Джейн Фэйзер - Жемчужина гарема

– Нет, – коротко отказался Кит. – Я обещал прийти к леди Сэйл.

– Что-то на тебя не похоже, – заметил Бернс. – Льстецом заделался? Загордился, а?

Кит засмеялся, но сам почувствовал, что это прозвучало неискренне.

– Уж тебе-то, Бернс, следовало бы лучше знать меня.

– Так точно. – Бернс проводил гостя к парадной двери. – Ну, когда сочтешь, что уже заплатил долг обществу, приходи к нам. Ночь-то длинная. И ты должен дать мне шанс отыграться.

– Две сотни гиней, насколько я помню, – сказал Кит, невольно втягиваясь в ритм своей прежней жизни. – Пустяки! Но если вы будете играть в макао[10] – я с вами.

– Значит, до вечера.

Кит возвращался в военный городок, язвительно думая о том, как быстро ожили в нем старые привычки. А что толку отстаивать истину, если все ее отрицают? Не в его силах изменить мнение тех, кто принимает решение. Киту это продемонстрировали весьма болезненным и унизительным для него способом. И как, черт возьми, он собирается вернуть Аннабель Спенсер в ее родные пенаты? Сущая глупость! Спесивец, издеваясь над другими, он забыл, что и сам не менее смешон. Как же, решил атаковать крепость Акбар-хана и увезти оттуда леди, перекинув ее через луку седла!

Столь преданный в любви и столь бесстрашный в бою… Свет не видел рыцаря, подобного юному Лочинвару.

Эти слова звучали как насмешка над романтическими фантазиями Кита, хотя сэр Вальтер Скотт, очевидно, не вкладывал в свою легенду никакой иронии. Но почему-то здесь, в этой ловушке, со всех сторон окруженной горами, они звучали неубедительно. Цинизм вновь расцвел пышным цветом, и Кит почти безропотно скользнул под его защиту. Это было привычное и спокойное убежище, в котором можно скрыться от горьких самооценок.

– О, лейтенант Рэлстон, вы опять проиграли! – Это заявление сопровождалось ребячливым хихиканьем.

Кит отсутствующим взглядом смотрел на свои карты и те, что лежали на столе. Его мысли блуждали так далеко от гостиной леди Сэйл, что уже в третий раз за этот бесконечный вечер он упустил взятку. Кит разочарованно тряхнул головой, но попытался ответить спокойно.

– Очень глупо с моей стороны, мисс Дрэйтон. Не представляю, как я мог забыть. – И он положил в банк полсоверена.

У леди Сэйл играли только на низкие ставки, и сейчас Кит, пребывающий в состоянии отрешенности, был ей за это благодарен. Он с иронией подумал, что при неограниченных ставках мог бы проиграть целое состояние.

– А я думала, что вы заядлый картежник, – поддела его Милли Дрэйтон, хлопая редкими ресницами, обрамлявшими тусклые глаза. – О вас ходят легенды.

Внезапно Кит понял, что больше не в состоянии терпеть общество этой жеманной дуры, и отодвинул свой стул.

– Не знаю, где вы могли получить столь ложное представление обо мне, – сказал Кит, даже не пытаясь скрыть, что изнывает от скуки. – Прошу прощения…

Он отвесил поклон всем сидящим за столом, притворившись, что не замечает изумления и обиды на лице Милли, и отправился на поиски хозяйки. Конечно, девушка не виновата. Она жертва воспитания, ее тщательно натаскивали для единственной цели, к которой должна стремиться женщина, – удачно выйти замуж. Милли открыто заигрывала с любым подходящим претендентом. А вот Кит последние восемь лет преследовал женщин, прибегая к разным уловкам, и испытывал злобное удовольствие от такой охоты. Но по некоторым причинам теперь это занятие утратило свою прелесть.

– О, Кит, неужели вы покинете нас так быстро? – Леди Сэйл подняла голову от вышивки. Она сидела в кругу матрон, погруженных в то же самое занятие. – А я думала, что вы, молодые люди, потанцуете хотя бы немного. Уверена, миссис Беннет с удовольствием поиграет на фортепьяно. – И она кивнула жене престарелого полковника – ничем не примечательной скучной леди, которая поспешила заверить хозяйку, что готова предоставить свои услуги молодежи. – Да, разумеется, – отрезала леди Сэйл, которой и в голову не приходило, что кто-то может с ней не согласиться. – Я велю Гуляму Нааби закатать ковер.

– С радостью остался бы, – гладко соврал Кит, – но, к сожалению, мне нужно вернуться в полк.

– Так поздно?

– Еще нет десяти, мэм. Я должен получить распоряжения на утро.

– Ну что ж, не можете остаться – значит, не можете. – И леди Сэйл, не обращая внимания на оправдания Кита, отпустила его взмахом руки.

Кит поцеловал ей руку и с легким сердцем вышел на улицу. Ночной воздух был пронзительно холодным, на небе ярко сверкали звезды, подмерзшая земля похрустывала под ногами. Кит шагал по окутанному тьмой военному городку, занятый мыслями о пунше, об игре в макао и спокойном вечере в компании друзей-единомышленников.

Его появление вызвало у Бернса неудержимый восторг. Красное лицо, налитые кровью глаза и обильные словоизлияния – все это свидетельствовало о бурно проведенном вечере. В задней части дома, в библиотеке, тонувшей в клубах дыма, Кит нашел шестерых своих приятелей, которые были примерно в таком же состоянии, как и хозяин. Они развалились в креслах, расстегнув кители и вытянув ноги к камину. На Кита обрушился поток радостных приветствий.

– Давненько не виделись, дружище, – сказал капитан Мэркхем, склонившийся над чашей с пуншем. – По-моему, ты должен был вернуться из разведки еще неделю назад. – Он зачерпнул горячий ароматный напиток, налил его в стакан и передал новому гостю.

– Да… Спасибо, Боб. – Кит сделал изрядный глоток. – Так-то лучше. Будь я проклят, ради одного этого запаха стоило удрать от леди Сэйл.

– А что ты там делал? – спросил другой приятель, прикуривая от свечки маленькую сигару. – Обычно ты не ухаживаешь за пожилыми дамами.

Общий смех был ответом на эту неопровержимую истину. Кит расстегнул верхнюю пуговицу мундира и рухнул на кушетку.

– Леди Сэйл – подруга моей матери. Я не мог ей отказать. – Он состроил гримасу. – Она просила поухаживать за малышкой Милли Дрэйтон… Скучнейшая девчонка.

Один из друзей понимающе кивнул: разумеется, нельзя пренебрегать своими обязанностями по отношению к подругам матери.

– Кит, так почему же ты задержался в разведке? Или афганскую малышку встретил?

Это предположение вызвало новый взрыв хохота, так как звучало абсурдно. Разве такое возможно, когда несешь патрульную службу в горах?

Кит мечтательно закрыл глаза: под воздействием крепкого напитка по телу его разлилось тепло, мышцы ног расслабились, а в голове слегка зашумело.

– Нет… не совсем так. Но, друзья мои, сейчас я расскажу историю, в которую вам трудно будет поверить.

Рассказ получился длинным, потому что Кит умолчал лишь о ночи, проведенной с Айшой. Зато пылко говорил об Акбар-хане, о бузкаши и особенно о своей твердой решимости вернуть Аннабель Спенсер обратно, к людям ее расы. Речь Кита становилась все более страстной по мере того, как бдительный хозяин снова и снова наполнял его стакан.