Сьюзен Робинсон - Леди Опасность

— Ваша светлость, вы очень любезны, — сказал Лавдэй, поклонившись. — А сейчас, если я не ошибаюсь, мистер Росс дожидается вас.

— Впусти его.

Джослин сел, поправил галстук и запустил пальцы в волосы.

Ник Росс влетел в библиотеку, размахивая утренним номером газеты. Он плюхнулся на кушетку прямо с ногами и протянул газету Джослину:

— Читал это?

— Нет еще.

— Они нашли неполный список клиентуры Фоуна.

Джослин отвернулся и уставился в окно. За французскими дверьми располагалась терраса, а за ней был виден покрытый снегом сад.

— Мальчик рассказал тебе, сколько их было там?

— Он не хочет об этом говорить. Надо подождать, надо дать ему время, Джос. Не думай об этом. Ты всегда такой мрачный после нашей очередной «увеселительной прогулки». И не утруждайся отрицать это. Я все вижу, — сказал Ник, затем вскочил с кушетки и встал в позу поэта. — Лучше послушай вот это:

Учи тому, что мозг обязан знать

И что лишь сердце может угадать.

Подобное согласье никому

Еще не удавалось сочетать.

Джослин втянул голову в плечи, повернулся и с ужасом вытаращил на Ника глаза:

— Это ведь Шелли?! Ты бы нанял преподавателя английского, а потом уж читал, черт тебя побери!

Не обращая внимания на его слова, положив руку на грудь и глядя в потолок, Ник продекламировал:

Быть или не быть, таков вопрос;

Что благородней духом — покоряться

Пращам и стрелам яростной судьбы…

— Нет, не надо, хватит! — воскликнул Джослин и, подскочив к Нику, прикрыл ему рукой рот. Ник отодвинул его руку.

— Слушай дальше, Джос…

— Пожалуйста, Ник, не надо больше! Гамлета убивают в пьесе. Не делай этого во второй раз.

Ник покраснел и отвернулся от Джослина. Чтобы скрыть обиду, он отошел к камину и стал ворошить угли. Полный раскаяния, Джослин подошел к нему и встал рядом.

— Извини, Ник, старина…

— Мне так хочется учиться хоть чему-нибудь. Я ведь ничего не знаю, никогда нигде не учился, не то что ты — во время учебы проказничал в Итоне и в военной школе.

— Боже, какой же я болван, Ник. Может, я могу тебе как-то помочь восполнить пробелы?

— Нет, ты не можешь мне помочь никак.

Джослин пристально посмотрел на Ника и решил поменять тему разговора на более безобидную. Он сел за стол и стал рассматривать кучу всяких приглашений.

— Отец так рьяно принялся трубить, что его сын продается в качестве жениха… Я получил кучу приглашений утром.

— А я вот никогда не получал ни одного приглашения, — сказал Ник с такой укоризной, что Джослин спросил:

— А ты бы хотел его получить?

Ник с отвращением посмотрел на виконта и сказал:

— Люди вашего круга не то чтобы в свой дом, но даже в свои подсобки меня бы не захотели впустить.

— Ошибаешься, они пригласят тебя, если я этого захочу.

— Нет, Джос, нет. Они все равно не захотят меня видеть, даже если ты соскребешь всю грязь Сент-Джайлза с меня.

— Мы оденем тебя в новый фрак, который прикроет — да и прикрывает! — любую грязь. Мы придумаем легенду о твоем знатном происхождении. Ну, например, что ты дальний родственник какой-нибудь известной шотландской семьи, уехавшей в Америку.

Джослин стал рассматривать присланные приглашения:

— Ну вот, например. Приглашение от мистера Ричарда Эллиота. Сына мясника. Разве можно его не уважить? Он же готов умереть, чтобы только попасть в высший свет. Он все отдаст, лишь бы я принял его приглашение приехать к нему и погостить у него в провинции. Кроме того, он предлагает свою политическую поддержку. Ну, что скажешь?

— Гм…

— Поедем, приятель, — уговаривал Джослин, косо глядя на приглашение. — Мне надо, чтобы ты поддержал меня, я просто могу не выдержать компании этого финансиста и его, не сомневаюсь, придурковатой дочери. Но — есть за что страдать! В конечном счете Эшеру эта поддержка будет полезна.

— Герцог хочет, чтобы ты обратил внимание на внучку мясника? — спросил Ник.

— Конечно же, нет. Отец предупредил меня, чтобы я принимал приглашения только от тех, кто рангом не ниже графа.

— Поэтому ты хочешь сделать ему назло и заставить его блевать… — прокомментировал Ник.

— Так поедешь со мной?

Легкомыслие и веселое настроение вновь вернулись к Нику, и он, улыбнувшись, согласился.

— Никогда нельзя сопротивляться, когда тебя зовут хорошо поразвлечься. Разве я могу отказаться?

— А я собираюсь проучить своего отца, чтобы он не использовал меня в качестве племенного быка, способного лишь к воспроизводству рогатого потомства.

На что Ник сказал:

— Вдвоем, вдвоем

Огонь зажжем.

Кипит котел,

Готов наш стол.

8

Такой роскошной процессии, что отъехала от железнодорожной станции Литл-Стрэтфилд-он-Виллоу, наверное, не видели в здешних местах за последние тридцать лет. Сначала двигалась четырехместная карета с открывающимся верхом — ландо, принадлежавшее Стрэтфилд-Корту. Четыре серые лошади катили ландо, две из них управлялись форейторами. Затем следовал экипаж, в котором ехали лакеи и был сложен легкий багаж. Две охотничьи лошади были запряжены в этот экипаж. Замыкала шествие повозка, нагруженная чемоданами. Сопровождал эту процессию верховой в ливрее.

В ландо, несмотря на холод, друг напротив друга сидели Джослин Маршалл, виконт Радклифф и его друг, Ник Росс. Ник расположился лицом по ходу движения и все время потирал щеки, чтобы не обморозить их.

— Тебе всегда устраивают такую процессию?

— Конечно же нет, — ответил Джослин. Он сидел против движения, положив ногу на ногу. — Эллиот хочет, чтобы все графство говорило, кто удостоил его чести побывать у него в гостях. Какая же польза будет, если никто не узнает, что я был здесь? Слухи о моем визите должны распространяться. Мы с ним оба на это очень рассчитываем.

— Значит, мы отложили свои дела, чтобы нанести визит этому господину и досадить вашему отцу?

— Не только. Доктор Льюсис Синклер живет здесь рядом.

— Синклер? Он же в списке?

Джослин кивнул головой.

— Что ты собираешься с ним делать? — спросил тихо Ник.

— Как говорят, принимать меры, дружище Ник. Принимать меры. Не такие суровые, как он того заслуживает, но тем не менее все же меры. Да к тому же я все-таки должен начать поиски невесты и поговорить с Эллиотом о старике Эшере.

Он не посвятил Ника в свои безуспешные попытки отыскать загадочную мисс Гэмп.

Досада неудовлетворенного желания не проходила, его постоянно преследовал аромат лимона. Он страдал и отвратительно себя чувствовал от сознания, что впервые в жизни не добился, чего хотел. Такого с ним еще никогда не случалось. Это была пытка. Он стал вспыльчив и беспокоен. Поэтому посещение Эллиота, с которым он должен был переговорить по поводу политической поддержки Эшера, должно было как-то развеять и отвлечь виконта от его мыслей.