Шэрон Шульц - Дары любви

А поверили бы они ему?

Свен перевел дыхание. Даже если бы они поверили его словам, как могли избежать предназначенного?

— Почему? Почему, Господи? — шептал он, склонив голову. — Почему Лилия? — Свен ударил кулаком по каменной стене и не почувствовал боли. — Я знал…

Анна слышала отчаяние в голосе Свена. Она хотела, было подойти к нему, но лорд Раннульф положил руку ей на плечо и покачал головой.

— Сивардсон, — отчетливо произнес лорд Раннульф. Спина Свена замерла в ожидании. — Когда я оставил Гвел-Дрейг, леди Лилия была жива. Если на то воля Божья, она жива и сейчас. Джиллиан — хороший целитель. Она верит, что поможет Лилии поправиться, хотя и не слишком быстро. Та очень плоха. Но Джиллиан не отступит… они обе не сдадутся. Они сильные бойцы, эти женщины из ле Клэр.

Свен слабо улыбнулся.

— Ваша правда, милорд! Любая из них способна остановить смерть голыми руками, если будет нужда.

— Я молюсь за них. — Лорд Раннульф убрал руку с плеча Анны.

Чтобы дать ему успокоиться, Анна отошла к Сивардсону, погладила его спину, стараясь утешить. Но Свен не оборачивался, хотя Анна чувствовала, что напряжение его спадает.

— Леди Лилия нуждается в покое, Сивардсон. Вот почему я здесь. Она все время волнуется о вас после рождения ребенка. И хотя то, что мальчик выжил, дало ей новые силы, она еще слаба, и мы делаем все, что можем, но… — Раннульф покачал головой. — Когда Ливелин держал ее заложницей, ваша поддержка помогла ей выстоять. Мы надеемся, что сейчас вы вернетесь в Гвел-Дрейг и снова поддержите ее своими шутками и мужеством.

Анна чувствовала, как напрягается тело Свена с каждым словом Фитц-Клиффорда. Когда лорд закончил, Свен казался каменной статуей.

— Вы возвращаетесь завтра со мной в Гвел-Дрейг? — спросил лорд Раннульф.

Свен повернулся. Анна едва не задохнулась от неожиданности.

Исчез тот веселый мужчина, которого она помнила. Глаза этого человека светились холодом, губы его были сжаты в тонкую линию, словно он удерживал ужасные слова.

— Нет, милорд, — заявил Свен голосом суровым, как весь его облик. — Боюсь, что не могу оставить Мюрат. Мое место здесь. Я дал слово защищать Анну. Мне жаль, но помочь вам я не могу.

Свен отошел в сторону. Что бы ни говорил Фитц-Клиффорд, его ответ будет неизменным. Он не откажется от Анны даже ради Лилии.

— Проклятье, Свен! — горячо заговорил Фитц-Клиффорд. — Неужели вы позволите Лилии умереть? — Он взъерошил волосы неожиданно резким движением. — Прошу прощения, госпожа Анна, — со вздохом сказал он. — Но мы так волнуемся о Лилии, что я надеялся…

Анна подошла к лорду Раннульфу и прикоснулась к его руке.

— Нет, милорд, не браните себя. Я тоже хотела бы что-нибудь сделать для леди Лилии, но могу только молиться за нее и за ребенка. Если это поможет, я освобождаю Свена от его клятвы, пусть он едет с вами в Гвел-Дрейг.

В светлых глазах Свена вспыхнул гнев.

— Нет у тебя права отсылать меня прочь, Анна. Я клялся защищать тебя, и не изменю своему слову.

Легко сказать, думал Свен, наблюдая за разочарованием в глазах Анны. Странное чувство потери хлынуло в его сердце.

— Я понимаю ваше положение, Свен. Вы дали слово и не можете пренебречь своими обязанностями. Вы служите новому хозяину.

Раннульф выразительно посмотрел на Анну, и Свен понял, что его истинные чувства к Анне уже известны Фитц-Клиффорду.

— Прошу прощения, госпожа. Я не имею ни малейшего желания оскорбить вас. Счастлив, что у вас такой сильный и преданный защитник. — Он бросил взгляд на Свена. — Я всего лишь прошу, если появится возможность, Сивардсона и вас, если вы захотите, приехать в Гвел-Дрейг. — Лорд Раннульф запечатлел поцелуй на руке Анны и отошел. — Вы всегда будете дорогим гостем у лорда Яна, Свен Сивардсон. Ян сказал, что и он, и Лилия будут рады узнать, что у вас все хорошо.

Успокоенный искренностью в глазах Фитц-Клиффорда и его словами, Свен вернулся к столу.

— Благодарю вас, милорд. Когда вы уезжаете?

— Утром. Как можно раньше.

— Вы передадите письмо от меня? Может быть, леди Лилии помогут хотя бы мои слова, — добавил он с извиняющейся улыбкой.

Фитц-Клиффорд одобрительно кивнул.

— Тогда пойду писать письмо. — Свен взял светильник. — Но сначала позвольте проводить вас в дом, где вы сможете переночевать.

Фитц-Клиффорд еще раз поклонился Анне. Свен осветил лестницу спускающемуся гостю и помедлил перед Анной. Выглядела она усталой и сердитой.

— Что с тобой, сердце мое? — прошептал Свен. Он протянул руку, чтобы коснуться ее щеки, но она резко отдернула голову.

— Ничего такого, что стоит выяснять сейчас, — резким шепотом ответила девушка. — Проводи лорда Раннульфа к Уильяму и иди писать письмо.

Свен в последний раз оглянулся. Ему не хотелось оставлять Анну в таком настроении, но он знал, что она больше не скажет ему ни единого слова.

С первыми лучами солнца лорд Раннульф покинул Мюрат. К этому времени Анна до боли хотела поговорить со Свеном обо всем, что услышала прошлым вечером. Ее душа разрывалась от чувств и вопросов.

Ночью она почти не спала. Столько всего за один день! И сказанное Свену отцом Майклом, и то, что она уяснила себе во время разговора с лордом Раннульфом.

Единственный сон, пришедший к ней ночью, не принес успокоения. Видение ничуть не походило на то, что ей обычно снилось. Мадонна, ласково глядящая на своего возлюбленного сына… Но внезапно женщина превратилась в Анну, а ребенок — в одного из тех детей, которых у нее никогда не будет. Для таких, как она, не существует непорочного зачатия, подумала Анна безрадостно.

После поцелуев Свена Анна, наконец, поняла, как сильно хочет близких отношений с мужчиной. Не просто с мужчиной, а именно со Свеном Сивардсоном. Представить себя любимой, женой, матерью было странно, загадочно. А если верить словам Свена о понимании Церкви ее дара — и бесполезно.

Она должна на что-то решиться. О, как ей хотелось бы ощутить близость со Свеном, вспомнить почти забытое тепло семейных уз… Неужели она пожертвует тем, что у нее есть, ради сомнительного будущего?

Никто не ждет от нее подобного безрассудства, даже Свен. Ему сказали, что для него, как и для любого мужчины, она недоступна. И чтобы что-то изменить, она должна начать все сама.

Свен страстно желает ее, но у него достанет благородства и сил бороться со своими желаниями. Разве сможет она одержать верх над его волей?

Ощущение от происходящего вокруг нее было таким, словно все — хорошее или плохое — неизменно подталкивало ее к Свену. Анна не могла спать, есть… И самое отвратительное — она не могла сосредоточиться на своей работе.