Карен Хокинс - Поединок сердец

Александр отер мокрое лицо.

— Мне казалось, вас интересует герцогиня.

— Интересовала. Но сегодня она уступила и… — Дервиштон пожал плечами. — Очарование исчезло. Что я действительно люблю, так это решать сложные задачи. Надеюсь, мисс Херст подкинет мне такую.

— Вы правы, эту крепость так просто не возьмешь. Если бы я получал пенни каждый раз, когда подумывал, не задушить ли, в самом деле, ее…

Вот как сейчас, за то, что из-за Кейтлин ему приходится выслушивать глупости, которые изрекает Дервиштон. До недавних пор Александр считал Дервиштона довольно умным молодым человеком, веселым и легким на подъем. Как он не замечал столь очевидных признаков слабости и мелочности его натуры? Дервиштон сощурился:

— Сознайтесь же, вас все же интересует мисс Херст!

— А если да, вы прекратите ее преследовать? — с вызовом ответил Александр.

Глаза Дервиштона потемнели, губы скривились в улыбке.

— Нет.

Александр пожал плечами:

— Тогда о чем разговор?

— Мы бы точнее очертили свои позиции на игровом поле. — Он махнул рукой. — Однако поступайте как хотите. Что, собственно, вы всегда и делаете. Как и я. — Поклонившись, Дервиштон повернулся, чтобы уйти.

— Дервиштон?

Остановившись, молодой лорд обернулся:

— Да?

— Я бы не стал особо увлекаться охотой на мисс Херст.

Дервиштон был невозмутим.

— Она красива, признаю…

— Исключительно красива.

Александр кивнул.

— У этой девицы ни гроша за душой, и вряд ли она может ожидать какого-нибудь наследства.

Дервиштон фыркнул:

— Так я же не собираюсь на ней жениться. Не более чем вы, когда затеяли с ней небольшой флирт в прошлом сезоне в Лондоне.

Александр стиснул зубы.

— Вижу, вы сегодня времени зря не теряли.

— Да, Джорджина рассказала, какую плохую услугу мисс Херст оказала вашему семейству. Но я буду осторожен, чтобы не угодить в ту же ловушку. — Дервиштон усмехнулся. — Должен признаться, она меня заинтриговала. Дочка викария, сама благопристойность, и эти наводящие скуку правила приличия! Однако при всей ее притворной стыдливости я чувствую — в ней есть искра, которая может полыхнуть пожаром. Своевольная, дерзкая — так что вы видите, добыча как раз по мне.

Глаза Дервиштона хищно блеснули.

Александр сунул руки в карманы — он уже сжал кулаки, готовый выбить Дервиштону зубы. Разумеется, Кейтлин порывиста и исполнена природной чувственности. Опасное сочетание, если она попадет в руки беспринципного негодяя.

Словно прочитав мысли Маклейна, Дервиштон добавил:

— Тот, кто подвернется девице под руку, когда ей нестерпимо захочется излить свой пыл, получит такую награду, о которой не мечтал и в самых смелых фантазиях!

Александр нахмурился:

— Она захочет законного брака.

— Она его вполне достойна. — Дервиштон выдержал взгляд Александра. — Вам так не кажется?

В голове у него гудело, медленно закипал гнев — вот-вот его проклятие проснется! Внезапный порыв ветра с грохотом пронесся по крыше, угрожая сорвать черепицу, и мерно стучащий дождь сменился хлынувшим с неба яростным потоком.

Улыбка Дервиштона погасла. Он сурово посмотрел на Александра:

— Полегче, Маклейн. Вы же не хотите, чтобы вода смыла пряничный домик Джорджины. Она-то думает, что проклятие бессильно против ее дома, но она ошибается.

— Вы и понятия не имеете, на что способно мое проклятие.

— Отнюдь. Я видел, что было, когда погиб Каллум.

Словно ледяная рука сжала сердце Александра. Каллум был самым младшим из его братьев, баловень в их большой семье. Его отняла у них глупая ссора в пивной, начатая при неясных обстоятельствах. Охваченные яростью и отчаянием братья Маклейн дали выход чувствам, отпустив поводья семейного проклятия. Последствия были ужасны. Долину под замком затопило, беспрерывно сверкали молнии, зажигая дома и амбары, а поля и посевы уничтожил град — градины были размером с кулак. Если проклятие вырвалось на свободу, его ничем было не остановить. По крайней мере они тогда так считали.

— Отлично! — рявкнул Александр. — Тогда вам известно, что меня не стоит провоцировать.

— Признанием, что я нахожу прекрасной и восхитительной мисс Херст?

Угрожающе застучала черепица, где-то вдалеке хлопнула дверь.

Дервиштон не сводил взгляда с Александра.

— Значит, вы все-таки имеете виды на эту леди? — Он в притворном отчаянии воздел руки, насмешливо улыбаясь. — Если вы намерены заняться ею сами, я отступаю. На время.

Александр нахмурился:

— На время?

— Как только она вам надоест, я займу ваше место. Согласен дожидаться своей очереди. Как я уже сказал, она того стоит. — Улыбнувшись, Дервиштон пошел прочь. — Дайте знать, когда вам наскучит. Я буду ждать.

Заплетающимся шагом Александр вошел к себе. За окнами завывал ветер, гремел крышей и ставнями, взмывал вихрями. Дождь бил по крыше, сильный и частый.

Он закрыл глаза и сжал кулаки, пытаясь утихомирить гнев… Спокойно, спокойно… Уходи, исчезни. Мало-помалу его дыхание стало ровным. Дождь лил по-прежнему, потому что бурю он все-таки разбудил, и она обрушится на холмы и горы. Однако его гнев не будет распалять ее еще больше.

Тяжело вздохнув, Александр уселся возле камина, в котором весело горел огонь. Смотрел на языки пламени и размышлял. Одно было понятно: Кейтлин Херст лично ему не нужна, но, черт подери, это не значит, что он готов уступить ее Дервиштону или какому-нибудь другому мужчине.

Глава 6

Говорят, что проклятие Маклейнов способно сокрушить саму земную твердь, стоит лишь разозлить их как следует. Вот сила, которой вам не стоит видеть — и Боже упаси испытать на себе.

Кейтлин наклонилась, чтобы поправить юбку, и поморщилась.

— Попка болит после скачки, мисс?

Нагнувшись, Мьюрин расправила запутавшийся подол. Кейтлин была ей очень благодарна.

— Я, наверное, вся в синяках с головы до ног. Даже горячая ванна, кажется, не очень помогла.

— Печально слышать, мисс. Когда вернетесь с обеда, попробую разыскать для вас мазь. — Мьюрин выпрямилась и отступила на шаг, чтобы оценить наряд Кейтлин. — Ох, какая вы хорошенькая, точно ангел. Никогда не видала такого красивого платья.

— Спасибо! Кажется, я могу гордиться своим выбором.

Наряд был сшит из светло-коричневых кружев, сквозь которые просвечивал шелковый чехол кремового цвета.