Сьюзен Виггз - Лилия и Леопард

Она стала приближаться к Ранду, вот-вот дотронется… Запах моря и весны смешивается с ароматом мужского тела… Лианна уже чувствует его тепло…

Внезапно Ранд растаял в мерцающем свете. У Лианны было такое ощущение, будто неведомая сила выхватила ее из плена сладких грез и швырнула в холодное серое утро.

Лианна смотрела перед собой сонными глазами, не понимая, что же произошло. Чей-то крик за окном окончательно стряхнул с нее остатки сна. Спрыгнув с кровати, девушка завернулась в простыню и поспешила к длинному, узкому окну.

Часовой на навесной башне подавал какой-то сигнал, указывая на мост через Сомму» Присмотревшись, Лианна заметила одинокого всадника в белой тунике с золотым леопардом. Она вздрогнула от неожиданности, сразу ощутив холодное прикосновение каменных плит к босым ногам.

Голос отказывался повиноваться ей, словно чья-то ледяная рука поползла вверх и схватила ее за горло. Лианне пришлось дважды сглотнуть, прежде чем она смогла крикнуть:

— Бонни! Скорее сюда!

Казалось, время остановилось. Наконец, появилась служанка. Лианна нахмурилась, заметив соломинки в ее волосах; она сразу догадалась, что Бонни проводила время с Роландом. Заспанное лицо девушки с блуждающей на нем расслабленной довольной улыбкой подтверждало ее подозрения.

— Боже мой, Бонни! — возмутилась Лианна. — По-моему, ты должна спать в своей комнате. Уверена, что не требуется целая ночь для… — ее щеки полыхнули ярким румянцем, и она с раздражением отвела взгляд.

Бонни улыбнулась еще шире.

— Вы правы, моя госпожа, целая ночь не требуется, но после этого… — она сладко потянулась. — Вы знаете, как приятно лежать в объятиях мужчины…

Нет, Лианна не знала, и это раздражало ее еще больше.

— Запомни на будущее, ты должна быть на своем месте до первых петухов.

— Да, моя госпожа, — ответила служанка. — Что изволите?

Лианна снова подошла к окну: всадник уже находился во дворе замка, а его лошадь вели в конюшню. Бонни выглянула из-за спины хозяйки и тут же испуганно отпрянула назад.

— Клянусь всеми святыми, — выдохнула она, окончательно проснувшись. — Это английский барон!

— Не барон, скорее всего, его посланник.

— Жерве допоздна играл в шашки, но я сейчас же пошлю за ним, — засуетилась Бонни. — Раз ваш супруг уехал в Париж, то вместо него послание должен получить Жерве.

— Не смей будить его, — тоном, не терпящим возражения, приказала Лианна. — Я сама встречусь с человеком Лонгвуда.

Бонни пожала плечами и взяла расческу.

— Не беспокойся о моих волосах, — остановила ее Лианна. — Только затяни их сеткой и накинь вуаль. Мне просто не терпится встретиться с этим английским мужланом.

Одетая в свое самое лучшее платье, Лианна с высокомерным видом спустилась в зал. Англичанин уже находился там и самым безобразным образом пил вино прямо из походной фляжки. Заметив Лианну, он поперхнулся и, раскрыв от изумления рот, по-простецки уставился на нее.

Девушка не стала облегчать его задачу. Окинув презрительным взглядом рыжие волосы англичанина, которые, очевидно, перед визитом густо напомадили и безжалостно избороздили расческой, она холодно спросила:

— Что за дело привело вас сюда?

— Я Джек Кейд. Я привез послание для мадемуазель де Буа-Лонг, — его ужасный французский резал слух.

— Я — мадемуазель де Буа-Лонг, — ответила Лианна по-английски. Язык, которому ее научили учителя, присланные герцогом Бургундским, имел горький привкус.

Джек Кейд вручил ей запечатанный тонкий пергамент. Лианна заметила, что на правой руке у него не хватает трех пальцев. «Калека, — подумала она без всякой жалости. — Интересно, каков же его господин?»

Яростно сломав печать с красовавшимся на ней ненавистным леопардом, Лианна пробежала глазами послание. Оно оказалось пространным и написано высокомерным слогом, но напыщенные фразы не могли смягчить оскорбительности заявления. Король Генрих, объявивший себя монархом Англии и Франции, приказывал мадемуазель де Буа-Лонг принять у себя Энгуи-ранда Фицмарка, барона Лонгвуда. Кроме того, указывалась необычная сумма выкупа за невесту: десять тысяч золотых крон.

Пораженная размерами этой суммы, Лианна на мгновение оторвалась от письма. В это время в зал вошла Бонни с кубками подогретого вина. Посланник барона похотливо уставился на девушку, осыпая ее комплиментами. К великому отвращению Лианны, Бонни приняла их с улыбкой и грациозно протянула ему кубок с вином.

Вне себя от негодования, Лианна приказала:

— Отойди в сторону, Бонни! Мне хочется, чтобы англичанин как следует увидел, что я думаю об этом послании, — с этими словами она разорвала пергамент на мелкие клочки и бросила на пол, поддав носочком туфли. — Ваш король — притворщик! Я отказываюсь выполнять его приказ вступить в брак с бесхребетным лакеем, которого он мне посылает вместе с жалкой подачкой. Генрих ошибается, если думает, что я прельщусь его деньгами.

Серебристые глаза Лианны метали молнии, щеки пылали от гнева. В этот момент она была похожа на безжалостную богиню войны.

— Передайте своему хозяину, чтобы он уносил свою мерзкую шкуру обратно в Англию!

Не ожидая такого поворота событий» посланник, густо покраснев, запинаясь, пытался что-то сказать:

— Но… но госпожа…

— Я не выйду замуж за этого английского «проклинальщика», пусть даже луна упадет на землю, — Лианна зло рассмеялась. — А если он думает заставить меня силой, пусть все хорошо взвесит. Я уже замужем за Лазарем Мондраго-ном.

От изумления у Джека отвисла челюсть. Он торопливо схватил еще один кубок с вином и залпом осушил его.

— Замужем?

Лианна высокомерно кивнула.

— У меня есть копия брачного свидетельства, так что можете не сомневаться в законности того, о чем я говорю, — она достала из складок своего платья документ и швырнула посланнику прямо в лицо, не в силах сдержать торжествующей улыбки: сегодня ей представилась прекрасная возможность покончить с англичанами, а уж с Лазарем можно разобраться и позже. — Ваш хозяин остался ни с чем, даже король Генрих не сможет отметить то, что скреплено перед Богом. А теперь уходите! Чем раньше вы и «проклинальщик», которому вы служите, отчалите от берегов Франции, тем лучше!

Джек трясущимися руками неловко засунул в карман свидетельство о браке, бросил последний вожделенный взгляд на Бонни, торопливо допил вино и вышел.

— Вы обошлись с беднягой слишком сурово, — проговорила служанка, с сожалением глядя ему вслед. — В конце концов, он ведь только посланник.

— Он — английский «проклиналыцик», — твердо сказала Лианна.

Неожиданно ей в голову пришла озорная мысль. Девушка сбегала на оружейный склад, набросила на себя пропахшую порохом накидку и устремилась на зубчатую стену, которая выходила к реке. Она была уверена, что сумеет одна зарядить небольшую новую пушку. Лианна подожгла фитиль и стала терпеливо ждать, пока англичанин проедет под воротами и пересечет мост: из его отъезда должно получиться отличное зрелище!