Блайт Гиффорд - Охотник на ведьм (ЛП)

— А в прошлом году, — окрепшим голосом прибавила Бесси, — кузнецова жена заплатила ей за труды меньше, чем она требовала, и вскоре потеряла ребеночка. Помер он, и месяца не прошло.

Неявно, но настораживает.

— Что ж, тогда приведите ее. — Возможно, она тоже ведьма. Или же вдова Уилсон оговорила ее, чтобы отвести от себя подозрения. Он не узнает правды, пока ее не допросит.

А еще он знал, что обязан допросить и Маргрет с матерью.

— Нам пора на собрание, заслушать хозяйку таверны по делу о клевете, — сказал Диксон.

Наконец-то передышка. Теперь можно с ясной головой съездить в коттедж.

— На сегодня достаточно. — Александр всегда надеялся на немедленное и полное признание, но эти надежды никогда не сбывались. — Пускай этой ночью ее снова будят.

Они вышли из сарая, и староста-исполнитель отправился искать кого-нибудь, кто приведет Элен Симберд, и нанимать новых сторожей. При двух ведьмах нужно вдвое больше людей, которые станут посменно будить их. Расходы церкви тоже удвоятся.

Оксборо хмуро взглянул на мальчишку, который привел его лошадь.

— Сегодня мы ничего не добились. Сколько времени это отнимет?

— Сколько потребуется. Пять ночей, шесть. — Он знал, что порой бывало и дольше. Гораздо дольше. Недели. Но в конце концов человеческая плоть слабела, а за нею ослабевала и хватка Дьявола. В конце концов обвиняемая скажет правду.

Граф не удовлетворился этим ответом.

— Никто из них не в состоянии оплачивать свое содержание и судебные расходы, а кормить их за счет церковных денег я не намерен. Репутация вдовы Уилсон говорит сама за себя. Она ворожея. А раз ее имел Сатана…

— Да, ее репутация и ее злодеяния свидетельствуют против нее, но без доказательства сговора с Дьяволом Комиссия, скорее всего, отклонит это дело.

Граф, уже в седле, направил лошадь в сторону церкви, обгоняя старост, которые шли пешком.

— Если бы там заседал я, они не посмели бы.

Александр молча смотрел ему вслед, обдумывая услышанное. Целиком отдавшись поискам кирктонской ведьмы, он не давал себе отвлекаться на мысли о Комиссии, которая заседала в Джедборо. Теперь он снова задумался о том, почему в ее составе нет графа Оксборо. Что это: оплошность или открытое пренебрежение?

Неудивительно, что граф так ополчился против здешнего зла. Расправившись с ведьмами в Кирктоне, он гарантированно обеспечит себе место в Комиссии, когда ее созовут в следующий раз. Еще один повод быть с ним настороже.

Ну, а теперь… Теперь надо встретиться с Маргрет и при свете дня выяснить у нее все, на что он до сих пор закрывал глаза.

И уповать на то, что он не слишком припозднился с этим решением.

***

Пока мать спала, Маргрет уложила в телегу свои пожитки. Их было немного. Сменные юбка и лиф. Деревянные плошки. Горшки. Кувшины. Бело-голубая ваза, завернутая в оставшееся кружево. И последние драгоценные кроны.

Мать, проспав вчера весь день напролет, провела бессонную ночь. Давать ей новую дозу снотворного Маргрет побоялась — слишком коротким был перерыв, и в итоге она почти до рассвета пролежала без сна, боясь Дьявола, якобы витавшего под потолком. Всю ночь она испуганно кричала и плакала, даже лягалась и царапала Маргрет, думая, что ее дочь — одна из слуг Сатаны.

Когда Маргрет проснулась, было позднее утро. Пришел новый день, а с ним и необходимость сделать то, что должно быть сделано. И вот все было готово. Даже цыплята верещали в углу телеги, хоть она и не представляла, долго ли они там просидят. Осталось разбудить мать и запрячь пони, который лениво дожевывал остатки корма в сарайчике на задворках коттеджа.

Она запрятала закутанную в кружево вазу подальше. Вздохнула и прислонилась к колесу, запрокинула голову, глядя в затянутое тучами небо. Если бы только оно могло дать ей совет…

Сниматься с места было рискованно. За год мать успела привыкнуть к новой обстановке и новому укладу. Зря, наверное, они поселились в такой маленькой деревушке. В большом городе проще затеряться и не привлекать лишнего внимания. Так куда же? В Келсо? В Абердин?

Только не в Эдинбург. И не в Глазго.

Оттолкнувшись от колеса, Маргрет выпрямилась. Была бы она одна, то вернулась бы в Эдинбург, поквиталась с кузеном Джоном Даном и сдалась на милость небесного и земного суда.

Но она не одна. Сейчас главное — увезти мать, найти постоялый двор и все обдумать. Надо только проверить, не забыла ли она чего, а потом запрячь пони в телегу и уговорить мать выйти наружу.

Не успела она сделать и шага в сторону коттеджа, как услышала со стороны деревни стук лошадиных копыт. Навстречу, с летящим за спиною плащом, мчался охотник на ведьм. Маргрет напряглась, но вместо того, чтобы убежать в дом и закрыться на засов, так и осталась стоять посреди дороги с тем самым странным предчувствием чего-то неотвратимого, которое впервые испытала в ту ночь, когда увидела его в свете луны и задумалась…

Он остановил лошадь. Возвышаясь над Маргрет черным, угрожающим силуэтом, взглянул на нее сверху вниз. В седле искушению было до него не достать.

— Куда это вы собрались?

Она спрятала руки за спину. Сердце, подпрыгнув, заколотилось где-то у горла. Опять предстояло лгать — и лгать убедительно.

— Никуда.

— Никуда? Телега полна вещей.

Он спешился. Потом подошел, схватил ее за запястье и, выкручивая руку, притянул к себе так близко, что ее груди задели его торс.

— Спрашиваю еще раз. Зачем вы собрали вещи?

— А вы как думаете? — Все выглядело настолько очевидным, что лгать об этом было бессмысленно.

— И куда вы собираетесь?

Тряхнув головой, она попыталась вырваться, но его хватка была крепка.

— Не знаю. Куда-нибудь подальше отсюда. — Хотел услышать правду? Так получи.

— Я запрещаю вам уезжать.

— Почему? Вы не предъявили ей никакого обвинения. — Александр молчал, и ее прошил ужас. — Или?.. — Что произошло, когда она ушла из деревни? — Вы что, рассказали им…

— Нет. Но вдова Уилсон назвала Элен Симберд.

Устыдившись заполонившего ее облегчения, Маргрет помолилась о спасении этой несчастной.

— Началось, значит. — Опять, добавила она про себя. — Одна назовет вторую, вторая — третью, и скоро в деревне не останется ни одной семьи, которую не затронула бы эта напасть.

— Откуда вы знаете?

— Видела, как оно бывает.

— Где?

— В Глазго. — Ловят ли в Глазго ведьм? Она не знала.

— Только там? — Судя по тому, как скривился его рот, он не принял ее ответ на веру. Однако вслух этого не сказал.