Дорин Малек - Влюбленная пленница

– Я вовсе не шучу, – продолжал Калид. – Деньги здесь, со мной.

– Зачем это? – наконец нашел в себе силы спросить Малик.

– Если мы поступим так, султан решит, что я не хотел платить выкуп и долго колебался, а уступил лишь настойчивым просьбам жены, – он улыбнулся. – Хорошо известно, что я люблю и балую ее, и султан прекрасно понимает подобные чувства.

Малик кивнул, лихорадочно обдумывая предложение.

– Я хочу исключить всякое подозрение в сговоре, – продолжал Калид, – а кроме того, есть и еще одно соображение, – он отпил глоток пива. – Султан созывает всех пашей на совет. Я надеюсь получить для Бурсы кое-какие концессии, и если султан будет думать, что я – твой должник, он отнесется ко мне с большим сочувствием.

– Не зря говорят, что Вы играете им, как захотите, – не в силах скрыть восхищение, заметил Малик.

– Приходится хитрить, Ага, – ответил Калид, называя Малика тем титулом, который тот привык слышать от своих товарищей. – Под его началом находятся отряды янычар, и он может в несколько дней сровнять с землей всю Бурсу. Люди смотрят на меня в надежде, что я смогу их защитить. Драться я отважусь только тогда, когда лишу Хаммида его личной армии и буду уверен в победе.

– Любой другой на Вашем месте уже давно уехал бы отсюда и жил в Лондоне, купаясь в роскоши, – задумчиво сказал Малик.

– Но я-то ведь не кто-то другой, – коротко и сухо возразил Калид.

– Где деньги?

– Здесь, – паша поставил на стол кожаную сумку. – Я отдаю их тебе сейчас как вклад в твое дело, ведь совсем скоро они могут понадобиться тебе.

– Почему? Что Вы имеете в виду?

– Вчера я получил весточку от одного из моих шпионов. Султан планирует налет на армянские кварталы Константинополя. Он подозревает тебя в сговоре с армянами.

– Когда это будет?

– В четверг, на заре. Если ты хочешь, чтобы твои союзники пережили этот день и смогли и дальше поддерживать тебя, пошли подкрепление накануне и дай им знать об опасности.

Малик взял сумку и поднялся.

– Когда мы выступим против султана, я предупрежу Вас заранее, чтобы Вы успели вывезти свою семью на запад.

– Когда вы выступите против султана, я буду с вами. Малик протянул руку, и Калид крепко ее пожал.

Глаза их встретились, и никто не отвел взгляд.

– Наверное, с Амелией хлопот не оберешься? – лукаво предположил Калид.

Малик кивнул, слегка улыбнувшись.

– С моей женой было то же самое, но игра стоит свеч, поверь мне. Береги ее.

Малик кивнул. Он все понял.

– Удачи тебе в четверг. Попозже я пришлю Махмуда и передам с ним, когда и где мы сможем встретиться, чтобы ты отдал мне девушку, – с этими словами Калид поднялся и вышел из кофейни.

Малик смотрел вслед могучей фигуре шаха, и чувствовал, как сильно и неровно бьется его сердце. А руки сами собой крепко сжимали бесценную сумку.

Ему доводилось слышать самые удивительные рассказы о паше Бурсы. Теперь он знал, что они не выдуманы.

Когда Малик вечером вернулся в лагерь, первым делом он отослал Матку из палатки и отпустил часовых. Эми с удивлением наблюдала, как он присел перед ней на корточки и вытащил из ножен кинжал.

Широко раскрыв глаза, девушка затаила дыхание.

Двумя сильными движениями он разрезал ее путы и произнес:

– Вставай!

Эми неуверенно поднялась, затекшие ноги не слушались ее. Малик протянул ей руку, и она тяжело оперлась на нее, ища поддержки.

– Мы пойдем гулять, – пояснил мужчина. Взгляды всех женщин в лагере сосредоточились на девушке, пока она проходила в сопровождении своего повелителя мимо костров, на которых варили пищу, мимо коновязи, мимо главного поста охраны – в лес, начинающийся сразу за лагерем. Пройдя совсем немного, они оказались на поляне, где упавшие стволы старых деревьев могли служить удобными диванами. Малик знаком предложил Эми сесть, а сам остался стоять рядом.

– С какой стати такая милость? – с недоумением поинтересовалась Эми, подняв вверх стертые, измученные веревками руки.

– Что ты сказала? – переспросил Малик. Очевидно, его английский все-таки не был совершенен.

– Почему ты снял веревки? – упростила вопрос девушка.

Мужчина посмотрел в землю, потом вновь перевел взгляд на Эми.

– Я встретился с твоим родственником, Калид-шахом, пашой Бурсы.

Эми с торжеством посмотрела на него.

– Правда? Как интересно! Я же говорила тебе, что не лгу.

– Но ты ни разу не упомянула его имени.

– Я не могла сразу вспомнить его.

– А я подумал, что ты просто искала еще один способ удрать.

– Ты даже слушать меня не хотел! – с негодованием прервала его Эми.

Малик поднял руку, пытаясь успокоить ее.

– Теперь это уже не имеет ни малейшего значения. Паша вернет тебя твоей семье через три недели.

Эми смотрела на него широко распахнутыми глазами, не в силах поверить услышанному.

– Больше тебя не будут связывать, потому что тебе уже незачем пытаться убежать. Я не собираюсь ни продавать тебя, ни каким-то образом вредить тебе. Калид-шах уже отдал мне все, что мне было нужно. Отныне тебе абсолютно ничего не угрожает. О тебе будут заботиться, до тех пор пока он не приедет и не заберет тебя.

– Так он уже заплатил?

– Да.

– Сколько?

– Зачем тебе знать это?

Эми подняла с земли щепку и принялась теребить ее в руках.

– Простое любопытство. Для тебя оказалось бы разочарованием и позором столько из-за меня вытерпеть и не получить того, на что рассчитывал.

– Сумма меня вполне устраивает, – кратко ответил Малик.

Эми промолчала.

– Ну? – поддразнил мужчина. – Я думал, что эта новость обрадует тебя.

– Я не очень верю твоим словам, – призналась Эми.

– Почему же?

– Почему? Ты удивлен? Такому правдивому человеку – и не верят? – в голосе Эми звучал сарказм.

– Что заставляет тебя не доверять мне?

– О, дай-ка подумать. Что бы это могло быть? Во-первых, твое прошлое; во-вторых, твое нынешнее занятие; твоя безупречная репутация; твое честное лицо…

– Ответь мне серьезно!

– Ты спокойно можешь принять от Калида деньги, а потом продать меня. К тому времени, как он появится здесь, я буду уже где-нибудь очень далеко, а ты получишь двойную плату за одну заложницу.

– Судя по всему, он доверяет мне.

– Не могу понять, с какой стати.

– Я человек слова.

Девушка, не удержавшись, фыркнула.

– Что это? Честь среди воров? Или вас называют похитителями? Ах, прости, ты же называешь себя Ага – народный герой?

– Мы называем себя людьми, которые хотят быть свободными.

– Ах, пожалуйста! – Эми встала и сжала руки в кулачки. – Хоть раз скажи мне правду! Почему все-таки Калид отдал тебе деньги сейчас, а не тогда, когда ты меня освободишь? Разве обычно делается не так? И почему он приедет за мной только через три недели? Что-то стоит за этим, Малик, и я хочу знать, что именно!