Патриция Кэбот - Маленький скандал

Она уже было положила руку на ручку двери, когда рокочущий голос маркиза: «Мисс Мейхью?» — заставил ее опомниться.

«Господи, что это я?» Кейт Мейхью никогда ни от чего не убегала — ну, если не считать зыбких теней на улице, которые она по ошибке приняла за Дэниела Крэйвена. Но уж точно не от сластолюбивых маркизов, каким бы пронизывающим взглядом они ни обладали и насколько бы они ни заполняли собой ее кресла.

И тогда, вместо того чтобы бежать, она собралась с духом и широко распахнула дверь, чтобы все проходящие мимо могли видеть, что хозяин дома всего лишь наносит визит вежливости своей только что принятой на работу служащей.

— Я прекрасно понимаю, — начала Кейт спокойным голосом, обернувшись к нему (ей даже удалось встретить его взгляд и не покраснеть), — у вас есть возражения против этого молодого человека. Это совершенно естественно. Вы любите дочь и хотите для нее всего самого лучшего. Только я задаюсь вопросом, является ли запрет для леди Изабель встречаться с мистером Сондерсом лучшим способом контролировать ситуацию?

Лорд Уингейт из-за спинки кресла, в котором сидел, посмотрел на нее. Видимо, ему было очень неудобно сидеть таким образом, и Кейт, вдруг пожалев его, подошла ко второму креслу и облокотилась на его спинку.

— Прошу меня простить, — проговорил маркиз с легким вызовом, — но мне кажется, я и сам знаю, как мне обращаться со своей дочерью.

— Я почти уверена, что именно так думали родители Джульетты, запрещая ей видеться с Ромео.

Лорд Уингейт поднял бровь, но лицо его осталось непроницаемым.

— Мне уже давно во время беседы не бросали в лицо Шекспира.

— Тогда, если позволите, — сказала Кейт, — я напомню вам трагедию Абеляра и Элоизы. Я совершенно уверена, что дядя Элоизы, Фулберт, относился к Абеляру так же, как и вы к мистеру Сондерсу.

Маркиз усмехнулся:

— Знаете, а мне Фулберт очень симпатичен. Я бы ничуть не сожалел, если бы мистера Сондерса постигла та же судьба, что и Абеляра…

— А я считаю, — решительно перебила его Кейт, — трагедии Ромео и Джульетты, Абеляра и Элоизы произошли из-за того, что родители вмешались в их чувства…

Маркиз исподлобья взглянул на нее.

— Черт побери, мисс Мейхью, Изабель вовсе не собирается убивать себя, не говоря уже о том, чтобы бежать в какой-нибудь монастырь! Хотя, если честно, я бы предпочел, чтобы она ушла в монастырь, только бы не связывала свою жизнь с этим бездельником…

— Лорд Уингейт, и история, и литература учат нас, что запрет ребенку в чем-нибудь придает этому предмету в его глазах особый вкус, чего в противном случае не было бы. Может быть, именно то, что вы так не любите мистера Сондерса, и привлекает в нем леди Изабель.

— Так что же вы предлагаете, мисс Мейхью? — сердито спросил лорд Уингейт. — Позволить ей кинуться в объятия этого хлыща?

Кейт развела руками:

— А что плохого в том, что они несколько раз потанцуют? Чем больше времени она будет проводить с ним, тем скорее разглядит его недостатки.

— А вдруг не разглядит? — возразил лорд Уингейт. — А если их отношения станут еще теснее и меня вдруг поставят в известность, что я — дедушка?

Кейт залилась краской. Она была рада, что стоит рядом с камином, так что все перемены в лице можно было списать на жар, который оттуда исходил.

— Я сомневаюсь, что дело зайдет так далеко, милорд, — произнесла она. — Мне кажется, Изабель весьма неглупая девушка, к тому же с сильным характером. Она никогда не позволит себя скомпрометировать.

Лорд Уингейт засопел и поудобнее уселся в кресле.

— Вы ведь не очень хорошо знаете молодых девушек, да, мисс Мейхью?

— Вы имеете в виду, что мне не доводилось быть одной из них? — Кейт не удалось смягчить голос, который прозвучал чересчур сухо.

Лорд Уингейт вновь устремил на нее изумрудный взгляд.

— Мне думается, мисс Мейхью, что вы были совсем не такой девушкой, как Изабель.

Кейт посмотрела на него.

— Может, ваша дочь богаче и занимает более высокое положение в свете, но, уверяю вас, я была совершенно…

Она смущенно замолчала, увидев, что лорд Уингейт смеется. Ей еще не приходилось слышать, как он смеется, — с того вечера, когда она с ним познакомилась, он всегда пребывал в дурном настроении. Но теперь, когда смех выплескивался из него наружу, маркиз вдруг стал выглядеть намного моложе своих тридцати шести лет. Кейт неожиданно для себя почувствовала неловкость, заметив, что у лорда ослаблен галстук. Когда он, хохоча, откинул голову, воротник его рубашки открылся настолько, что стала видна шея, а внизу, у выреза, она заметила выглядывающие из-под рубашки черные волосы. Кейт почувствовала, что не в силах оторвать глаз от этих шелковистых завитков. «Что это со мной?» — лениво подумала она.

Когда лорд Уингейт прекратил смеяться и взглянул на нее, ей очень захотелось, чтобы он не заметил ее нездорового интереса к распахнувшемуся воротничку его рубашки и того, что теперь яркая краска заливала все ее лицо и шею.

— Я вовсе не имел в виду, что вы небогаты и незнатны, мисс Мейхью. — Он все еще улыбался. — Я имел в виду, что вы намного привлекательнее, чем когда-либо будет моя дочь, и скорее всего вы были такой уже в возрасте Изабель. Привлекательность компенсирует отсутствие денег. В отличие от Изабель ваши кавалеры вряд ли ухаживали за вами из-за денег.

Внезапно Кейт захотелось закрыть дверь, и не потому, что она не желала, чтобы кто-нибудь услышал слова лорда о ее якобы бедном детстве. Она поспешила к двери и захлопнула ее, бросив через плечо:

— Ш-ш! А вдруг она слышит вас?

— Ну и что из того? Изабель знает, что не красавица. К сожалению, она унаследовала мою внешность… — Он вынул из жилетного кармана часы и принялся их заводить. — И мозги своей матери.

— Это просто ужасно — так пренебрежительно отзываться о собственном ребенке! — возмутилась Кейт. — Леди Изабель довольно мила…

— В ней живут животные инстинкты, — поправил ее лорд Уингейт. — А это совсем не то, что физическая привлекательность. Людей влечет к ней из-за особой живости ее характера. Хотя я посылал Изабель в лучшие школы, она не усвоила там, как мне кажется, ничего, кроме нескольких танцевальных па. А вас, мисс Мейхью, Бог наградил и красотой, и умом, чего не скажешь о моей дочери. Теперь, конечно, вы понимаете, — он убрал часы, — отчего я считаю, что в данных обстоятельствах всякие сравнения между вами в юности и Изабель некорректны.

Потом, будто только-только заметив, что она стоит, а он сидит, маркиз смущенно поднялся и указал на кресло, которое стояло перед ним.

— Я совсем забыл о приличиях. Садитесь.

Кейт взглянула на закрытую дверь.