой-нибудь недостаток. Подумал о сэре Персивале Лидбитере, но решил, что тебе может не понравится его имя, да и сам он скучноватый. Есть еще Джейсон — лорд Титеридж. Но ты могла бы возражать против его голоса — он тонкий и писклявый, у него противный смех, мне-то все равно, а тебе, может и нет. Видишь, в чем дело?

— Вы можете принять человека в качестве друга, но не можете представить его женатым? Особенно на мне? — спросила она тихим голосом.

— Ну вот, теперь я обидел тебя, — проговорил с отвращением к самому себе Ферди. — Я не хотел. Ты должна понимать: я сделаю что угодно, но не обижу тебя, Гарриет.

Не в силах противиться мольбе его красивых карих глаз, которые смотрели на нее из-под светлых волос, упавших на лоб, Гарриет улыбнулась. Ферди заметно успокоился.

Она прицелилась и попала в золото, довольно вздохнув, когда увидела, куда воткнулась ее стрела.

— Мне кажется, я просто должна следовать своим инстинктам.

Ферди озабоченно посмотрел на нее прежде, чем поднять свой лук. Он попал в белый круг и с отвращением опустил лук.

— Я не очень уверен относительно инстинктов, — предостерег он. — Мне кажется, они могут увести в сторону.

— Но это мой инстинкт подсказал мне довериться вам, — возразила она. — Я так рада, что последовала ему и познакомилась с вашими чудесными племянницами и племянниками, очаровательными сестрами и зятем. Знаете, он потрясающе элегантен, — призналась она.

— Тебе нравятся элегантные джентльмены? — осведомился Ферди с замораживающей вежливостью. Он прицелился и попал в самый центр.

— Не обязательно. Я бы предпочла мужа, с которым у меня было бы много общего, с которым я чувствовала бы себя уютно. Видите ли, я сама не элегантна и могу не знать, как вести себя с мужчиной, похожим на лорда Уинстея. Он мил, но я не хотела бы выйти за него замуж.

Она попала в белое, потом Ферди снова попал в яблочко.

В этот момент мимо проходил джентльмен, который знал Ферди, и остановился поболтать, поедая глазами Гарриет. Конечно, Ферди почувствовал себя обязанным представить своего друга, вполне обеспеченного и недурного собой. Он явно восхищался Гарриет. Кажется, следил за ними издали.

— Мисс Мейн, вы первоклассный лучник. Ферди лучше побеспокоиться, чтобы сохранить свое первенство, — восторженно заявил мистер Тук. — Что-то вроде состязания, а?

— Он мой наставник, поэтому мне лучше вести себя хорошо, — ответила Гарриет, бросив на Ферди веселый взгляд.

Никогда не знал, что ты даешь уроки, старина, — заметил мистер Тук, переводя взгляд с Ферди на Гарриет и снова на Ферди.

— Ну, она заинтересовалась и действительно оказалась превосходной ученицей. Она еще может побить меня. — Ферди поднял лук и вставил стрелу.

Мистер Тук оказался понятливым и попрощался с ними, быстро направившись к своим друзьям.

— Ну вот, мы попались, — пробормотал Ферди.

— Как так? — тихо спросила Гарриет.

— Этот болван самый отчаянный сплетник, каких я знаю. Не успеешь вздохнуть, как весь Лондон будет знать о нашем сегодняшнем состязании.

— Я считала, что следует бояться женщин-сплетниц, — заметила Гарриет, глядя на мистера Тука, весело болтающего с друзьями.

— Не бойся Тука. Но если твое имя будет слишком часто связываться с моим, это может привести к затруднениям для тебя.

Гарриет подумала над словами своего друга и решила, что ей, по меньшей мере, все равно, но не знала, как сказать ему об этом, чтобы от страха он не убежал в соседнее графство.

— Я бы не беспокоилась по этому поводу, — наконец произнесла она. — Самое худшее, что может случиться: мы станем кратковременной сенсацией.

Она прицелилась и заулыбалась, попав в красное.

Ферди снова промазал и посмотрел на Гарриет так, словно это была ее вина.

— Вы ведете счет? Я уверена, пока опережаю.

— На два очка, — согласился он.

— Посмотрим, какой вы хороший учитель! — заразительно засмеялась девушка.

— Я только надеюсь, ты внимательно относишься ко всему, что я говорю тебе, — посерьезнел Ферди.

— Посмотрим, — ответила она, ничего не обещая.

Ферди нахмурился и снова прицелился.

Глава седьмая

— Вы должны научиться вальсировать, — сказала Диана, восторженная поклонница этого последнего крика моды в танцах.

— Но леди в Алмаке не одобряют вальс, — возразила Гарриет. — Даже известно, что вы вызвали их недовольство. — Она немного подумала и спросила: — Вы берете уроки?

— О, и Эмма, и я умеем танцевать вальс, так же как наши мужья. Дамон получает большое удовольствие от него. Он никогда не пропускает случая повальсировать со мной. Хотя не позволит танцевать мне с кем-нибудь другим, — призналась Диана с легкой улыбкой.

Опасный и порочный вальс все больше принимали на балах в самых высших сферах. Графиня Ливен, прекрасно танцевавшая вальс, привезла свои знания и способности из Германии. Но могла ли она успешно представить его на балах в Алмаке, этом храме Общества? Она успешно представляла его повсюду, но уговорить других патронесс разрешить танцевать вальс в этом учреждении снобов, которое считало себя последним бастионом британской утонченности, представлялось сомнительным. По слухам, леди Джерси придерживалась других взглядов и в них не было места для вальса.

Гарриет страстно хотелось выучить этот запретный танец, но ее сестры объявили, что это совершенно бессмысленно, поскольку она едва ли будет посещать светские балы и приемы, где его танцуют. Гарриет обратилась к более уравновешенной Эмме, вопросительно подняв брови:

— Эмма?

— Я согласна. Я думала, вы знаете, как танцевать вальс, так как легко танцуете все остальные танцы. Кажется, быть сорванцом в детстве имеет и хорошую сторону, потому что вы удивительно грациозны. Мне надо будет помнить об этом. — Посмотрев на Диану, Эмма добавила: — Джейн показывает все признаки начинающего сорванца.

— Прекрасно, — ответила Диана, которая выглядела совсем не так, как подобает молодой матроне с тремя детьми. — Я буду поощрять Анни поступать подобным же образом. Терпеть не могу глупеньких маленьких девочек с их томным видом и нюхательными солями.

— Однако общество одобряет их, — с осуждением заметила Эмма. — Немного независимости не повредит. Просто нельзя допускать, чтобы нарушались приличия, вот и все. Теперь относительно Гарриет. Вы согласны учиться?

— А Ферди одобряет? — спросила Гарриет, в волнении прикусив нижнюю губу. — Я не буду ничего делать, если он возражает.