Кэтрин Смит - Заманчивое предложение

Рейчел усмехнулась. Он не устоял перед искушением и выпил вторую бутылку, оставленную Поттсом, поэтому не поднялся в комнату матери, чтобы сорвать на ней гнев.

– Скоро мы от тебя избавимся, – прошептала Рейчел.

Все еще улыбаясь, Рейчел закрыла дверь и торопливо поднялась по лестнице. Она провела детство в доме, где всегда звучал смех, и тишина Талливуда пугала ее, хотя она и не верила в привидения.

Уикс-Энд был тоже тихим домом, но это было поправимо, если позвать гостей. Брейв уже согласился устроить через неделю импровизированную вечеринку в честь помолвки, как только состоится первое оглашение. Несмотря на отсутствие заблаговременного уведомления об этом событии, никто не откажет графу и не упустит возможности посплетничать насчет такой спешки. Можно было не сомневаться в том, что весь приход сочтет причиной этого либо желание замять какой-то скандал, либо стремление заключить брак по любви.

Рейчел помедлила, остановившись на верхней площадке. Как было бы чудесно, если бы они заключили брак по любви, а не из чувства долга! Конечно, она хотела забрать свою мать у сэра Генри, а Брейв решил ей помочь, но разве не было бы великолепно выйти замуж по любви?

Возможно, ей не суждено выйти замуж по любви, но умирать старой девой она не хотела. И вообще не хотела умирать, а это вполне может случиться, если сэр Генри узнает, что она затеяла.

«Я не допущу, чтобы сэр Генри вновь поднял руку на тебя или твою матушку», – вспомнились ей слова Брейва. Достать луну с неба он ей не пообещал. Да и к чему?

Рейчел, практичная по натуре, не была настроена романтически. Брейв не клялся ей в любви, хотя и не отрицал, что его влечет к ней. Рейчел тоже влекло к нему. Чем еще можно было объяснить трепет, который охватывал ее, когда он был рядом.

Девушка направилась в спальню матери. Ей не хотелось будить ее, но надо было рассказать о предстоящем бракосочетании с Брейвом.

Мать сидела в постели и читала при свете свечи.

– Испортишь глаза, – с улыбкой произнесла Рейчел.

– Я боялась заснуть, пока ты не вернешься домой, – сказала Мэрион, отложив книгу.

– Как ты узнала, что я ушла?

– Мне сказал Поттс. – Мать с болью посмотрела на распухшее лицо дочери. – Тебе стало небезопасно находиться в этом доме, Рейчел.

Усевшись на краешек кровати, Рейчел накрыла своей рукой руку Матери.

– Мы скоро покинем этот дом, мама. – Глаза Мэрион испуганно округлились.

– Что ты ему сказала?

– Ничего такого, о чем oн сам бы не догадался. – Она взяла в руки книгу, которую читала мать. – «Гордость и предубеждение».

– Я читаю ее с большим интересом. Так что ты сказала Брейву?

Рейчел посмотрела матери прямо в глаза.

– Я сказала ему, что сэр Генри бьет тебя и пытается принудить меня выйти замуж за лорда Чарлтона.

– Не может быть! – воскликнула Мэрион. – Как ты могла, Рейчел?

Черт бы побрал эту смехотворную гордость ее матери!

– А ты бы хотела, чтобы я сидела сложа руки и позволила сэру Генри избивать нас обеих? Или продать меня первому попавшемуся мерзавцу, который предложит более высокую цену? Тебя, возможно, это устраивает. Меня – нет! – Рейчел произнесла это резким тоном и тут же сменила его на мягкий: – Брейвен намерен помочь нам освободиться от сэра Генри.

– Каким образом? – Мэрион задала этот вопрос таким безнадежным тоном, что Рейчел захотелось рассказать ей все, что они запланировали, но она не осмелилась сделать это из опасения, что сэр Генри что-то заподозрит и попытается выбить из матери правду. Она решила сказать ей лишь то, что было необходимо знать.

– Он предложил мне выйти за него замуж.

– Выйти замуж?

– Он предложил защитить нас своим именем, мама. Это будет брак по расчету.

Мэрион покачала головой:

– Замужество не игра, Рейчел.

– Только не читай мне нотаций. Я знаю, ты надеялась, что в конце концов я выйду замуж по любви, но ведь сэр Генри намерен продать меня виконту Чарлтону еще до конца этого месяца.

Мэрион охнула.

– Он этого не сделает!

– Он уже получил у Чарлтона деньги. К тому же присвоил наследство, которое мне оставил отец.

Ошеломленная, мать молча уставилась на нее.

– Мы теперь можем от него уехать. Мы должны это сделать.

Мэрион опустила глаза.

Неужели мать не понимает, что все это значит?

– Я намерена выйти замуж за Брейвена, мама. Хочу начать новую жизнь. И избавить тебя от этого чудовища. – Рейчел сделала глубокий вдох. – Я десять лет наблюдала, как ты умираешь, и больше не желаю этого видеть. – Она надеялась, что слова ее звучат убедительно. Оставить мать одну она не могла даже ради собственной свободы.

На глазах Мэрион блестели слезы. Рейчел стиснула зубы, опасаясь, что и сама расплачется.

– Генри не всегда был таким, – прошептала мать. – В течение нескольких первых лет он был внимательным супругом. Ты это помнишь? Он был тогда таким милым. Я и не подозревала, что он может быть другим. А если бы знала, то никогда бы не вышла за него замуж.

Рейчел помнила. Как муж и как отец сэр Генри оставлял желать лучшего, но пока он ухаживал за матерью, он делал вид, что хорошо относится к Рейчел. Все это прекратилось сразу же после свадьбы. Хорошее отношение к Мэрион продлилось несколько дольше.

– Позволь мне сделать это для тебя, – уговаривала Рейчел мать. – Позволь мне спасти тебя.

Когда погиб отец, Рейчел была слишком мала, чтобы воспрепятствовать браку матери с сэром Генри, но теперь она в состоянии спасти ее.

Холодные пальцы с любовью погладили ее по щеке.

– Ты так похожа на своего отца, – сказала Мэрион.

У Рейчел защипало глаза. С годами она все чаще слышала эти слова.

– В чем же?

– В тебе есть его сила духа, – тихо сказала мать. – Его решительность. Ничто не могло ему помешать выполнить задуманное.

Как ни пыталась, Рейчел не смогла скрыть привычную горечь.

– Жаль, что ему не пришло в голову обеспечить тебя после своей смерти. Тогда мы не оказались бы в подобной ситуации.

– Не говори так об отце, – с укоризной произнесла мать.

– Почему? Я любила отца не меньше тебя, но, не будь он таким легкомысленным и бесшабашным, тебе не пришлось бы выходить замуж за сэра Генри. Мы прожили бы и одни. – Она не простила отцу того, что он не обеспечил мать, и эта рана вновь открылась теперь, когда она узнала, что он не принял никаких мер, чтобы защитить то, что он оставил ей.

Мэрион строго взглянула на дочь:

– Твой отец никогда не был легкомысленным. А тебя он буквально обожал. Он любил нас обеих больше, чем жизнь. Как ты смеешь забывать об этом?

У Рейчел дрожала нижняя губа, но гнев не позволял ей остановиться.