Барбара Смит - Невинная грешница

— Это моя вина. Я поступил как… идиот, а теперь за это расплачивается Эли.

Усевшись в кресло напротив, Дрейк скрестил ноги. Он невольно проникся родственными чувствами к молодому графу. Теперь — к своему шурину.

Своего единокровного брата Дрейк видел вблизи всего однажды — двухлетний херувим ковылял к отцу. И какая гордость была на лице Хейлстока. Интересно, испытывает ли он чувство гордости сейчас, когда его наследник стал калекой?

Сделав глоток бренди и совершенно не ощутив вкуса, Дрейк взглянул на Джеральда.

— Что сделано, то сделано, — сказал он. — Не терзайте себя за ту нашу игру.

Молодой человек потупился.

— Но только малодушный негодяй станет рисковать домом матери и счастьем сестры. Я был идиотом, рассчитывая выиграть лишь потому, что имел на руках два туза.

Дрейк в тот вечер знал карты Джеральда. Не потому, что мошенничал, а потому, что все рассчитал. Граф же, как и большинство неопытных игроков, надеялся на везение, на то, что фортуна повернется к нему лицом.

Тут Дрейк поднялся с кресла и подошел к сверкающему письменному столу красного дерева. Он извлек из верхнего ящика бумагу и бросил в огонь. Расписка «Я вам должен» съежилась и почернела, затем превратилась в пепел.

— Ну вот, теперь вы ничего мне не должны. Долга в двадцать тысяч гиней больше не существует.

— И все же я негодяй, — проворчал Джеральд.

— Вздор. Алисии и леди Элинор будет здесь хорошо. Вам не в чем себя винить.

— Алисия должна была иметь выбор. Для женщин очень важна любовь.

— Женщины испокон веков выходили замуж из-за денег. Наш случай такой же. — Джеральда, похоже, эти слова не убедили, но Дрейк понимал, что спорить бесполезно. Сейчас, когда она безраздельно принадлежала ему, у него были другие заботы. — Граф, чем вы намерены теперь заняться?

Джеральд пожал плечами.

— Возможно, займусь коммерцией. — Поставив бокал на столик, граф поднялся и оправил сюртук. — Жилье найду где-нибудь в другом месте. Я прошу позволить мне задержаться в доме на несколько дней, чтобы я смог собраться.

— Милорд, садитесь. У меня нет намерения выгонять вас из дома Пембертонов. — Джеральд насупился.

— Пусть мои карманы пусты, но я не приму вашей милостыни.

— Иного я и не ожидал от вас. — Немного помедлив, Дрейк проговорил: — Если вы не против, приходите завтра в мой игорный дом. Полагаю, вы сумеете поправить свое материальное положение.

Глава 9

Четыре дня спустя Алисия расхаживала по гостиной шикарного особняка на Гросвенор-сквер, а тем временем напыщенный дворецкий отправился узнать, дома ли ее светлость. Слишком нервничая, чтобы сесть в одно из многочисленных кресел, Алисия довольно долго мерила шагами комнату, разглядывая изящные фарфоровые статуэтки на столах и беломраморной каминной доске. Наконец, остановившись у окна, стала смотреть в сад.

Обычно Алисия ожидала в экипаже, пока ее слуга вручал дворецкому одну из недавно отпечатанных визитных карточек. Но на сей раз она не стала дожидаться в карете — опасалась, что в таком случае хозяйка откажется ее принять.

После свадьбы Алисия составила список наиболее уважаемых в обществе дам. Она уже навестила многих знакомых, но пока что никто не пожелал ее принять. Причина же была предельно ясна. Никто не хотел иметь дела с женой вышедшего из низов игрока. И с дочерью сошедшей с ума графини.

Однако на сей раз от нее так просто не отделаются. На сей раз она так просто не уйдет — непременно постарается встретиться со своей бывшей подругой.

Тут послышались шаги, и Алисия, отвернувшись от окна, повернулась к двери, ожидая увидеть слугу с сообщением об отказе. Однако увидела входящую в гостиную молодую женщину. Свою бывшую подругу Сару. Герцогиню Федерстоун.

Алисия на мгновение замерла от неожиданности — Сара очень изменилась. В уголках рта обозначились складки, а глаза, когда-то веселые, теперь выражали грусть. К тому же ее стройную фигуру облегало черное платье, а на темных волосах была вдовья шляпка.

Поспешив ей навстречу, Алисия не сразу вспомнила о необходимости сделать реверанс.

— Прошу простить меня за вторжение, ваша светлость. Я не сообразила, что вы в трауре.

— Нет нужды извиняться. Уже почти год прошел с того времени, как почил Тимоти. — Ее муж умер. Высокий, статный и всегда веселый…

Попытавшись изобразить улыбку, Сара указала на кресла вблизи окон:

— Садись, мы можем непринужденно поговорить в ожидании чая.

Впрочем, сдержанные манеры герцогини никак не располагали к непринужденности. Расположившись в шезлонге с высокой спинкой, Алисия подумала о том, насколько же они обе изменились за последние пять лет;

Когда-то они были неразлучными подругами — мечтательными девушками, которые радовались своему первому сезону. Они хихикали над незадачливыми кавалерами и обменивались секретами, но потом… Потом Алисия влюбилась в блистательного герцога Федерстоуна. И как-то раз, в один роковой вечер, застала Сару, целовавшуюся с ним в темном саду. После этого подруги стали соперницами. Когда же Алисия узнала об их обручении, она долго и горько рыдала и упорно отказывалась принимать Сару, даже уехала из Лондона накануне их венчания.

Сейчас эти переживания юности показались Алисии смешными и даже нелепыми. Ведь она, в сущности, не любила герцога Федерстоуна. А вот Сара действительно потеряла любимого мужа,

Расположившись в шезлонге, герцогиня проговорила:

— Странно, что ты вдруг решила навестить меня через столько лет.

— За эти годы я ни с кем не встречалась, — пробормотала Алисия. — Ведь папа умер вскоре после твоей свадьбы… Ах, Сара, я так сожалею о том, что произошло между нами. Я вела себя недостойно, мне следовало быть более любезной. Ты можешь меня простить?

Сара пожала плечами.

— Прошлое уже не имеет никакого значения. Если это все, что ты хотела сказать… — Было очевидно, что герцогиня не расположена вспоминать о прошлом.

Однако Алисия решила довести дело до конца — у нее не было выбора. Заставив себя улыбнуться, она проговорила:

— Ах, Сара, я так часто вспоминала о тебе. И очень рада снова видеть тебя. Как поживают твои родственники?

— Мои родители чувствуют себя хорошо, хотя они предпочитают покой Оксфордшира городской суете.

— А как твой старший брат?

— Он теперь женат, его сыну на год меньше, чем моему.

— У тебя есть сын? — Алисия вдруг почувствовала острый укол зависти. Ей никогда не придется баюкать собственного сына. Она не предусматривала этого, когда заключала договор с Дрейком.

— Уильяму сейчас четыре года, и он весьма серьезный ребенок. — Сара невольно улыбнулась. — Должна сказать, мне повезло, что я родила Федерстоуну наследника. Мне было бы не по душе, если бы скаредный кузен Тимоти унаследовал титул.