Черил Портер - Время любви

Но Смайли продолжал мяться у двери, старательно отводя взгляд.

Глория сделала вид, что сердится.

– Вы что, пустили здесь корни, Смайли? Мне нужно заниматься пирогами. И еще меня ждут расчетные книги и стирка. Идите же, Бидди не кусается.

– Да, мэм. – Старый управляющий показал пальцем в сторону двери, открывавшейся в коридор. – Мне туда?

Глория кивнула:

– Да. Крикните, и она отзовется.

Смайли тяжело вздохнул и пересек кухню. Он двигался с такой неохотой, как будто за углом его ждала веревка палача.

Глория рассмеялась и покачала головой. Но в следующий миг она сморщила нос и принюхалась. «Как будто что-то горит?» Горит! Она бросилась к печи. Начинка для орехового пирога издавала резкий запах горелого. С пронзительным воплем Глория схватилась за подол фартука, чтобы снять чугунок с огня. Разозлившись на себя, она так сильно грохнула им о стол, что остатки темного содержимого выплеснулись наружу, образовав вонючую лужу.

С трудом сдерживая слезы, Глория и сердцах пнула ногой стул и прошипела:

– Да будь оно все трижды проклято, черт побери, вот дьявольщина!

– Должно быть, примерно так пахнет в аду, – услышала она в ответ.

Глория обернулась на звук голоса и увидела стоящего на пороге Райли.

– Тебе лучше уйти, а не то, смотри, и тебе достанется, Райли Юджин Торн. – Она уперла руки в бока, а ее взгляд не предвещал ничего хорошего.

– Неужто все настолько серьезно? – Райли шагнул на кухню, обвел взглядом царивший в ней беспорядок, затем посмотрел на Глорию и расхохотался. – Даже не знаю, что хуже – когда ты печешь или когда ругаешься? Сказать по правде, до сегодняшнего дня мне не приходилось видеть ни того, ни другого в твоем исполнении.

Глория Лолес надменно вздернула подбородок:

– Мама и Бидди учили меня печь, а ругаться научила меня Джейси. Когда нужно, я неплохо делаю и то, и другое, Райли.

Торн ухмыльнулся.

– Ну, судя по виду этой кухни, тебе стоит ограничиться бранью. – Приглядевшись к подруге, Торн нахмурился: – У тебя на носу мука… и еще что-то, Глория.

Едва не плача от унижения и досады, она вытерла лицо рукавом.

– Так лучше?

– Нет. Иди сюда, глупышка. – С этими словами Райли осторожно вытер ей нос и щеки. Пока длилась эта процедура, Глория стояла замерев. – Бедная девочка, да ты просто ходячий десерт. Ты только посмотри на свой фартук. Я вижу тут следы черной смородины и… а это что?

Глория опустила голову, чтобы взглянуть на разводы на фартуке.

– Думаю, это начинка для орехового пирога, но я не уверена. В принципе… это может быть что угодно. Здесь, на кухне, так много всего.

Райли снова взял ее за подбородок, и у Глории екнуло сердце. В глазах Торна светилась мягкая улыбка. От него пахло свежестью, омытой дождями степью и луговыми травами.

– Ты выглядишь так аппетитно, что хочется тебя съесть, дорогая. – С этими словами он наклонился, чтобы ее поцеловать.

Глория успела лишь глубоко вздохнуть, и вот уже губы Райли коснулись ее губ. И вмиг воспоминания об их вчерашней ссоре исчезли как дым. Глория таяла в сильных и нежных руках. Их долгий поцелуй становился все более страстным, объятия все более крепкими. Когда Райли нашел ее язык и завладел им, Глория услышала чей-то сдавленный стон и поняла, что это стонет она сама. Чувствуя, как ее переполняет желание, она встала на цыпочки, стараясь прижаться к нему еще тесней. Тело Райли мгновенно отозвалось на это движение, его ласки стали более смелыми, руки, сжимавшие спину Глории, двинулись вниз, к ее бедрам…

– Да будь ты проклят, Райли Торн!

Глория оттолкнула от себя Райли и повернулась. У нее за спиной в дверном проеме стоял Смайли Рэнкин. Его лицо было искажено гневом, а руки лежали на рукоятках шестизарядных револьверов, висевших на поясе.

Глория отступила на шаг, прижав ладони к пылающим щекам. И хотя зачинщицей ссоры была она, Глория интуитивно почувствовала, что инициатива теперь перешла к вооруженным мужчинам. Таковы законы прерий.

Райли выпрямился в полный рост и настороженно застыл.

– Полегче, мистер Рэнкин, – осадил он управляющего. – Не лезьте не в свое дело.

Сжав кулаки, Смайли на негнущихся ногах ввалился на кухню и подошел к Райли почти вплотную. Его шея была багровой, подбородок воинственно выдвинут вперед.

– А я говорю, что это мое дело! Ты тут на земле Лолесов, не забывай. А мисс Глория покуда еще ребенок. И я не позволю ни тебе, ни кому другому ей досаждать.

Райли расправил плечи, готовясь отразить любой, самый жесткий вызов.

– Между прочим, мистер Рэнкин, я нахожусь здесь по приглашению мисс Лолес.

Какое-то время мужчины смотрели друг на друга с ненавистью, как пара разъяренных быков, затем оба повернулись к Глории. Она почувствовала, как у нее в желудке разрастается и крепнет отвратительная, тошнотворная пустота и слабеют колени. Ей надо было делать выбор между интересами семьи Лолес и… одним из Торнов.

Молясь, чтобы Господь послал ей хоть немного силы Ханны и маминого умения мягко настоять на своем, найдя нужные слова, Глория решительно выпрямилась.

– Все в порядке, Смайли. Я сама справлюсь. Вам лучше уйти. Я уверена, ребята вас уже заждались.

Смайли подскочил, как от укуса ядовитой змеи.

– Но, мисс Глория, я не могу уйти и оставить вас с этим…

– Можете, Смайли. Я сама разберусь, уходите. – Управляющий недобро прищурился.

– Да, мэм, мисс Лолес. Вы здесь хозяйками вам решать. Но мне это совсем не нравится. И остальным парням – тоже. – Он оттолкнул Райли плечом, протопал к двери и вышел, громко хлопнув дверью.

Ссора между двумя мужчинами лишила Глорию сил. Долгое время она молча стояла, привалившись к столу, не в силах пошевелиться. Райли тоже не пытался заговорить.

– Так ты сама справишься? И что это значит?

От резкого тона Райли у Глории заныло сердце. Она взглянула на Торна. Как она и предвидела, его губы были сурово сжаты, а темные глаза смотрели так, будто Райли собирался просверлить в ней дырку. Глория тяжело вздохнула. Похоже, она всех восстановила против себя. С глухо бьющимся сердцем и липкими от пота ладонями она смело встретила взгляд Райли.

– Я сама не знаю, что это значит. Я просто пыталась успокоить вас обоих.

– Ах, ты хотела нас успокоить? Так ни один из нас не успокоился, Глория.

Внезапно Глорию охватил гнев.

– Мне нет никакого дела до того, спокойны вы или нет, – раздраженно возразила она. – Главное, вы оба живы, не так ли? – Протянув руку, Глория взяла со стола шар сырого теста и задумчиво взвесила его на ладони. – А теперь, черт тебя побери, Райли Торн, убирайся из моей кухни! – С этими словами Глория размахнулась и швырнула кусок теста прямо в грудь Райли.