Джил Грегори - Всегда ты

— Не время устраивать сцены, Мелора, — произнес он. Словно в подтверждение его слов, сильный порыв ветра поднял в воздух столб песка и пыли и, закружив вокруг всадников, бросил им в лицо, обжигая, словно укусы москитов, — Городишко, в который я везу тебя, даже близко не похож на цивилизованный и законопослушный Рохайд. И если у тебя достаточно ума, ты будешь вести себя благоразумно и не станешь вступать ни с кем в разговоры. Здесь нет ни одного полицейского участка на тридцать миль вокруг, — предупредил он, прищурив глаза. — Этот город полон таких же бродяг, как наши друзья — Стронг, Ломакс и особенно Джеро. Никто из них не станет тебя слушать и не поверит ни одному слову из рассказанной тобой презабавной истории о таинственном похищении…

— В этом нет ничего забавного, черт тебя возьми. Это сущая правда!

— А вот это уже никого не интересует. Или ты думаешь, что кто-то из них захочет подставить ради тебя свою шею? Дошло наконец?

— Вполне, — огрызнулась Мелора, дерзко вскидывая подбородок. — Я не тупая.

— Так докажи это, — резко сказал он. — Пошли.

— Нет. — Мелора надула губы. — Я никуда не пойду до тех пор, пока ты… О! Кэл, что ты, черт возьми, делаешь?

Недолго думая, Кэл схватил девушку в охапку и посадил перед собой на коня. Одной рукой он крепко обнял ее за талию, другой подхватил поводья ее лошади.

— Если ты думаешь, что я стану терять время в бессмысленных спорах с тобой, Принцесса, то сильно заблуждаешься.

Он пустил Раскла галопом, и конь понес их через липовую рощу, подгоняемый первыми тяжелыми каплями дождя.

Возмущенная до глубины души бесцеремонным обращением, Мелора все же нашла в себе силы придержать язвительные возражения, готовые сорваться с языка. «Зачем? — думала она. — Что в них толку?» Кэл был слишком раздражен, упрям и самонадеян, чтобы внять доводам рассудка.

Неожиданно для себя девушка снова почувствовала острый приступ ненависти. Ярость с новой силой выплеснулась наружу.

Но больше всего в тот момент она мучилась от их вынужденной близости. Крепкие руки уверенно обхватили ее талию. Необыкновенная сила, исходившая от Кэла, его мужской мускусный запах, создавали какую-то неповторимую ауру. Девушке казалось, что при соприкосновении с его телом она ощущает покалывание, похожее на электрический разряд. Ее сердце бешено колотилось, а щеки горели огнем.

«Будь ты проклят, Кэл».

Городишко как две капли воды был похож на то, что так скупо живописал Кэл. Он состоял из нескольких наскоро сколоченных и выходящих фасадом на центральную улицу зданий — по большей части питейных заведений или публичных домов — с изуродованными ставнями и кособокими окнами. Когда Кэл и Мелора въехали на улицу, какой-то косоглазый человек, праздно стоявший у входа в лавку, явно оживился, уставившись на них с подозрением и нескрываемым интересом, Мэлора, сильно смущенная этими пристальными, дикими взглядами, вдруг впервые обрадовалась тому, что находится под надежной защитой Кэла.

«Что в этом такого? — сказала она себе, пытаясь как-то оправдаться. — У него есть пистолет, у тебя — нет. Будь ты вооружена, то и глазом бы не повела в сторону этого сброда».

Хотя в душе она понимала, что в таком месте, как Дьявольская Бухта, даже пистолет не принес бы ей душевного равновесия, — уж больно отталкивающим был этот городок. Дух беззакония, жестокости и насилия буквально витал в воздухе, пропитывая своим тлетворным влиянием пыльные улочки и даже сорную траву, растущую у обочины. Он зловеще поскрипывал в прогнивших деревянных тротуарах и грохочущих при каждом порыве ветра кособоких ставнях. Вид этой мрачной картины неосознанно заставил Мелору прижаться спиной к широкой груди Кэла, чтобы почувствовать себя защищенной.

Всадники остановились перед уродливым двухэтажным строением, которое, казалось, никогда не знало лучших времен. Желтоватая надпись над входом гласила: «Городская гостиница».

Войдя внутрь, Мелора тревожно огляделась. Многолетняя грязь коркой покрыла обшарпанные, некогда окрашенные в зеленый цвет стены вестибюля; на ступенях, ведущих к номерам, отсутствовали ковровые дорожки, которые были обязательным атрибутом мало-мальски приличных гостиниц; обеденный зал, расположенный справа от входа, выглядел столь неприятно, что в него и входить не хотелось, не говоря уж о том, чтобы пообедать.

Мелоре не составило большого труда мысленно дополнить картину, вообразив влажное постельное белье и убогое убранство комнат.

«Во всяком случае, это лучше, чем провести ночь под открытым небом наедине с бушующей стихией», — благоразумно заметила она, с тревогой прислушиваясь к раскатам грома.

Прежде чем выдать Кэлу ключ от номера, здоровенный, устрашающего вида портье ударом мощного кулака раздавил на конторке муху.

— Комната двести три, — пророкотал он. — С вас два доллара. Плата вперед.

Громила немного смягчился, когда Кэл извлек несколько банкнот и протянул ему, с непоколебимым спокойствием глядя в его налитые кровью глаза.

— Желаю хорошо провести время в Дьявольской Бухте, — мрачно бросил он вдогонку, когда Кэл и Мелора начали подниматься по лестнице.

В этот момент какой-то крепкий детина с клетчатым платком на бычьей шее, одетый в потертые штаны из оленьей кожи и черную кожаную куртку, вихрем ринулся навстречу им, перепрыгивая через две ступеньки, и чуть было не сшиб Мелору. Кэл вовремя успел оттащить ее в сторону, ловко поймал парня за руку, когда тот уже миновал их, и сдержанно отчитал его:

— Надо быть осторожнее, мистер. Вы чуть было не сбили мою жену.

— Ну и? — с вызовом произнес ковбой.

— Думаю, вам следует извиниться перед ней.

Детина дерзко хохотнул. Он выглядел так, словно собирался произнести нечто непристойное, но вдруг осекся, с тревогой вглядываясь в худощавое каменное лицо Кэла. По-видимому, то, что он увидел в холодных зеленых глазах, заставило его умерить свой пыл. Откашлявшись, парень осторожно взглянул на Мелору.

— Простите, мадам.

— Вот так-то лучше, — произнес Кэл, с отвращением отпуская парня, и, подав Мелоре руку, помог подняться наверх.

— Мне казалось, ты ратовал за то, чтобы мы вели себя тихо и не ввязывались в неприятности, — ехидно заметила Мелора, как только они вошли в крохотную, пропахшую плесенью. комнатку.

Кэл пожал плечами, и лукавая улыбка на мгновение мелькнула на его лице.

— Я говорил, что ты должна держать язык за зубами, — напомнил он, оглядывая закопченную и тускло освещенную комнату. — Что до меня, то мне никогда не удавалось обходить неприятности стороной.

— Мне тоже. Взгляни на меня.

— А стоит ли? — растягивая слова, произнес Кэл, привычно цепляясь большими пальцами рук за ремень и пристально разглядывая Мелору из-под низко надвинутой широкополой шляпы. Ему вдруг захотелось немного поизводить ее. — Теперь ты даже близко не напоминаешь то неземное создание в прелестной легкой ночной сорочке, которое я вынес из спальни.