Патриция Филлипс - Меч и пламя

– Славный пес, – добавил Рейф шепотом. – Я признателен тебе от всего сердца. Если бы не ты, вряд ли твоя хозяйка уделяла бы мне столько времени. Я перед тобой в долгу и, Бог свидетель, сделаю все, чтобы воздать тебе по заслугам.

Последнее обещание сопровождалось коротким смешком; Рейф на прощание еще раз потрепал Вэла по загривку, затем выпрямился и окинул взглядом двор конюшни: там все еще свистела метель и хлопья мокрого снега падали на булыжники. Из харчевни доносился чей-то пьяный смех, а спящие обитатели конюшни дружно храпели на все лады. Позади стучали копытами лошади, шурша соломой и ударяясь боками о деревянные перегородки стойл.

Что за ночь! Что за неделя, если уж на то пошло! Рейф стоял не двигаясь, решая, как ему быть. Он размышлял долго, принимая и тут же отвергая один хитроумный замысел за другим: ставкой в этой игре была его жизнь, однако награда того стоила. По правде говоря, сейчас его мало что радовало, кроме одного: скоро Адель будет принадлежать ему. Что же до ярости короля, то у него всегда найдется способ ее избежать.

Однако при мысли о том, с какой легкостью он готов пренебречь нависшей над ним угрозой, понимая, что настоящая опасность ждет его со стороны Хью д’Авранша, когда тот так и не получит в срок обещанную ему невесту, Рейф с досадой вздохнул. Как поступит в этом случае отвергнутый жених? Поднимет ли он против него оружие сам или обратится с жалобой к королю? Если только д’Авранш согласится в обмен на крупную сумму золотом выбрать себе другую суженую, то Рейф, возможно, как-нибудь сумеет уладить вопрос с Иоанном Немощным. Возможно.

Тогда за неповиновение королю на него наложат крупный штраф, и ему придется занять деньги у менял. Другим вероятным исходом было заключение в темницу, хотя, насколько было известно Рейфу, Иоанн предпочитал содержанию под стражей денежную пеню. Какими окажутся последствия столь важного шага в его жизни, де Монфор не знал, однако одно он решил для себя твердо: Адель Сен-Клер не будет принесена в жертву, чтобы покрыть долги короля.

Глава 5

Очнувшись от неглубокого сна, Адель рывком приподнялась на постели. Кто-то стучал в ее дверь. Девушка прислушалась к приглушенному шуму, проникавшему в ее комнату из нижних помещений трактира. Мокрый снег ударял в деревянные ставни, а с улицы доносилось неразборчивое пение подвыпивших гуляк. По-видимому, именно их голоса, а вовсе не стук, разбудили ее. Сколько прошло времени, Адель не знала, но, судя по всему, было еще не слишком поздно. В противном случае постояльцы трактира не находились бы до сих пор внизу, горланя песни, подумала она…

И тут стук раздался снова; на сей раз он прозвучал еще громче, еще настойчивее. Адель встала с постели, поежившись, когда ее босые ноги коснулись холодных циновок. На цыпочках подойдя к двери, она приложила ухо к гладким доскам.

– Адель! Откройте!

Девушка застыла на месте. На какой-то миг ее охватил приступ страха. Рейф! Он-таки явился к ней в спальню!

Дрожащими руками она отодвинула засов.

– Зачем вы заперлись? – Он быстро проскользнул в комнату.

– Я думала, в переполненной людьми харчевне так будет безопаснее. – Адель потянулась к плащу. У нее под рукой не оказалось другой одежды, чтобы набросить поверх ночной сорочки, и она стояла, все еще дрожа, завернутая в свой отороченный мехом плащ.

– Наверное, вы правы, и… прошу прощения за то, что ворчал на вас, – произнес он извиняющимся тоном, направляясь к камину и протягивая к пламени замерзшие руки.

– Где вы были?

– Устроил проверку перед сном. Кстати, я зашел проведать Вэла; он чувствует себя намного лучше, а вашего мерина уже обиходили и накормили овсом. – Рейф остановился, не решаясь сообщить ей то известие, ради которого он, собственно, и пришел сюда. Как только это произойдет, он уже не сможет взять свои слова обратно.

– Я обдумал все то, о чем мы говорили раньше, и пришел к определенному выводу, – начал де Монфор, осторожно поднимаясь с места. Потолок в комнате был настолько низким, что ему казалось: если он резко выпрямится, то ударится головой о стропила.

– Каков же этот вывод?

– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы расстроить вашу помолвку с д’Авраншем. И еще. Даю вам слово, что не оставлю вас одну в Саммерхее.

– Тогда зачем нам вообще ехать туда?

– Я собираюсь заключить с д’Авраншем сделку. Он никогда вас не видел, так же как и король, поэтому ничто не мешает мне подменить вас какой-нибудь простолюдинкой или скрыть ваше лицо под вуалью. Я пока не знаю в точности, что именно предприму, – мне надо обдумать детали, однако хочу, чтобы вы знали: мое решение окончательно и бесповоротно.

Адель изумленно взглянула на него.

– Вы надеетесь, перехитрить д’Авранша?

– Нет, леди. Я намерен торговаться.

– Торговаться? Но как?

– Объявив вас своей невестой, – ответил он на одном дыхании. – То есть, конечно, если вы не против?

– О, Рейф, надо ли спрашивать!

Он улыбнулся и протянул к ней руки.

– Иди сюда. Мы и так слишком много времени потратили напрасно.

Адель едва могла дышать. Она робко взяла его руки, все еще холодные после долгого пребывания на улице, и поднесла их к своим губам.

– Знаешь, о чем я сейчас думала? – призналась она с застенчивым смешком.

– Нет. Скажи, если можешь.

– Мне отчего-то представлялось, что ты спишь с той белобрысой особой.

Рейф негромко рассмеялся:

– Надеюсь, теперь ты догадалась, что это неправда?

– Да. Если бы это было правдой, тебя бы здесь не было и ты не думал бы сейчас о том, как избавить меня от брака с Хью д’Авраншем… Или… Да ты, должно быть, шутишь надо мной! – Она с досадой замолчала, заметив, что он ухмыляется во весь рот. – Как ты смеешь, Рейф де Монфор, смеяться над моими переживаниями!

– Моя прелесть, ты изводила себя без нужды, – прошептал он, прижимая ее к себе. – Мне не нужна никакая другая женщина, кроме тебя. Завтра мы обдумаем наши планы, а пока я только хотел предупредить о своем решении, – он, наклонившись, поцеловал ее в лоб. – И еще пожелать тебе спокойной ночи.

– По-моему, ты просто лжец. – Адель, запрокинув голову, попыталась рассмотреть его лицо при свете камина. – Изображаешь простодушие, а между тем устроил так, чтобы мои камеристки спали в соседней комнате, и не поправил хозяина, когда тот принял меня за твою жену!

– Виноват, не скрою. Должен признаться, в глубине души я питал безрассудную надежду на то, что ты…

– Что я пущу тебя в свою спальню? – подсказала Адель, руки которой под складками плотного плаща дрожали от волнения.

– Нашу спальню, не забывай, – поправил он ее. – Как ты верно заметила, хозяин трактира считает нас мужем и женой. – С этими словами Рейф принялся поглаживать ей спину, касаясь пальцами ее тяжелой золотисто-каштановой косы. – Я еще никогда не видел тебя такой. – Он перекинул косу через плечо Адель и развязал скреплявшую ее ленту, так что светлые шелковистые волосы облаком легли ей на плечи.