Элизабет Стюарт - Великодушные враги (Право на измену)

— Нам повезло. Он оказался неграмотным. У моей матери сильная рука. Почерк может сойти за мужской.

Джонет почувствовала дурноту.

— А если бы ты ошибся? Если бы он смог его прочесть?

— Ну, тогда мне пришлось бы потрясти твою чувствительную душу, проткнув его клинком, а вам с Грантом и Джимом пора было бы удирать. Но, мне кажется, я нашел более удачное решение. Не мог же я напоследок оставить у тебя столь неприглядную память о себе!

Бессильно откинувшись на одеяле, Джонет закрыла глаза.

— Я ничего от тебя не скрыл, милая девочка, — напомнил Александр. — Я же тебе говорил, что выполняю отдельные поручения Ангуса. Скажу больше: Мэрдок Дуглас попросил меня помочь разыскать тебя и твоего дядю. Я мог бы пересечь этот край безо всякого труда, но патрули получили приказ проверять всех проезжающих в поисках тебя и Мьюра. Только предъявив капитану так называемую охранную грамоту и настоятельно приглашая его провести проверку, чтобы во всем убедиться самому, я избавил нас от более внимательного осмотра. Он не пожелал даже взглянуть. Все вели себя спокойно, вот он мне и поверил. Помни, милая, главное, не теряй головы, и все у нас получится.

Не терять головы. Легко сказать! Она была чуть жива от страха.

— Алекс… — прошептала Джонет. — Мне надо тебе кое-что сказать. Знаешь… я ужасная трусиха.

Он рассмеялся и дружеским жестом взлохматил ее короткие волосы. Ей почему-то стало легче на душе.

— Должен тебе признаться, Джон, я в жизни не встречал такого храброго парня, как ты… и притом такого очаровательного.

Джонет раскрыла глаза. Александр смотрел на нее, наклонившись и опираясь на локоть. Его прекрасные серые глаза искрились смехом, его улыбка заставила ее задохнуться. В один миг все ее страхи и сомнения исчезли.

Он провел большим пальцем по ее щеке, остановившись чуть ниже нижней губы. Все ее тело напряглось, охваченное совершенно непонятным волнующим ощущением.

— Поспи, Джонет, — прошептал Александр. — Нам еще предстоит долгий путь. Дугласовский капитан любезно сообщил мне, что вся местность у нас по пути кишит патрулями. Мы теперь поедем на юг, милая девочка, и пересечем границу.

Ее глаза тотчас широко раскрылись от ужаса.

— В Англию?

— Да, в Англию. Что бы ты ни думала, она вовсе не похожа на геенну огненную. Мы объедем приграничный участок и вернемся в Шотландию, как только патрули останутся позади.

Александр сел, упершись в землю каблуками.

— Спи, пока время позволяет. У меня еще есть кое-какие дела.

Джонет послушно закрыла глаза, но укрыться от тревоживших ее мыслей было куда труднее.

Англия… Единственное место на земле, знакомства с которым она надеялась избежать.

7

Они углубились в Чевиот-Хилз [Горная местность в Южной Шотландии.] и пересекли английскую границу. Погода начала портиться. Небо быстро потемнело, усиливающийся ветер трепал гривы и хвосты лошадей, над головой трещали сучья и тревожно шелестела листва.

Джонет сжимала поводья, боясь поднять глаза к небу. Она была отличной наездницей, но сейчас ее лошадь чуяла приближение грозы и становилась все более беспокойной. Как и сама Джонет.

Зигзагообразная вспышка молнии разорвала небосвод, оставив за собой зеленовато-желтый слабый след. И почти тотчас же над головой раздался удар грома. Он с грохотом прокатился по холмам, отдаваясь эхом в узких лощинах.

Лошадь подобралась всем телом и встала на дыбы. Джонет наклонилась вперед и ослабила поводья, как учил ее Роберт, а затем вновь туго натянула их, как только ноги животного опять коснулись земли.

Грант направился было к ней, но она отослала его взмахом руки. Кобыла снова тронулась, и Джонет заставила себя перевести дух. Несмотря на холод, ее тело покрылось испариной, поводья грозили выскользнуть из влажных пальцев.

Она вытерла ладонь о полу камзола и крепко стиснула зубы. С самого детства Джонет не любила грозу. Ей рассказали, что ее отец погиб во время грозы, когда его лошадь испугалась и упала, оступившись на размытой проселочной дороге. Он уцелел во Флодденском сражении и, пережив этот ужас, вернулся домой, но всего несколько месяцев спустя погиб во время грозы. Мать Джонет так и не оправилась от потрясения. Она умерла через восемь месяцев после гибели мужа.

Какая ужасная насмешка, думала Джонет. Из-за нелепого случая она осталась сиротой. Если бы не Роберт Максвелл, заменивший ей отца.

Черное грозовое небо вдруг снова полыхнуло ослепительным светом, громадная ветвистая молния пропорола его как будто сразу в дюжине мест. Опять прогремел гром, и наступила тьма. Сердце Джонет болезненно колотилось. Страшный порыв ветра швырнул ей в лицо первые ледяные капли надвигающегося дождя. Она отшатнулась и закрыла глаза.

— Отлично сидишь в седле, милая, и крепко держишь вожжи. Кто научил тебя ездить верхом?

Джонет открыла глаза. Рядом с нею, держа поводья в одной руке и лихо подбоченившись другой, ехал Александр Хэпберн.

— М-мой дядя, — еле выговорила девушка.

— Я вижу, он хороший учитель. Вы часто с ним ездили вместе?

Ее охватило странное чувство, словно волосы у нее на голове встали дыбом. И тут же вершина холма, лежавшего впереди, вспыхнула заревом. Раздался оглушительный треск. Джонет тихонько вскрикнула, в ужасе уставившись на расщепленные, дымящиеся останки разбитого молнией могучего дерева.

— Смотри на меня, Джонет. Вы с дядей часто совершали верховые прогулки?

Она похолодела от страха, но спокойный и властный голос достиг ее сознания. Джонет обернулась.

— Мы… д-да, мне кажется, да.

— И куда же вы ездили?

И опять ей пришлось отшатнуться от новой сверкающей вспышки, прорезавшей воздух.

— Вокруг Берила.

— Ты предпочитаешь кобылу или мерина в качестве скаковой лошади?

Александр все тянул и тянул этот пустой разговор, задавая простейшие вопросы и заставляя ее отвечать, а тем временем они спустились с холмов в защищенную со всех сторон долину. Здесь раскаты грома казались глуше, а яркие вспышки молнии были не так близки.

Джонет постепенно пришла в себя и принялась благодарить святых, не позволивших грому убить ее. Но тут послышался новый звук: приглушенный шум миллионов подхваченных ветром дождевых капель, хлеставших оставленный ими позади лес.

Еще минута, и дождь настиг их. Джонет втянула голову в плечи. Через несколько секунд она промокла до костей. На нее беспрерывно обрушивалась серая водяная стена. Вода захлестывала ее голову и плечи, ледяным ручейком стекала между грудей. Александр усмехнулся и откинул мокрые волосы со лба.