Кейтлин О'Райли - Грешная ночь

Вдруг лодка Джексона перевернулась, и все трое попадали в озеро. С замершим сердцем Эйдан увидел, как сидевшую на носу Вивьен выбросило далеко за борт, в то время как Хелен и Харлоу накрыла перевернувшаяся лодка.

Сестры Этвуд принялись истошно вопить, а Грегори уже нырнул в воду и поплыл в сторону своего незадачливого соперника. Эйдан и Джордж кинулись к своей двухместной шлюпке и тоже помчались к месту аварии, а Гарри и Уэсли последовали их примеру. Эйдан греб так быстро, как только мог. Как он и планировал, его лодка сначала поравнялась с Вивьен.

– Иди и спасай других. Я вытащу ее! – крикнул Эйдан Джорджу, скидывая сюртук и ныряя в озеро.

Оказавшись в ледяной воде, Эйдан тут же увидел перед собой Вивьен, окруженную облаком белой и розовой материи своего платья. Она была похожа на сорванный весенний цветок, плавающий на поверхности озера. Эйдан помнил, что Вивьен была отличным пловцом. Но сейчас, в этой холодной воде, в намокшем платье, которое тянуло ее вниз, Вивьен приходилось прикладывать немало усилий, чтобы остаться на плаву.

– С тобой все в порядке? – спросил он, когда добрался до нее.

– Эйдан? – удивленно выдохнула Вивьен, смотря на него округлившимися глазами.

– Держись за меня, – приказал он, обхватывая одной рукой ее за талию и притягивая к своей груди. – Ты в порядке, Вивьен? – повторил он еще раз, на этот раз более нежным тоном, рядом с ее ухом. Его губы слегка коснулись ее мокрой щеки.

Вивьен молча кивнула. Эйдан обрадовался, что она не пострадала, но ему было понятно, что теперь предстояло самое главное – поскорее вытащить ее из холодной воды. Он поплыл с ней в сторону его лодки. Затем Эйдан поднял ее за талию и помог перебраться через борт, а потом перелез туда сам, стараясь при этом сделать все так, чтобы не перевернуть еще и эту лодку.

Когда они оба перевели дух, Эйдан увидел, что Джордж и Грегори опустили бьющуюся в истерике Хелен обратно в синюю лодку, которую уже вернули в нормальное положение. Недалеко от них Уэсли и Гарри затаскивали обмякшее тело Харлоу в другую лодку. С его лба текла кровь, и он был без сознания.

– Что тут такое произошло? – изумленно воскликнул Эйдан. Он был настолько поглощен спасением Вивьен, что практически забыл о Хелен и Харлоу.

– Я думаю, что их лодка наткнулась на тот большой валун, – объяснил Грегори, указывая на темную форму в озере. – Ты видишь его? Он едва поднимается над водой. Я заметил его за секунду до того, как в него врезалась лодка, но было слишком поздно. Они шли слишком быстро. Похоже, Харлоу ударился головой о камень, судя по ране на его голове.

К счастью, лодка не сильно пострадала, и потому было решено, что она сможет доставить людей обратно на берег. Харлоу лежал в лодке, которую повел Джордж, а Уэсли тем временем перебрался к обезумевшим от страха сестрам Этвуд – единственным, кто к этому моменту оставался совершенно сухим. Эйдан увидел, как Грегори пытается успокоить рыдающую Хелен, которая, за исключением того, то была мокрой, нисколько не пострадала. Их лодку медленно вел к берегу лорд Гарри. Эйдан не мог не восхититься спокойствием Вивьен, особенно если сравнить ее поведение с истерикой Хелен. Они обе оказались бесцеремонно выброшенными за борт, но Вивьен отнеслась к этому с необычайным самообладанием.

Лодки поплыли обратно к пристани, и Эйдан с Вивьен остались наедине. Эйдан смотрел на нее. Ее маленькая соломенная шляпа осталась плавать в озере, и длинные пряди черных мокрых волос окаймляли ее изящное лицо, на котором искрились капельки воды. Ее красивое бело-розовое платье прилипло к ней, подчеркивая каждый соблазнительный изгиб тела. Лиф спереди был разорван, и в разрезе виднелись кремовые полушария грудей.

Вивьен была похожа на ожившую нимфу, прекрасную и утонченную. Больше всего Эйдана поражало то, что Вивьен явно не осознавала, насколько соблазнительно она сейчас выглядела, какие чувства в нем будила. Вдруг в его сердце вспыхнуло желание сжать ее в своих объятиях. Ему хотелось осушить языком каждую капельку воды на ее щеках, на розовых губах, шее, груди... Боже правый, ему хотелось поцеловать ее и вчера вечером тоже. Вивьен всегда имела над ним такую власть, и даже холодные воды озера не смогли потушить жар его тела.

– Разве нам не надо плыть назад? – спросила Вивьен. Она обвила себя руками, пытаясь согреться, не зная о том, что ее грудь от этого еще больше обнажилась.

– Конечно, – коротко ответил Эйдан, удивленный тем, что вообще смог что-то произнести. Он снял с себя мокрую рубашку и остался с голой грудью. Но пусть лучше он, чем Вивьен. Бросив последний голодный взгляд на разорванный лиф ее платья, Эйдан подал ей рубашку и проговорил:

– Может быть, ты захочешь накрыться.

– Ох! – в ужасе сорвалось с ее губ, когда Вивьен опустила взгляд вниз и поняла, куда он смотрит. Она взяла рубашку и накинула на себя, придерживая спереди рукой. Поскольку белая хлопковая материя была совсем мокрой, она стала почти прозрачной, и потому от нее практически не было толку. Но во всяком случае рубашка хотя бы давала ей видимость того, что она прикрыта.

– Спасибо, Эйдан, – пробормотала Вивьен.

– Не за что, – кивнув головой, ответил Эйдан. Он взял весла, но продолжал смотреть на нее. – Ты уверена, что с тобой все в порядке?

– Да. Просто мне холодно.

Эйдан начал грести к пристани. Он только сейчас осознал, насколько устал. Поднялся небольшой ветер, и на глади озера появилась рябь. Весла с плеском входили в воду, и это был единственный звук в наступившей вдруг неловкой тишине. Эйдан не знал, как выразить то, что постоянно крутилось у него в голове со вчерашнего дня. Он знал, что должен сказать что-то. Простые правила приличия требовали, чтобы он сказал Вивьен хоть что-нибудь. Он знал ее дольше, чем любого другого человека. Она заслуживала хотя бы выражения сочувствия. Сейчас было самое подходящее время – они были наедине.

– Вивьен?

– Да? – Она подняла на него свои синие глаза.

Если он и дальше будет продолжать смотреть в них, то забудет обо всем и сделает что-нибудь очень глупое. Эйдан сглотнул и постарался отвести взгляд.

– Мне очень жаль насчет твоего отца. И Агги тоже.

На ее лице появилось выражение глубокого горя. Рана от потери была еще слишком свежа. На одно короткое мгновение он пожалел, что заговорил об этом, поскольку упоминание о смерти близких людей явно причиняло ей боль.

– Благодарю, – прошептала она.

– Вчера мне сказали об этом Джордж и Грегори.

Вивьен ничего не ответила, не сделала попытки продолжить разговор. И все же Эйдан не смог молчать:

– Я всегда восхищался твоим отцом. И ты знаешь, что я также любил Агги. Она была для меня роднее моей собственной бабушки.